Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

уже успел расправиться со вторым стражником и даже сумел разорвать дистанцию с вооружённым топором воином, но теперь был вынужден отступать под натиском его ударов, имея в руках лишь один небольшой меч.

Пока тени продолжали удерживать Тимура, герцог отпустил его горло и медленно перевёл яростный взгляд сперва на Алиагосса, а затем на нанесённую эльфом рану. Вытащив из неё меч, Реймонд приложил к ране свою ладонь и сфокусировался, после чего та начала зарастать, даже несмотря на наличие святой воды в ней.

Аня вжалась в один из книжных шкафов и судорожно бегала глазами по увесистому свитку, который оставил ей Тимур. Волшебница начала читать очень длинное заклинание, тщательно стараясь верно направить огромные потоки арканы, вырывающиеся из свитка наружу. Я попытался пробиться к Ане, но Азрия вновь встала у меня на пути.

Копьё воительницы мешало мне подобраться к моим жертвам, а потому я снова принял форму кровавого тумана и молниеносно набросился на Азрию. Материализовавшись прямо перед ней, я толкнул свою возлюбленную вперёд, а затем, заведя свою ногу за её, вмял девушку спиной в пол и придавил её одной рукой. Сразу после этого я быстро извлёк из рукава один из своих ножей и устремил его лезвие к шее воительницы.

Когда голос Ани утих, я почувствовал, как волшебница начала подкрадываться ко мне, но всеми силами сумел проигнорировать это. Её ладонь коснулась моей спины и влила в меня невероятные потоки энергии, в результате чего всё мое тело онемело, а сам я безвольно рухнул рядом с Азрией и выронил нож. Прежде, чем моё сознание угасло, я увидел стоящую надо мной Аню. В глазах волшебницы загорелся тусклый огонёк надежды, но обратиться в пожар ему было не суждено. Рука выросшего позади Ани Реймонда молниеносным движением пробила спину девушки и вырвала её сердце.

Моя подруга издала сдавленный хрип, после чего упала на пол, а древний вампир плавно перевёл свой взгляд с неё на меня, наслаждаясь видом покидающей моё тело жизненной силы.

Глава 38

Кровь за кровь

— Свиток! Тимур, Свиток!

Голос Алиагосса глухо звучал где-то на большом отдалении от меня, пока я проваливался в вечный сон. Охваченная щупальцами фигура Чумного Доктора висела неподвижно, наблюдая за бездыханным телом Ани. Растекающаяся из раны на спине горячая кровь девушки согревала мою щёку и не вызывала у меня чувства жажды. Но чего всё это стоило, если моё сердце было неспособно забиться вновь?

Так я думал. Я много думал в те короткие мгновения, когда я находился где-то между жизнью и смертью. Я мысленно взывал к Смотрителю Грани, но могущественное существо осталось глухо к моим мольбам, а его сила так ко мне и не вернулась. Я обращался к Первородному, к Оркару и даже к Минакаду, но богам не было до меня дела. Я злился, злился очень сильно, во мне бурлила ярость, однако она была неспособна вскипятить мою кровь и заставить сердце сделать хотя бы ещё один удар. Я был бессилен…

Но затем я ощутил боль. Жгучая боль разлилась по всему телу вместе со спазмами практически всех моих мышц. Моя кожа оплавилась от жара и покрылась ветвистыми ожогами вместе с тем, как раската грома сменился звоном в моих ушах. Я резко открыл глаза и подскочил, жадно заглатывая воздух, и каждый глоток… Каждый мой вздох, моя боль, звон в ушах, жар, холод, запах горелой плоти, накатившиеся на глаза слёзы и непривычные удары где-то глубоко в моей груди показались мне чем-то поистине прекрасным. Я был жив. Я снова был жив. Открыв глаза, я окинул библиотеку безумным взглядом, задаваясь одним лишь вопросом: «Как?»

Тяжело дыша от усталости, Алиагосс стоял рядом со своим внушительным противником. Оба оппонента замерли и ошарашенно смотрели в мою сторону, напрочь друг про друга забыв. Тени расступились от охватившей комнату яркой вспышки и выпустили Чумного Доктора. Не обращая внимания на моё чудотворное воскрешение, Тимур лежал на полу и смотре сквозь линзы своей маски куда-то мне под ноги. Под ногами же… Под ногами лежала Аня. Тёмные кудри волшебницы сокрыли её лицо, и я побоялся заглянуть под них. Я побоялся увидеть в глазах своей подруги боль и сожаление, ведь она отдала свою жизнь ради моей, но даже не увидела, к чему привело это самопожертвование.

В двух метрах от меня стоял герцог Ланге. Реймонд сжимал в руках сердце Ани и не двигался, заворожённо наблюдая за мной. В его выражении лица читался трепет, который испытывал древний вампир, узревший то, что казалось ему невозможным.

А с другой стороны от меня стояла Азрия. Воительница тяжело дышала, направляя в мою сторону пальцы, от кончиков которых тонкими полосками исходил дым. Только после этого я заметил, что верхняя половина моей одежды, моя броня и накидка до сих пор горят, но сокрытый под ними амулет защищал меня от огня.

— Как? — осторожно спросил Реймонд не то у меня, не то у потусторонних сущностей, что могли сейчас за нами наблюдать. — Как это возможно? Ты… Я не чувствую с тобою связь. Ты избавился от моего влияния? Нет, твои глаза… Ты больше не вампир! Как это возможно?

Я молча обернулся к герцогу, не желая вести с ним разговор. Аня пала от его рук, и сейчас Реймонду предстояло за это заплатить. Я не знал, что я теперь могу, и что я не могу, но инстинкты дали толчок вперёд. Кровь закипела от праведного гнева, что охватил меня и мою душу; безболезненно кусающие мою кожу языки пламени встрепенулись в унисон с новым ударом моего сердца. Но мой разум оставался чист: видимо, моя смерть стёрла большинство лишних мыслей.

Сочетая в себе абсолютную ярость и ясность ума, я ринулся на своего заклятого врага. На пальцах Реймонда выросли длинные когти, и, выронив сердце Ани, герцог взмахнул ими, но так и не успел нанести удар. Охваченные огнём адамантиевые пластины на моей перчатке врезались в его солнечное сплетение с невероятной силой, и Реймонда отбросило назад. Своей спиной герцог пробил несколько книжных шкафов, а затем, пролетев мимо Алиагосса и его противника, врезался в стену, промяв несколько каменных блоков.

Подобное зрелище заставило воина с топором простоять в ступоре ещё дольше, но для Алиагосса оно стало сигналом к действию. Мастер меча молниеносно вонзил лезвие клинка в сочленение кирасы и наплечника, наконец-таки нанеся противнику первое ранение. Опомнившись, тот мгновенно обратился алым туманом, а затем подлетел