Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

А в центральном зале, над ядром, уже сгущалась тьма. Нергал собирала последние силы. Тысячи лет веры, накопленные в этом кристалле, должны были вот-вот выплеснуться наружу. И она уже знала, кого встретит первой.

— Иди ко мне, Наследник, — прошептала она в пустоте, её голос прозвучал одновременно яростно и... почти нежно. — Я жду тебя. Я ждала тебя всю свою вечность. Иди — и умри. Или всё же убей меня. Третьего не дано.

Глава 31. Сердце Нергал

Месяц Келемвар, 2002 г. Э.С.

Время: продолжение

Место: Зал с ядром Нергал

До ядра оставалось двадцать шагов, но каждый из этих шагов давался с огромным трудом.

Здесь, в самом центре зала, давление было сильнее всего, они продвигались только на чистом упрямстве и вере в свой успех. Волны животного страха накатывали одна за другой, заставляя сердце сбиваться с ритма, а дыхание — перехватывать. Золотой купол вокруг них едва держался — Серафима выкладывалась до предела, её аура мерцала, как пламя свечи на сквозняке.

Лекс подошёл ближе. Кристалл возвышался над ним — огромный, метра три в поперечнике, опутанный чёрными венами. В близи он казался еще больше, ещё устрашающе. Вены на нем пульсировали как буд то в такт сердцебиению богини. С каждым ударом по ним пробегал тёмный свет, стены чертога отзывались низким, утробным гулом. Сейчас, после гибели Стража, ритм ядра участился — словно богиня была в ярости. Или в страхе. А более вероятно, что в том и другом одновременно.

— Это оно, — произнёс Лекс, глядя на пульсирующую багровую бездну. — Её «сердце». Накопитель веры. Тысячи лет. Миллиарды молитв, жертв, мук. И всё это — чтобы одна богиня могла существовать.

— Если разобьём... — начал Грым, подходя ближе. Он всё ещё прихрамывал после удара о стену, а его молот покоился на плече.

— Она не умрёт. Убить бога невозможно. Но она потеряет всю накопленную силу. Всю ту, что копила тысячелетиями. Без неё она исчезнет из этого бытия. Уйдёт в глубокую спячку. Может такое быть что и навсегда навсегда. На что бы я не делал больших ставок. Горячи уголь мне в штаны если это не так.

— Полностью согласна с Грымом, пока не найдётся кто-то, кто снова начнёт в неё неистово верить, — тихо добавила Серафима. Голос её был слабым, но всё же довольно твёрдым.

— Тогда нам придётся проследить, чтобы этого не случилось, — сказал Лекс, повернулся к Писку. — Сканируй. Ищи трещину, уязвимость, хоть что-то. Должно быть место, куда нам ….

Он не договорил.

Ядро ударило. Нет не физически — ментально. Багровый свет вспыхнул так ярко, что на мгновение ослепил всех троих, в следующую секунду Лекс почувствовал, как пол уходит из-под ног. Он ещё успел заметить, как Грым, стоявший рядом, застыл с расширенными от ужаса глазами, как Серафима вскинула руки, пытаясь удержать щит, — потом реальность исчезла.

Он стоял в лаборатории.

Гул вентиляции. Запах озона и горячего металла. Лампы дневного света мерцали над головой, в этом мерцании было что-то неправильное, больное.

— Лёха, отключай, сейчас рванёт к чёрту!

Ромка стоял у пульта, его лицо было белым как мел, глаза расширены от ужаса. Тот самый день. Тот самый миг. Вспышка. Грохот. И тишина.

— Ты убил нас, — произнес Роман, нет его голос звучал не как обвинение, устало, почти равнодушно. — Ты понадеялся на свои расчёты и погубил нас всех.

— Я не хотел... — прошептал Лекс.

— А это как-то меняет дело?

За спиной Ромки проступили другие фигуры. Егор и кажется Игорь — те, кто погиб при активации бункера, когда Лекс не проверил напряжение, не проконтролировал. Их лица были обожжены, но глаза смотрели с тем же немым укором.

— Ты очень торопился, — сказал Егор.

— Ты думал, что со всем справишься, — добавил Игорь.

— А мы умерли.

Следом выступили другие. Корней, старый раб с Кристаллических полей, который заботился о нём в первые дни, — он лежал на нарах, исхудавший до костей, в его глазах не было боли, только разочарование. Малой — молодой сталкер, который погиб в засаде, прикрывая отход отряда. Его куртка была пропитана кровью, он смотрел на Лекса с немым вопросом.

— Ты ведёшь их на смерть, — прошептал он. — Всех, кто тебе верит. Ты говоришь им красивые слова о свободе, а они умирают. Один за другим, один за другим. Ты не спаситель. Ты — проклятие.

— Замолчите, вы все замолчите — прохрипел Лекс, но голос его сорвался.

— Посмотри на неё.

И тут он увидел Айрин. Она лежала на каменном полу, бледная, с закрытыми глазами, кровь растекалась вокруг неё багровым ореолом. Её губы, которые он целовал перед уходом, были безжизненны. Её пальцы, которые сжимали его руку, больше никогда не сожмут её.

— Ты не смог защитить даже её, — произнёс голос Нергал, многоголосый, вкрадчивый, проникающий прямо в мозг. — Ты слаб. Ты всего лишь жалкий человечек. Твоя вера в себя — жалкая иллюзия. Ты уже погубил всех, кто тебе дорог, на Земле. И здесь ты погубишь их снова. Отпусти их. Умри как должен был умереть, но по какой то нелепой случайности оказался здесь. Это твой единственный способ спасти их.

— Нет... — Лекс сжал кулаки от гнева, но голос богини был повсюду.

— Посмотри на себя. Ты стоишь перед лицом богини с горсткой железяк. Ты думаешь, этого достаточно? Ты думаешь, твои жалкие технологии могут победить тьму, которая старше этого мира? Ты — пыль. Ты — ничто. Сдайся. Умри. И тогда они, возможно, выживут.

Лекс опустился на колени. Собственное тело казалось ему чужим, неподъёмным. Он видел, как Грым, стоящий рядом, застыл с остекленевшим взглядом — богиня терзала и его. Серафима... что с ней? Он не видел. Темнота сгущалась.

Грым стоял в Гнезде.

Вокруг была только тьма и тишина. Ни гула механизмов, ни жужжания Писка, ни голоса Архитектора Нулевого. Он был один. Совершенно один.