Читать книгу - "Фантастика 2025-21 - Blackmourne"

из вежливости пред хозяйкой не говорит этого вслух. Девушка тихонько вздохнула: как ни подчёркивал Никита свои отличия от обычных принцев, сейчас он был очень похож на своего отца — приговор незадачливым браконьерам сразу напомнил ей случай с Эльжбетой, и что у Владыки, если дело доходит до угроз семье, портится характер и включается богатая фантазия.

— Значит, так, — скомандовал Никита, — я перетащил все вещи на хорошее место для ночёвки, где мы заодно сможем несколько дней отсидеться. Там и поговорим, обещаю, всё объясню. Но стоит поторопиться.

— Откат, — сообразила Катерина.

Ничто из ничего не берётся, и магия не всесильна. За свои сверхвозможности уже сегодня к вечеру Никита будет расплачиваться вялостью и слабостью. Каждая минута на счету.

— Верно, — принц прикусил нижнюю губу. — Идти… относительно недалеко. Десять километров. Дойдёшь?

Катерина задумалась, стараясь как можно трезвее оценить и свои физические возможности, и свою одежду: что такое тайга, она знала не понаслышке.

— Дойду, но сразу надо что-то думать с ногами. Туфельки явно обувь не для леса. Рубашку на обмотки дашь?

— И пиджак сверху, у него ткань жёсткая.

Все магические вложения в кинжал во время прыжка через Междумирье рассеялись, но и сам по себе он имел хорошо заточенную кромку. Управились довольно быстро и сразу же двинулись в путь. Вначале идти было нетрудно. Деревья словно нарочно расступались, под ногами приятно похрустывал мягкий моховой ковёр. И даже вездесущие комары будто не осмеливались приблизиться, опасаясь гостей с чужого Листа. Но вот дорогу преградила поваленная ветром лиственница, грозной пастью вздыбился вывороченный из земли комель: Катерина перепрыгнула через неё не останавливаясь. Всего через несколько шагов легло новое препятствие, огромное полусгнившее дерево уже непонятной породы, словно какое-то страшное чудовище ощетинилось во все стороны острыми сухими сучьями. Перебраться через него оказалось не так-то легко, цепкие сучья хватали за одежду, царапали руки.

Через несколько метров ждало следующее поваленное дерево, за ним ещё и ещё, одновременно с удвоенной силой накинулись комары… В какой-то момент лес принялся редеть, стало светлее. Мягкий моховой ковёр под ногами начал покачиваться, как огромный пружинный матрац, следы наполнялись теперь водой, а ноги мгновенно промокли. Теперь Катерина шла след в след за Никитой: они на краю болота. Дорога посуху, судя по бурелому, непроходима — а здесь хоть и мокро, зато скорость движения резко возросла. К сожалению, вскоре они свернули обратно в чащу, над головами снова сомкнулись тёмные вершины, а на дороге опять ощетинились сучьями огромные поваленные ели. Кожа горела от бесчисленных укусов, в голове не было никаких мыслей, все подавило одно желание — лечь, лечь куда угодно и как угодно, лечь и больше никогда не вставать… Катерина раз за разом заставляла себя, не сбавляя темпа, сделать шаг, за ним следующий. Во время отдыха на коротких привалах мысленно ругалась, что студенческо-городская жизнь и дворец заставили её совсем потерять физическую форму: тренажёрный зал нагружал совсем не те мышцы, которые нужны для долгой ходьбы.

Наконец стало как будто прохладнее. Ещё несколько минут — и лес неожиданно расступился, словно рухнул театральный занавес, и мощный поток света ударил путникам в глаза. Перед ними сверкала на солнце река. Изумрудно-зелёные берега, золотистые блики на воде, огромный простор голубого неба и море света. Совсем недалеко от того места, где они вышли из леса, лежали вещи. Отдельно в стороне на траве валялась палатка из брезентовой ткани.

— Сообразишь, как ставится? — спросил Никита. — Я пока за дровами.

Несколько секунд Катерина оторопело смотрела на музейный экспонат, потом осторожно ответила:

— Соображу… наверное. У нас в школе учитель по гражданской обороне рассказывал, как соорудить всякую полезную всячину для выживания в лесу из того, что под рукой. Только, если я помню правильно, там две палки высокие нужны. Для стоек.

— Сейчас будут. Топор один, что ещё надо?

— И елового лапника наруби на подстилку под днище. Теплоизоляция.

Возле свёртка с палаткой Катерина на несколько минут задумалась — сверху брезент будет протекать, хотя и не сразу, а тонкая синтетика днища отсыреет вообще мгновенно. Но когда Никита притащил высокие палки и большую охапку пушистых, вкусно пахнущих еловых веток, девушка уже отыскала в вещах два куска полиэтилена. Работа сразу закипела: лапник, дальше полиэтилен, а поверх палатку, забить колышки с растяжками и внутрь два спальника. Другой кусок полиэтилена уложить поверх крыши и закрепить на растяжках, чтобы не снесло ветром. Закончив с палаткой, Катерина наломала сухих веток с ближайших елей, и вскоре весело затрещал костёр, отгоняя дымом комаров и обещая быстро вскипятить пару котелков.

Но вот яркое прежде солнце потускнело, зависло над лесом. Тысячами сверкающих искр брызнули его прохладные уже лучи, тысячами крохотных огней ответили им капли выпавшей росы. С реки потянуло холодком. Катерина поёжилась, стараясь не свалиться с положенного вдоль костра бревна, поплотнее завернулась в одеяло и прижалась к Никите так, чтобы с одного боку оказался он, а с другого грел огонь. После физической нагрузки, всех событий дня и плотной еды накатила истома, хотелось спать. Девушка заставила себя отхлебнуть сладкого, терпкого и густого чёрного чая из кружки — это помогло взбодриться — и спросила:

— Так вы собираетесь выполнять обещание и всё рассказать? Предупреждаю сразу: я про Закрытые Листы помню только то, что проход на них возможен исключительно с Основы, а доступ посторонним запрещён. Кстати, как тюрьму их случайно не используют?

— Была когда-то и такая идея, — вздохнул Никита, — когда барьеры только обнаружили. Но потом пришли к выводу, что получается нехорошо по отношению к Закрытым Листам, — на этих словах невидимый в сумерках Феликс не удержался от громкого ехидного смешка, но Никита его проигнорировал, — и вообще такие Листы слишком ценное явление, чтобы портить его каторжниками. Вся проблема не в запрете, а в том, что сюда чисто технически можно попасть исключительно со своей Основы. Да и энергии на такой проход тратится в несколько раз больше, чем на стандартный портал между обычными Листами. Частники тупиками не интересуются, но экспедиции, которые финансирует Сапфировый двор и Владыка, в таких мирах работают.

Тут на дальнем конце бревна кусочек подступающих сумерек потемнел и сгустился в Феликса: сейчас его шерсть отливала угольной чернотой, а глаза отсвечивали в пламени костра янтарём.

— Не обращай внимания, это я развлекаюсь, пока никто не видит. Вернёмся в обжитые места — снова буду благовоспитанным серым…

— Барсиком, — хихикнула Катерина. — Или Мурзиком.

— Но-но, — погрозил когтем Чешир. — Феликсом. Но я, собственно, хотел перевести на нормальный язык ту дипломатическую муть, которую тебе сейчас вешает на уши