Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

за собой дверь и убедившись, что её шов герметичен, снял скафандр и разбросил свое поле по станции – нигде никаких полей не чувствовалось; ни полей разумов галактики Зевс, ни полей разумов галактики гротов. Схватив криостат, он потащил его к портатору. На станции криостат оказался ещё тяжелее и неповоротливее, чем в фрегате и ему приходилось прикладывать ещё большее усилие, чтобы тянуть его за собой, благо коридоры станции были шире и криостат на поворотах не застревал. Наверняка он имел антигравитатор, но искать его у Дакка желания не было. Он торопился.

Перестройка терминала портатора заняла около двух часов. Когда его индикаторы показали, что он вошел в контакт с терминалом Ризы, Дакк подтащил криостат к зоне портации и включил оттаивание.

Прошло несколько томительных минут. Наконец, через затуманенную крышку криостата, Дакк увидел, что носитель Марка дернулся. Он нажал на одну из клавиш панели криостата – его крышка поднялась, освободив непрерывно дергающийся носитель Марка. Заглянув землянину в лицо, Дакк тут же отвернулся, оно было мистического синего цвета и выглядело ужасно и отталкивающе.

Он схватился за курточку Марка, но она тут же выскользнула – длинные ногти не давали её удерживать. Стиснув зубы, Дакк вновь схватился за курточку и крепко сжав руки, с силой рванул на себя носитель и вбросил его в зону портации – отломившиеся ногти полетели вслед за носителем Марка. Вспыхнувшие через мгновение серебристые блестки показали, что носитель ушел по каналу.

Поблуждав по станции зонта более часа и убедившись, что на ней нет ни единого живого носителя, Дакк подошел к зоне портации и постояв перед ней несколько мгновений, переступил ее границу.

29

Дакк быстро шел по коридору госпиталя космического флота на Ризе. Сердце его носителя сжималось в тревоге, проявляя непонятное до сих пор чувство, которого он прежде не знал.

Уже прошел почти среднегалактический месяц, как он находился в Ригане, а так и не нашел времени побывать здесь – бесконечные психоаналитические тесты, проводимые всеми подряд: от огромного количества галактических служб безопасности; до чиновников регата высшего ранга, не давали ему совершенно никакой возможности никуда вырваться. Приходилось вновь и вновь пересказывать выдуманные и действительные события, происходившие в пространстве узла – раскрываться он никак не хотел и ему, в конце-концов, удалось убедить всех, что из разорванного канала на станцию узла вывалился носитель Сонна, а он все это время находился на станции зонта и как мог, противостоял на ней агрессии гротов. Как, едва живой землянин привел фрегат к станции зонта, он не представлял и потому, неволей, всю славу по защите пространства узла ему, в очередной раз, пришлось отдать офицеру космического флота Марку Дубровину.

Напряжение, из-за боязни ошибиться в стыковке фрагментов своих историй, за день его настолько изматывало, что приходя в свой гостиничный номер, он, лишь присев в кресло, уже больше не мог подняться и там и засыпал, познав в полной мере, что значит сон для его носителя. Порой ему казалось, что этому круговороту никогда не будет конца и уже подумывал над тем, чтобы бросить всё и уйти на свою родную планету, но отойдя за ночь, утром поднимался с кресла и вновь шёл на очередной психоанализ. Наконец, сегодня, был пройден последний тест и теперь он, на какое-то время, был волен в своих поступках.

Где находится то отделение госпиталя, куда он шел, Дакк слабо представлял, хотя и проконсультировался у кого-то в гостевом вестибюле, но госпиталь был огромен, его коридоры совершенно пустынны, спросить было не у кого и, практически, он шел наугад – из-за угрозы быть раскрытым, опасаясь пользоваться своим полем. В очередной раз свернув в один из коридоров, он увидел, где-то посередине его, стоящих к нему спинами мужчину и женщину.

Женщина была во всем белом, определенно, она была из персонала госпиталя, к тому же сарматка, длинные языки её поля лихорадочно плясали под потолком коридора; мужчина был высок, атлетически сложен, одет в какую-то военную форму, скорее всего космического флота, иначе зачем бы он тут находился. Они находились настолько близко друг к другу, что складывалось впечатление, что стоят обнявшись.

Дакк ускорил шаги, намереваясь проконсультироваться у них. Коридор был освещен неярким теплым светом, который несколько искажал цвета, но что-то в мужчине и женщине было знакомо и чем он ближе подходил к ним, тем сильней сжималось его сердце. Когда до них осталось не более шести-семи шагов, женщина, вдруг, оглянулась. Дакк мгновенно остановился. Это была Литиссия.

Брови Литиссии высокими дугами взметнулись вверх. Она тут же отвернулась и что-то сказала мужчине. Они разом оглянулись – мужчина был Марк Дубровин. Они, до этого действительно стояв обнявшись, отпустили друг друга и повернулись к Дакку.

Непонятное чувство охватило носитель Дакка. Едва переставляя, вдруг ставшие невыносимо тяжелыми ноги, он подошёл к ним и остановившись в двух шагах, вдруг, сам не зная почему, протянул правую руку Марку.

– Здравствуй Марк. Рад тебя видеть. – Произнес он.

Правая рука Марка дернулась в сторону Дакка, затем замерла, но через мгновение он все же продолжил движение ею и крепко сжав руку Дакка, тут же отпустил её. Его брови сдвинулись, глаза прищурились.

– Я вас тоже знаю? – Удивленным голосом заговорил он. – Извините меня. К сожалению, я многое из своей прошлой жизни забыл.

– Марк! – Литиссия повернула лицо к Марку. – Это ведь тот самый страж Дакк, с которым ты пришел на Ризу со станции зонта.

– Это так Литиссия. – Губы Дакка тронула легкая улыбка. – Но, я допускаю, что Марк не знает меня. Мы ведь никогда не встречались воочию.

– Но мы вас не раз видели по стерео. – Литиссия вновь посмотрела на Дакка и широко улыбнулась. – А откуда вы и меня знаете? Мы ведь тоже никогда не встречались?

– Разве? – Дакк вскинул брови и тут же опустил их.

А ведь она права, мы никогда не встречались. Вдруг всплыли у него грустные мысли. Тогда ведь с ней был Марк Дубровин, а не страж Дакк. У тебя Дакк, в отсутствии Авии, совершенно, нет никаких шансов. Ты проиграл.

Состроив гримасу, Дакк повернулся и быстро зашагал по коридору в обратную сторону.

Геннадий Иевлев

Посланник

Не угадать и не назначить срока

Но он настанет – этот день и час,

Когда мы встретим тех, кто издалека,

Надежды не теряя, верил в нас.

А. Коваленков

ГЛАВА ПЕРВАЯ

РОДЕРОН