Читать книгу - "Наложница императора - Татьяна Семенова"

Ваня окончательно запутался и замолчал.

— Как-то странно вы рассуждаете, — проговорил Сергей. — Присвоили себе чужой прибор, а теперь и документы на него требуете.

— А знаете, как это называется? — предпринял контратаку Ваня. — Вор у вора дубинку украл. Вы тоже вынесли «Фаэтон» из лаборатории не по приказу начальника.

— Но я работал над ним несколько лет, — невольно начал оправдываться Сергей вместо того, чтоб просто одернуть юного наглеца.

— Не только вы над ним работали, — Ваня решил развить свой успех.

— В любом случае у вас не было права распоряжаться «Фаэтоном», — тут же добавила Аня.

— Не говоря уже о том, что вы просто выкинули прибор на помойку, — добил генетика Саша.

— Стоп, ребятки, стоп! — совершенно затюканный Борисов схватился руками за голову, словно пытаясь закрыться от реальных ударов. — Я мог бы очень долго рассказывать о мотивах своих поступков. Но здесь не время и не место. Вы понимаете, что мы с вами просто не о том говорим.

— Давайте говорить о том, — согласился Саша. — Вернёмся к нашей проблеме. Вы знаете, что нужно делать?

— В самых общих чертах — да, — ответил Сергей. — Но, прежде всего, разрешите мне взглянуть на прибор. Всё ли с ним в порядке?

— Будьте уверены, — сказал Ваня, — ваш любимый прибор даже не чихнул ни разу, перемещаясь из холода в жару и обратно.

— Ценю ваше остроумие, и всё-таки, разрешите мне взглянуть на дисплей — слишком долго объяснять неспециалистам, что именно я хочу проверить. Или у вас нет с собой «Фаэтона»?

— Не давай ему — отнимет, — сказала Аня Саше на ухо таким громким шепотом, что можно было услышать на другой стороне моста.

— Не беспокойтесь, девушка, — вымученно улыбнулся Борисов. — Только из ваших рук. Поймите, наконец, для вас это ещё важнее, чем для меня. Если там слетели некоторые настройки, уже следующее путешествие в прошлое может стать последним. В смысле необратимым. Честное слово! И потом, вас же трое, а я один. Чего вы боитесь?

— Мы ничего не боимся, — ответила Аня. — И вообще, мы не собираемся никуда путешествовать.

— Не верю, — сказал Сергей.

— Ваша фамилия не Станиславский? — поинтересовался Ваня.

Борисов тяжко вздохнул, но он уже чувствовал, что понимание почти достигнуто. И не ошибся.

— Ладно, — произнёс Саша, — собственно, мы же встретились для того, чтобы действовать сообща. Если не уступить в самом начале, о чём можно договориться потом?

И он достал прибор. Иван поднял крышку, одновременно внимательно следя за каждым движением Сергея.

— Давайте так, — предложил Саша, — Вы трогаете либо клавиатуру, либо мышь, но только одной рукой. Вторую держите за спиной. Доверие доверием, но извините, всё это слишком серьезно…

— Я вас понимаю, я понимаю вас, — бормотал себе под нос Сергей, действительно проверяя какие-то настройки.

Ваня напряженно щурился, разглядывая нагромождение окошек, цифр, хитрых значков и силился вникнуть в смысл происходящего. Но всё-таки это был не компьютер, а прибор для перемещения во времени и загадочного оказывалось больше, чем понятного.

— Ну, всё в порядке? — спросил он, наконец, нетерпеливо.

— Да, — сказал Сергей. — Кажется, да.

— Что значит «кажется»?

— Я запустил тестовую программу. Чтобы получить окончательный ответ, потребуется некоторое время.

— Понятно, — кивнул Ваня.

— Сейчас не стоит выключать прибор.

— Я догадался, — сказал Ваня, — а долго ждать?

— Минут пять или шесть, думаю, не больше, — успокоил Борисов, поглядев на экран.

— Как раз успеем решить, как нам выбраться из сложившейся ситуации.

Сергей покосился на Ивана, пытаясь понять, шутит юноша или говорит всерьез. И как всегда, это было непросто.

— Мы, тут посоветовались, — продолжил Ваня, — и решили, что Ваша затея с блокирующим устройством — полная утопия. Лучше верните всё в лабораторию. Вы их всё равно не остановите — только себе и нам жизнь портите.

— А вот позвольте с вами не согласиться! — запальчиво начал Сергей. — Уж позвольте мне — на правах человека, который чуточку больше вашего разбирается в данном предмете. Я буду пытаться остановить этот процесс. Потому что я знаю, зачем. И знаю, как. И уверяю вас, это вполне реально. А главное, если этого не делать, они просто погубят мир. Да, я вынес «Фаэтон» наружу. И так же может вынести его любой другой. Потом каждый захочет изменить вселенную с пользой для себя. В итоге вселенная просто исчезнет. Вы это понимаете?

— Не понимаю и понимать не хочу, — сказала Аня. — Я не верю в эти киношные страшилки. Нас волнуют сейчас не глобальные проблемы, а наши собственные жизни. Из-за этих документов нас чуть не убили. Мы хотим, чтобы Вы вернули их, тогда можно и о судьбах мира поговорить.

— То есть вы хотите вернуть «Фаэтон» в Секретную Лабораторию? — констатировал Сергей.

— Вот именно, — ответили ребята хором.

— Только вместе с документами, — добавил Саша, — иначе смысла нет.

Сергей внимательно посмотрел на них.

— Глупость какая-то получается. Вас совершенно не волнует будущее цивилизации? А ваше собственное будущее?

— А чего такого нехорошего Вы видите в нашем будущем? — вкрадчиво поинтересовался Ваня.

— Ну, как вариант, уголовная ответственность за всё вами содеянное, — мягко проговорил Сергей. — Или простые внутренние разборки без суда и следствия. Я лучше знаю этих людей и смогу помочь вам, если мы будем действовать согласованно.

— Что Вы, собственно, предлагаете? — поинтересовался Ваня.

— Ну, для начала я предложил бы вместе отправиться в прошлое — только там у нас будет возможность спокойно поговорить.

— Нет, — сказала Аня, — это исключено.

— Ну, тогда я вам не завидую, — проговорил Сергей.

— Мы Вам — тоже, — отпарировал Ваня. — Мы будем вынуждены рассказать людям из Секретной Лаборатории о том, что Вы живы и документы у Вас.

Сергей погрустнел:

— Жаль, ребята, я думал, вы разумные люди. Вы на что вообще рассчитывали? Что я приду сюда с документами и вот так запросто отдам их?

— А почему бы и нет? — спросил Ваня. — Верните документы и мы окажем Вам встречную услугу — потребуем от руководства Секретной Лаборатории восстановить Вас в прежней должности. Я уверен, они пойдут на это.

Сергей нервно рассмеялся.

— Благодарю за заботу, это очень трогательно, но вы право же, ещё дети. Наивные дети. Вы не знаете этих людей. Я для них враг. А врагов не прощают, их уничтожают.