Читать книгу - "Архивраг - Константин Сергеевич Стригунов"

послать туда группу перехвата, то вторым обоснованием ликвидации персонала стала тонкая игра на неприязни Серегина к Логинову, через которого она проецировалась на всех ученых комплекса в целом. Отказавшись от настояний полковника, Логинов, сам не ведая того, подписал себе смертный приговор. Тогда он не знал о стремлениях полковника найти некий оптимальный вариант, чтобы с частью верных ему людей отправиться к разлому, избежав при этом бойни. Те, на кого он работал остались бы недовольны, но тогда это не имело бы значения. Он им нужен, значит, проглотят его самоуправство - так рассуждал Серегин. Однако упорство Логинова к конечном итоге не оставило выбора полковнику и подтолкнуло того прибегнуть к радикальному варианту, на котором настаивали кураторы. В своих сообщениях они, тщательно подбирая слова, расписывали как важно убрать научный персонал, ведь из-за них он и его люди столько натерпелись, их задания по поиску аномальных образований привели к потери половины своих людей, а эти умники ни в грош не ставили их жизни. Понимая, что длительная обработка этой ложью Серегина рано или поздно даст плоды, кураторы стремились достичь еще одного крайне важного результата. Если уничтожить ученых в исследовательском комплексе, то подобный удар нанесет огромный урон по кадровому потенциалу России, поскольку возместить потери в квалифицированных специалистах, подходящих для работы в Зоне - крайне тяжело. Восполнить аппаратуру можно, но людей гораздо сложней, во всяком случае, в сжатые сроки. Слова, подкрепленные гарантиями щедрой оплаты всех их рисков подействовали как лампочка на мотыльков и после анализа ответов Серегина, в тысячах километрах несколько психологов независимо друг от друга пришли к единому мнению, что агент Фантом действительно соглашается с аргументами, которые слышит и принимает поставленные условия. Само собой психологи, допущенные к анализу его речи, не догадывались о том, что на самом деле ему предстояло совершить. Кроме того, полковнику удалось перевербовать заместителя главного особиста, который после долгого изучения предстал как человек, готовый пойти на сотрудничество. Хозяева Серегина с его помощью установили личность особиста и обнаружили его в своих активных досье, выяснив некоторые интересные детали, касавшиеся слабостей военного контрразведчика. Они-то и помогли в дальнейшем Серегину сделать его своим человеком в Службе безопасности. Благодаря своим навыкам, особист вел двойную игру и передавал информацию об агентах, внедренных в ряды разведчиков, которые загадочным образом чаще остальных погибали в рейдах.

В результате в считанные минуты первое препятствие на пути реализации планов полковника исчезло, когда двери в изоляторы c охранниками синхронно открылись и в проемах появились люди в полной защитной экипировке и с нацеленными автоматами. Раздались крики непонимания и страха, особенно когда внутрь влетели гранаты, из которых повалил газ. Двери немедленно зарылись, а крики ужаса слышались через стены до тех, пор, пока смерть не оборвала их.

Пришлось уничтожить все найденные радиостанции, кроме одной. Пока группы прочесывали уровень за уровнем в поисках научного и технического персонала, Серегин спустился к ним, чтобы лично убедиться в отсутствии кого-либо в живых. Связавшись с постом центрального наблюдения, он поинтересовался, где последний раз видели мужчину, который проходил в форме инженера. Оттуда сообщили, что программа распознавания обнаружила его на минус третьем уровне, но больше он не светился перед объективами камер.

"Это не имеет значения, - подумал Серегин, - наверняка он убит, но у меня нет времени проверять личность каждого"

И все-таки Серегин прошелся по уровню. Разбросанные трупы производили тягостный эффект, но он понимал, что пути назад нет. Один из сотрудников отдела моделирования пошевелился среди своих бывших коллег и привлек к себе внимание. Серегин медленно подошел к нему, стараясь не смотреть в глаза. У человека была простреляна спина, хотя он все еще оставался жив, возможно, из-за того, что пули не смертельно задели жизненно важные органы. Быть может, сотрудника удалось бы спасти, однако злая ирония судьбы не дала ему ни единого шанса и в виде направленного пистолета полковника поставила точку в его жизни. Выстрел.

Добить первого из уцелевших оказалось труднее всего. Последующих, коих имелось совсем немного, отправить к праотцам оказалось легче и за полчаса обхода заговорщикам удалось перебить, как им казалось, весь персонал. Всех своих людей Серегин изначально разделил на две группы, каждая из которых должна была заблокировать взрывами входы в комплекс извне. Для этой цели использовали заряды пластита и несколько мин, взрывами которых повредили запирающие устройства гермодверей и завалили к ним проходы. Двумя разными путями обе группы заговорщиков встретились на поверхности в условленном месте и через переносную радиостанцию связались с Центром в указанное им в шифровке время. Лейтенант Теплицкий, и раньше руководивший группой связи с руководством, передал подготовленный ответ.

- Патриарх, говорит Двадцать шестой, как слышно, прием? - спросил Теплицкий, поднеся к уху телефонную гарнитуру радиостанции.

- Двадцать шестой, на связи Патриарх, слышим вас хорошо.

- Говорит Двадцать шестой, действуем в соответствии с последним указанием.

- Говорит Патриарх. Все мероприятия должны осуществляться только после одобрения "Сонара". Повторяем, использование личного состава в операции запрещается предпринимать до тех пор, пока не будет дано заключение "Сонара". Как поняли, прием?

Лейтенант усмехнулся при упоминании позывного Логинова.

- Говорит Двадцать шестой, вас понял, не предпринимать никаких действий до получения одобрения "Сонара", прием.

Дальше последовал запланированный короткий доклад о состоянии дел в комплексе, о размере запасов продовольствия, воды, боеприпасов, средств тактической связи и прочих необходимых для выживания в Зоне вещей. Причем секретность была столь высока, что даже в случае перехвата и удачной расшифровки их разговора было крайне затруднительно догадаться о его конкретном смысле, поскольку даже самым обычным предметам присваивались условные обозначения, которыми и пользовались при сеансах связи. Этими мерами рассчитывали ввести противника в заблуждение относительно того, чем могла являться суть разговора. Однако угроза для Центра пришла совсем с другой стороны, нежели там предполагали.

- Вас понял Патриарх, конец связи, - Теплицкий передал радисту телефонную трубку и повернулся к Серегину. - Все идет в соответствии с планом.

- Отлично, пора выдвигаться, - ответил полковник, похожий в своем спецкостюме на какого-нибудь киборга из фильма о далеком будущем и первым вышел в опускавшуюся на Зону ночь.

"Жребий брошен", - подумал Серегин, хотя знал, что на самом деле точку невозврата он прошел намного раньше.

***

Теперь полковник вспомнил абсолютно все. Если до того, отдельные моменты были словно скрыты за ядовитой пеленой, от которой невозможно деться, то сейчас его разум отчистился.