Читать книгу - "Эволюционирующая Бездна - Питер Гамильтон"

– Разве это не обратный ход эволюции?

– Только с точки зрения единственной расы. Жизнь планеты важнее. Она настолько хрупкое и редкое явление, имеющее такой потенциал, что ее необходимо беречь. Если потребуется отречься от физического превосходства в пользу наших преемников, мы должны смириться. Но этот поворот лежит в далеком будущем для нас. По меркам эволюции, мы пока в самом начале пути.

– Как же вы узнаете, что достигли предела? Что уже пора уступить дорогу?

– Мы этого не узнаем. Я живу во времена ожидания. Мы считаем, что оно продлится несколько десятков тысяч лет. Возможно, мы просто перестанем существовать. Есть среди нас и те, кто считает, что мы будем жить в гармонии с планетой, пока не остынет солнце и не погаснет свет. Какой бы ни оказалась наша судьба, мне этого не узнать. Я всего лишь простой ремесленник, творящий свою недолгую жизнь. И у меня есть цель. Я доволен ею и доволен удивительными историями, которые еще успею послушать за короткий промежуток отведенного мне времени. Ты можешь сказать то же самое о своей жизни?

– Ты успел очень хорошо меня узнать, Тизак. Нет, моей жизни не хватает вашей уверенности и безмятежности. Не исключено, что моя жизнь улучшится, если я узнаю о твоих предках то, что хочу узнать.

– Мне жаль тебя. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы твоя история закончилась хорошо.

– Спасибо тебе.

«Это местная звезда», – в полдень объявил Гор.

Экспедитор сквозь густое сплетение ветвей посмотрел в небо. Вместе с Тизаком они шагали по лесу, где горячий неподвижный воздух был насыщен пыльцой какого-то растения, пахнущей перцем. Яркие солнечные лучи, проникающие через голубую и зеленую листву, заставили его прищуриться.

«А что тут такого?»

«Ничего. Червоточина с нулевым диаметром разворачивалась на сто восемьдесят миллионов километров. Таково расстояние до планеты. Ничего другого на таком расстоянии нет. „Последний бросок“ закончил исследования. Это огромный участок пространства, при единственном сканировании нетрудно что-то пропустить, тем более, если объект скрыт маскировкой. Или какая-то станция могла изменить орбиту».

«Ты рассуждаешь как человек. Перестань. Аномийцам не надо было ничего скрывать».

Экспедитор рассмеялся во весь голос, вспугнув с деревьев несколько неповоротливых птиц.

«Но ведь механизм вознесения они умудрились скрыть, и довольно успешно, не так ли?»

«Механизм никто не прятал. Мы просто не знаем, что надо искать».

«Похоже на последний отчаянный аргумент».

«Или, еще хуже, на аргумент одержимого».

«Сынок, ты идешь за монстром через лес на чужой планете и надеешься, что этот путь приведет тебя к семье. Так что не надо говорить мне об отчаянии, ладно?»

«Ладно, но ответь на один вопрос: зачем открывать червоточину в центр звезды? Она может сжечь всю планету».

«Сквозь нулевую червоточину не способно перемещаться ни одно физическое тело».

Экспедитор отчетливо представлял себе лицо Гора, его золотую кожу и мелкие морщинки вокруг глаз, когда он растерянно хмурился.

«Хорошо, тогда какую информацию можно получить из звезды?»

«Не из самой звезды. Где-то под короной должен болтаться какой-нибудь сенсор. Или даже глубже. Всем известно, что они любили научные эксперименты».

«Эксперименты – это неплохо, но не забывай, нам нужен конечный результат».

Он и сам догадался, о чем сейчас спросит Гор, настолько велико было его нетерпение.

«Сколько вам еще потребуется, чтобы сюда добраться?»

Экспедитор усмехнулся, окидывая взглядом лес вокруг.

«Дай нам еще часов пять».

«Господи боже мой!»

«Мы и так неплохо идем, – возразил Экспедитор. – Не забывай, что Тизак – не самый молодой житель деревни».

«Ладно, я жду».

Экспедитор предпочел не уточнять, что пять часов потребуется, чтобы дойти только до границы города.

На плоскую равнину, простирающуюся перед городом аномийцев, они вышли, когда краски окружающего мира уже начали меркнуть в наступающем сумраке. Это была странная и беспокойная прогулка. В отличие от человеческих городов, зона городской застройки здесь не начиналась постепенно. Граница была резкой и отчетливой. Только что они шли по подозрительно ровной и однообразной траве, а в следующий момент под ногами Экспедитора уже протянулся местный эквивалент бетонной улицы, а впереди маячило поднимающееся высоко в пепельно-серое небо здание в форме луковицы. Внутри массивных строений начали загораться огни. Вместо привычных человеку окон здесь были полностью полупрозрачные стены. При внимательном осмотре Экспедитору даже почудилось какое-то движение разноцветных линий, пронизывающих поверхность стен, как будто по ним текла жидкость. Тогда он понял, что перед ним усовершенствованный вариант мембран, увиденных в деревенских домах.

Чем глубже они погружались в город, тем темнее становилось небо. Через несколько минут дома уже обступили их со всех сторон. С момента прибытия на планету он повидал немало городов, и чужеродные силуэты и планировка его не удивляли. Но в компании Тизака все это производило совершенно иное впечатление. Казалось… город не так пуст, как он считал. Мягкий теплый свет заливал улицы, создавая на каждой поверхности многоцветные узоры. Ему чудилось, что боковым зрением он не раз улавливал их мерцание. Ощущение чужого следящего взгляда стало настолько сильным, что он не удержался и провел быстрое сканирование.

Как и ожидалось, вокруг никого не было. Но холодная логика никак не могла рассеять таинственное ощущение.

– А у вас есть предания о призраках? – спросил он Тизака.

– Твоя переводящая машина затрудняется с толкованием слова. Ты говоришь о сущности, оставшейся после гибели живого тела?

– Да.

– Есть предания о наших предках, перенесших свои мысли в машины, чтобы продолжать после отказа биологического тела.

– Да, люди тоже так поступают, но это не совсем то, что я имел в виду. Я говорил о существовании вне физической формы.

– Такими стали наши предки после разделения. Вот он, метод, который ты ищешь.

– Нет. Не совсем. Это нечто невероятное, но оно существует.

– У нас нет преданий о таких вещах.

– Понятно. Спасибо.

Тизак продолжал двигаться по улице длинными прыгающими шагами, даже не оглядываясь на Экспедитора.

– Но город обращается ко мне со своими небольшими историями.

– Город?

– Без звука. Но тем не менее своим голосом.

– Интересно. А что за истории он тебе рассказывает?

– О том, где мои предки покинули этот мир. Так мы его и отыщем.

Экспедитор чуть не выпалил: «Но вы ведь не пользуетесь машинами!»