Читать книгу - "Фантастика 2025-21 - Blackmourne"

гареме. Либо сейчас переодеваешься сама, либо платье и трусы с тебя обдерут, и с кэпом будешь разговаривать в полотенце, — он хохотнул. — А то и без него. Трахать тебя нельзя, но трогать никто не запрещал.

Я залилась краской смущения, но было понятно, что бандит не шутит, поэтому и в самом деле переоделась сразу как осталась одна. Новое платье было из шерстяной ткани, тёплое, и только тогда я поняла, насколько замёрзла, а сейчас начала отогреваться. Старые вещи тут же забрали, и сразу после этого вошёл капитан Онфруа.

— Век бы вас не видеть, — буркнула я.

Кокетничать или осторожничать не имело смысла.

— Ну здравствуйте ещё раз, мадемуазель. Строптивая, это хорошо. Заказчик, говорят, таких в гареме любит.

— Что?! Какой ещё гарем? Я замужем вообще-то! Верните меня немедленно, — на самом деле я просто хорохорилась, а так близка к припадку истерики. — Зубастик… вы убили его!

— На всё воля Божья. Там болото внизу, высота маленькая, а драконы — твари живучие. сети он порвёт. Я же говорил вам, что приглашаю вас. Не надо было упрямиться. Я там в шкафу приготовил вам небольшой гардероб. Нам дней пять лететь. Пригодится.

— Какой вы предусмотрительный! — не удерживаюсь я от замечания.

— Ну не оборванкой же мне вас в гарем к князю везти.

— К какому князю? Какой ещё в гарем к какому-то князю? Вы вообще знаете, кто мой муж? Он вас в порошок сотрёт.

— Не знаю и мне не интересно. У меня заказ, вы под него подходите. И вообще, вы сбежали сами. Напились в ресторане, — он ухмыльнулся, — встретили любовь всей своей жизни. Меня. Даже записку мужу оставили, а портье подтвердит. И вообще, там многие видели, как вы налакались до того, что ноги еле держали и сами на улицу вышли, ко мне на встречу. Я здесь из вежливости и предупредить, чтобы глупостей не делали. Я либо сдаю вас заказчику, он платит нужную сумму. Ну или вы чего с собой сделаете — заказчик откажется. Тогда убыток моей команде будете покрывать сами, на месте и натурой. Понятно?

Весь следующий день я молча просидела на кровати в своей тюрьме, и мысли были одна мрачнее другой. Меня за время плена поили и кормили, позволяли принимать душ, никакого физического воздействия не применяли. Мне же хотелось признать себя дурой. Не так я хотела встречать свой двадцатый день рождения. То есть до него ещё два месяца, но вряд ли меня выручат раньше, если вообще выручат. Сама виновата, идиотка. Полетать на драконе захотелось. В итоге украли меня непонятно кто, и что хуже, вместо сквера у гостиницы — непонятно где. Ладислас наверняка перетрясёт город и гостиницу, но с чего ему начинать? Я и в самом деле просто вышла сама и растворилась, никаких зацепок. И через Зубастика не найти… Едва размышления доходили до моего дракошки, я вспоминала, как он падал, зацепившись в сетке, и начинала реветь.

Один раз заглянул Онфруа, интересовался самочувствием и нет ли каких пожеланий. Видимо, и правда за меня ему пообещали много денег. Самого главного моего пожелания — вернуться к Ладисласу — он, естественно, удовлетворить не мог. Чего я ему только не сулила: богатств, влияния и так далее, но флибустьер оказался неподкупным:

— У меня заказ, а если наёмника можно перекупить, никто с ним не будет иметь дела. И не переживайте так, мадемуазель, князь славится любовью к женскому полу. Так что вам опасаться нечего, он не сделает такой красивой девушке ничего плохого.

Ничего хорошего, по всей видимости, он тоже не сделает. Загонит в гарем… А это как вообще? Я чего-то про гаремы на Бретее не слышала. Будет любимая жена и наложницы, интригующие между собой за место в постели мужика? Тьфу! Ничего более унизительного я в своей жизни и представить не могла. Или гарем этот криминально-нелегальный, что в перспективе ещё веселее?

Чего делать, когда этот князь полезет ко мне? Я тут близости с Ладисласом боялась, хотя уж честно признаюсь — я испытываю к нему чувства, и давно уже не против, если он сам этого захотел бы. А тут совершенно посторонний, нелюбимый, ужасный, вонючий, волосатый… И как потом после этого я буду смотреть в глаза своему мужу, пусть и фиктивному?

Я сидела, отирая слёзы и мрачнела с каждой минутой, воображая себе картину одну кошмарнее другой… И тут наш дирижабль вздрогнул. Грохот стоял такой, будто грянул… залп пушек?

«Ба-бах» повторилось. Я подбежала к небольшому зарешёченному иллюминатору и закрутила головой в разные стороны, пытаясь разглядеть источник шума, и тут меня подбросило и больно ударило о стену каюты. «Нас обстреливают!» Судно-то пиратское. И они посмели умыкнуть жену самого Дюрана прямо посреди белого дня, простите тёмной ночи. Если Зубастик остался жив и выпутался из сетей, то он наверняка смог объяснить Ладисласу, что же произошло на самом деле. Хотелось верить и надеяться, что это муж, во главе с полицией или… да хоть с кем, главное — прибыл меня спасти. Но сколько бы я не вертела головой и не потирала ушибленное место, пусть снаружи и царил солнечный день, разглядеть что-либо не представлялось возможным. Обзор из окошка был до безобразия скуден.

Тут раздался ещё один залп, причём в этот раз я заметила несколько разрывов и длинные строчки трассеров, которые пытались достать небольшие и лихо маневрирующие точки в небе. Корабль трясло и лихорадило, пол так и уходил из-под ног, норовя поменяться местами с потолком. Радовало, что шкаф запирался, а ничего кроме кровати в комнате нет — иначе получила бы по темечку летающим стаканом или тарелкой какой. Кое-как доползла до прикрученной к полу кровати и вцепилась в неё взмокшими от страха, трясущимися ладонями. До меня дошло: Ладислас не стал бы так стрелять, зная, что на борту находится его жена. Вряд ли он решил стать вдовцом в ближайшее время. И значит, эти разборки ко мне отношения не имеют, как бы не прихлопнули за компанию с пиратами.

В этот момент из коридора раздался непонятный шум. Дверь вздрогнула от удара, второй сорвал её с петель. На пороге застыла огроменная, два двадцать — не меньше, фигура в бронежилете, камуфляже и шлеме с глухим забралом. Пару секунд непонятный солдат изображал статую, затем почему-то поднял забрало. Я вздрогнула — лицо хоть и человеческое, но зато на меня смотрели два жёлтых кошачьих зрачка, полные натурально звериной ярости и злобы. Губы растянулись в подобии улыбки, обнажая уж точно не человеческие зубы с впечатляющими