Читать книгу - "Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский"

становилась эта дрожь.

— Это… оно… — выдохнул Янов.

Переводчик, висевший у него на груди, подтвердил металлическим голосом:

— Активность… растёт… фаза… приближается…

Я слегка приподнял его, чтобы он не упал, и посмотрел вперёд.

Впервые за долгое время я видел, как пространство трескается не из-за магии стихий, не из-за давления тьмы, не из-за силы смерти — а из-за чего-то иного. Чужого. Не нашего.

Это было как смотреть на бумагу, которую сминают.

Мир сминался складками.

Прямые линии сбивались, а потом вновь выпрямлялись.

И именно в этой неправильности было что-то жутко интригующее.

Когда мы приблизились к гряде, дрожь стала плотнее. Я чувствовал её не кожей — костями. Будто что-то вибрировало внутри черепа.

Янов начал ускоряться, хоть и с трудом.

— Нам… туда… — пробормотал он.

Переводчик добавил:

— Пространственный… узел…

Я посмотрел вперёд.

На расстоянии примерно пятидесяти шагов воздух начал светиться. Не огнём — нет, это не был свет стихий. Он был белым, даже серебристым, и лился словно из разрыва, растущего в самой ткани мира.

Появились края — ровные, чёткие, прямые.

Я усмехнулся.

— И правда линейкой измеряют.

Янов не понял, но и не пытался.

Когда рамка раздвинулась, пространство внутри неё стало меняться.

Из серебристого — в серое.

Потом — в туманное.

Потом — в чёткую картинку: ровная металлическая платформа, странные конструкции по краям, светящиеся лампы в коридоре.

Портал открылся.

И на секунду я перестал дышать.

Это было… слишком ровно.

Слишком искусственно.

Слишком… чисто.

В сравнении с этим миром, где всё было из камня, огня, костей и хаоса — портал выглядел как окно в другой уровень бытия. Чужой. Холодный.

Мир людей без магии.

И очень голодной магии.

Янов едва стоял на ногах. Когда портал окончательно стабилизировался, он резко выдохнул, словно до этого сдерживал дыхание.

— Мы… успели…

Переводчик тихо пискнул:

— Переход… возможен…

Я поставил его на обе ноги, удерживая за плечо.

— Пойдёшь?

Он кивнул, но потом посмотрел на меня — впервые по-настоящему внимательно.

Его взгляд дрожал. Но не от страха. От осознания, что мы сейчас расходимся навсегда, каждый в свой мир.

Он что-то тихо произнёс, почти неслышно.

Переводчик разрезал воздух:

— Спасибо… за всё…

Я вздохнул.

— Ты ещё должен там выжить и рассказать им то, что я тебе сказал. Так что не благодари раньше времени.

Он опустил взгляд.

Потом снова поднял — и протянул мне маленький металлический жетон из внутреннего кармана.

Чёрный.

Толстый.

С выгравированным рисунком — каким-то шестигранником, вписанным в круг.

— Это… — он едва сдержал кашель, — идентификатор… экспедиции…

Переводчик выдал:

— Доказательство… контакта… предложение… будет передано…

Я взял жетон. Он был холодный и странно тяжёлый, будто внутри находилась какая-то плотная сердцевина.

— Ладно, — сказал я. — Считай, контакт установлен.

Янов пошатнулся — я удержал.

Он поднял руку — пытался выполнить какой-то жест, будто салют или приветствие.

— Ты… сильный… — перевёл прибор его слова. — Очень… сильный… не такой… как здесь…

Я фыркнул:

— Долго ты это соображал.

Он попытался улыбнуться.

— Желаю… выжить… — донёс переводчик.

— Мне это тоже нужно, — сказал я. — Мне ещё есть чем заняться.

Портал начал мерцать — края дрогнули. Янов понял, что времени не осталось. Он сделал шаг — шаткий, тяжёлый, но решительный.

Я подхватил его последний раз, поддержал под локоть.

— Иди, — сказал я. — И помни — я не люблю, когда мои предложения игнорируют.

Он кивнул.

Сделал шаг в белое сияние.

И исчез.

Просто растворился в свете, будто его и не было.

Портал ещё секунду стоял ровным, затем линии начали съезжаться.

Прямоугольник сжался, как если бы его кто-то закрыл дверью.

Свет померк.

В последний момент я увидел чей-то силуэт на той стороне — человека в чёрной броне, бегущего к Янову.

А потом — всё.

Портал схлопнулся.

И пустошь вернулась к своей обычной тишине.

Я остался стоять один среди дрожащего воздуха и следов огромной лапы стража. Кирилл Львов — адепт пятой ступени, маг в круге смерти, в мире, где почти все стихи заблокированы.

И только что я говорил с человеком, который жил в мире, где магии нет вообще.

Мир бесконечной механики.

Железа.

Тех, кто добывает ядра как топливо, а не как силу.

Странно.

Интересно.

Огненно интересно.

Я сжал металлический жетон в ладони. Он был холоднее окружающего воздуха, будто не хотел нагреваться, как обычный металл.

— Значит, у нас есть что-то, что им нужно, — сказал я вслух. — И у них есть то, чего нет у нас.

Я приподнял жетон к свету.

— Торговля… союз… или война? — произнёс я. — Что выберет их император?

Я усмехнулся.

— Ну ничего. Узнаем. Я же не против визита.

Я огляделся. Пустошь вокруг звенела тишиной. Страж ушёл далеко, его шаги уже не слышны.

Но следы остались.

Следы другой силы.

Другого мира.

И мысль, которая не отпускала:

Если они нашли путь сюда… то кто сказал, что сюда не найдут и другие?

Огонь внутри тихо шевельнулся, но не говорил. Он был частью меня — и его спокойный жар подсказывал:

Путь открыт.

Решения будут.

И впереди станет ещё интереснее.

Я развернулся и пошёл прочь, в сторону скал, где начинался следующий отрезок моего пути.

Там ждал страж.

А с ним — мои собственные планы.

Но теперь… в уравнение добавился ещё один фактор.

Мир технологии.

Империя без магии.

И их голод.

— Ну что ж, — сказал я, убирая жетон в сумку. — Посмотрим, кто кого накормит.

И пошёл дальше — один.

В мире, который вдруг стал в два раза больше.

Я стоял на скальном выступе, глядя на пустошь, где ещё недавно трещала реальность и ломались танки. Теперь там висела неподвижная, вязкая тишина — та самая, что всегда бывает после большого убийства. Ветер уносил запах гари, металла и крови, а я перебирал в уме то, что сказал Янов.

Через три дня.

Если предложение примут — портал откроется снова.

Если не примут… ну, тогда выйдет совсем не то, что можно назвать «переговорщиками».

Так или иначе, мне нужно быть готовым.

Неподготовленный человек умирает быстро — этот мир доказывал это мне каждый день.

Я сжал металлический жетон, который дал мне Янов.

Он был тяжёлым, как мысль.

— Три дня… — пробормотал я. — Успеть добыть пару ядер, покопаться