Читать книгу - "Война все спишет - Герман Иванович Романов"

фотографию, где в бородатом человеке в одежде из пушнины было трудно опознать блестящего морского офицера, который только что, прямо на его глазах растворился со всей командой в огненной вспышке чудовищного взрыва.

Такая уж судьба у моряков!

Но трагическая гибель «Сердитого» позволило «Боевому» подойти к крейсеру на три кабельтова и пустить в него все четыре торпеды — так что будь промах, или самодвижущая мина не взорвется, а такие случаи бывали, то всяко разно хоть одна из торпед попадет во вражеский крейсер. Русские миноносцы сегодня впервые использовали торпедное оружие таким образом. И залп получился — две самодвижущие мины взорвались у борта японского крейсера одновременно

— Это «Такосаго»!

Кто бы сомневался, что опытный сигнальщик не опознает детище английских корабелов, отличимое от его американских собратьев «Читозе» и «Кассаги». Так что два корабля, построенных на «Туманном Альбионе» сошлись в схватке и Давид победил Голиафа.

Японский крейсер накренился так, что стало ясно — на поверхности моря он продержится несколько минут, не больше. Все же «поймать» бортом две торпеды тот еще подарок. А «Боевой» уже вступил в новую схватку, сцепившись сразу с двумя маленькими миноносцами, что находились в охранении крейсера. И прозевали японцы атаку русского «дестройера», тип которого не зря называли «убийцей миноносцев». И хотя вражеские кораблики стали стрелять из мелкокалиберных орудий, и небезуспешно — послышались вскрики и ругань, рухнул на палубу стоящий у первой трубы матрос.

Зато в ответ загрохотали 75 мм орудия, причем во врага полетели не только стальные болванки с ничтожным зарядом в 50 грамм пироксилина. В ход пошли изготовленные в Дальнем новые патроны с чугунной гранатой, где пироксилина было в десять раз больше. И пусть их на «Боевом» их было всего два десятка, но при стрельбе в упор промахи исключались как таковые. И разрывы сделали свое дело — один миноносец порскнул как заяц в ночную темноту, зато второй запарил и потерял ход.

Озверевшие комендоры, позабыв про все на свете, всаживали в неподвижный кораблик снаряд за снарядом. А в это время как матросы с боцманом выловили из воды несколько японцев, и «Боевой» тоже стал уходить во тьму, а в море продолжался ожесточенный бой…

— Перебирайтесь на борт, быстрее! Светает!

«Всадник» тонул, кренясь на борт. Старый минный крейсер потерял ход, а его надстройки были разбиты. На палубе лежали тела убитых, живые матросы поддерживали раненых, перебираясь на борт «Боевого», где их принимала команда.

— Андрей Максимович, ради бога, да переходите же на миноносец, вы еще повоюете вдоволь!

Елисеев закричал, обращаясь к капитану 2-го ранга Лазареву, внучатому племяннику знаменитого адмирала, который на «Азове» в Наваринской бухте сразился с пятью турецкими кораблями и победил. Потому Евгений Пантелеевич решил, что командир минного крейсера решил уйти на дно, разделив с ним судьбу. Возможно, это было и так, но не тут-то было — к командиру погибающего «Всадника» подскочили здоровенные матросы. Обхватили руками, и легко, будто тюк соломы, перебросили на «Боевой». Там его принял сам боцман, кряжистый морской волк, и передал матросам.

— Отваливаем!

Евгений Пантелеевич убедился, что на тонущем минном крейсере не осталось русских моряков, причем забрали и тела убитых, чтобы предать их земле. И отдал приказ — его корабль стал уходить в сереющие сумерки. А капитан 2-го ранга Елисеев надеялся, что может быть, еще удастся спасти кого-то из своих…

Глава 12

— Мы так не договаривались, — пробормотал Фок, разглядывая в бинокль большое сонмище транспортов, с которых к берегу подходила пара сотен шлюпок, баркасов и катеров. А там было битком набито японцев, что при подходе к берегу густо сыпались в море, и продвигались к берегу по грудь в воде, держа винтовки над головами.

Война начинала принимать совсем иной оборот, чем в той прошлой, реальной истории. Японцы высадили 4-ю армию Нодзу совсем не там, где было — в Дагушане, и не там, где он предполагал. Место, выбранное ими для десанта, оказалось настолько нетривиальным, что в своих расчетах Фок его совершенно не рисовал никакими красками. Даже в бреду подумать не мог, что японцы рискнут провернуть высадку, похожую на Бицзыво, выбрав мелководье с совершенно необорудованным побережьем — тут только нищие рыбацкие деревеньки, железная дорога в двадцати верстах, и практическое отсутствие нормальных дорог. И до Инкоу почти сотня верст, которые нужно как-то пройти, а до этого накопить на плацдарме достаточно сил — а для всего этого требовалось время.

Александр Викторович держал у устья западного рукава Ляохе один батальон 139-го Моршанского полка с восьми орудийной батареей из состава 2-й бригады 35-й дивизии. Но не для отражения высадки японцев, которая здесь не ожидалась, а для наблюдения за сопредельной китайской территорией, до которой именно здесь доходила полоса отчуждения. Она проходила вдоль железной дороги, и считалась зоной российских интересов, и тут можно было без всяких согласований размещать войска.

— Чистейшей воды авантюра, не думал, что выберут для десанта столь непригодное место, главное достоинство которого, что оно на китайской территории! Но, тем не менее, раз оно ими выбрано, и несет нам опасность — то нужно принимать соответствующие меры, будем говорить с вами откровенно, Николай Платонович!

Фок повернулся к командующему 4-м Сибирским армейским корпусом генерал-лейтенанту Зарубаеву, что также в бинокль рассматривал высаживающиеся на берег японские войска. Устье реки глубоко вдавалось в сушу, являясь обширной мелководной бухтой. Противник одновременно попытался занять обе ее стороны, но с востока был немедленно атакован русской пехотой при поддержке артиллерии.

С полудня тут завязался кровопролитный бой. С подходом 5-го Иркутского полка, что сразу же был переброшен по железной дороге, благо солдаты не выгрузились из вагонов, ситуация кардинально изменилась — сибиряки при поддержке артиллерии решительно атаковали восточный плацдарм. И сейчас, судя по всему, японцы собирались ночью оставить занятую полоску берега, простреливаемую со всех сторон орудийным и пулеметным огнем, ибо потери у них были колоссальные.

— Вечером здесь уже будут енисейцы, тогда всю бригаду можно направить против западного плацдарма!

— Эти сукины дети Аматерасу там окопаются до вечера, что одни носы из окопов торчать будут. Так что атаковать станем всей 35-й бригадой — я приказал грузить в эшелоны 140-й Зарайским полк полностью, и еще один батальон моршанцев. А уполовиненный Моршанский полк оставлю в Инкоу гарнизоном — над этим вертепом наркоманов нужен глаз и глаз. Там китайцы хрен что отчебучить могут — но наши бронепоезда на них страх навели, так что думаю, никакого восстания курильщиков опиума не будет. Хотя кто знает, как