Читать книгу - "Сетерра. 3. Зенит затмения - Диана Ибрагимова"

– А и… чего ты? – Вороненок натянул одеяло до глаз. – Целоваться, что ли, лезешь? С мужиками не целуюсь я! Даже и по-родственному! Даже и при встрече!

– Ты, стало быть, патлатый Генхард, – сказал Зехма. – Потому как патлы у тебя вон аж докуда висят.

Астре тронул охотника за плечо, и тот зыркнул на куценожку исподлобья.

– Да ты не боись, не порублю я его. Потому как иначе с топором бы подошел. А я не подошел, а лучше б подошел и патлы ему пообрубал за брата моего. Хоть патлы, а пообрубал бы.

– А я-то чего? – пискнул Генхард. – Я тут ни боком, ни пяткой. Я вон за этими только ходил.

– Я его уже за все била! – сообщила Яни, оттягивая Зехму от вороненка. – Ты над ним так не нависай, а то у тебя изо рта воняет. Он теперь хороший стал! Он даже так нас защищал, что его ранили, как героя. Ой, а где Шивил? Он же вон там спал. Где он?

– Это кто? – нахмурился Зехма. – Я такого не знаю. Тебя вот знаю, Яни ты. Эту вон каланчу Мархом зовут, а рожа квадратная у Рори. Это вон Дорри, стало быть. Про вас мне рассказывали про всех, а Шивил кто?

– А это наш… мелкий, – пробормотал Генхард, стараясь подобраться ближе к Астре.

Куценожка переглянулся с Сииной, и оба ничего не поняли, но тут виновник разговора появился на пороге сам. Как всегда, в шерстяных чулках, волочащихся по полу, и наскоро подшитом костюмце из серо-зеленой ткани, ушастый, кое-как оболваненный и с первого взгляда шкодливый до невозможности.

– А я батьку нашел! – заявил он, раздуваясь от гордости. – И с ним спал! А вам про батьку не сказал! Потому что я больше, чем вы, по нему соскучился! Это батька нас всех спас! Злодеев убил, а нас сюда привез! Батька! Идем, они мне не верят! Идем скорей!

Шивил побежал в коридор и мгновение спустя вернулся, толкая перед собой хмурого принца.

– Здрасте, – буркнул тот, заглядывая в комнату, и хлопнул мальчишку по затылку. – Хватит сочинять. И я тебе не батька!

– Ты мой батька! – с чувством сказал Шивил и повис на руке Нико. – Они мне не верили, что ты за мной придешь! А ты пришел! Я тебя так люблю! Как сразу трех батек!

– Ой, принц! Это же наш принц! – запищала от восторга рыжая и кинулась к Нико. – А ты теперь разговариваешь?! Ты излечился от проклятья, да?! – спросила она, повиснув у соахийца на шее и глядя на него снизу вверх.

– Я уже боюсь представить, какой еще чуши вы про меня напридумывали, – ответил Нико, подхватив ее и усадив на матрац рядом с Сииной, а сам присел к Генхарду и потрепал по здоровому плечу.

Вороненок с головой залез под одеяло и рыдал. В нем смешалось счастье, горе и страх, что сон вот-вот закончится.

– Эй, вылезай оттуда. Надо плечо перевязать.

– Не присни-ился! – судорожно выл Генхард. – Настоя-ящий!

– Не плачь, ты теперь будешь принцем! – ободряюще заявила Яни, заплетая косичку, и когда Генхард опять заревел от счастья, шлепнула его по голове. – Не плачь, я сказала! Илан не любит, когда мы плачем. Он сейчас рядышком и на нас смотрит. А ты тут ревешь!

Глава 5
Провидцы императора

В Пархире говорят, что Сетерра – это шарик, проглоченный огромным китом Мазухой. Когда он раскрывает пасть, по всему миру становится светло, а когда закрывает, люди любуются светляками, прикрепленными изнутри к его брюху. А может, это воздушный планктон, похожий на тот, что водится у берегов Мерцающего моря. Но только он обитает в воздушном океане, где плавает среди бездонных, пустых, словно кожаный мяч, внутренностей Мазухи.

Кит питается ветрами и дождями, часть которых перепадает и Сетерре. Внутри он полый и такой необъятный, что планета выглядит крошечным зерном на фоне его тела. И потому она никогда не касается плоти Мазухи и не сталкивается с ней.

Раз в три дня кит пролетает над вулканами и глотает дымные вихри, полные копоти и злых духов, и в такое время лучше не выбираться из домов, потому что духи способны схватить человека и унести в жуткую, неизведанную наружность, даруя взамен только пепел. Дымным вихрям отдают лишь больных и покойников.

Иногда матери вдыхают частички вулканической гари, и на свет появляются странные существа, у которых два отца – один земной, а другой – злой дух. И последний непременно оставляет на ребенке свою метку, чтобы после смерти он превратился в дымный вихрь и помогал уносить с Сетерры мертвых и живых людей.

(Из книги «Легенды затмения» отшельника Такалама)

* * *

Архипелаг Большая Коса, о-в Валаар, порт г. Еванда, пароход «Мурасаки», 4-й трид 1020 г. от р. ч. с.

Плеск волн, темнота и тишина порождали сладостные фантазии. Ясурама лежал на кровати и смотрел в потолок, а в голове у него роились сотни сцен, в каждой из которых главную роль играла Унара – женщина с глазами цвета весенних листьев.

Ясурама то улыбался, то вздыхал, обнимая шелковое платье. Он был уверен, что никто не побеспокоит его до самого утра и можно долго-долго лежать в каюте, словно в большой колыбели, упиваясь мыслями о прекрасной, гордой руссивке, но тут в дверь осторожно постучали.

– Кто там? – испуганно спросил провидец, заталкивая наряд под одеяло и садясь поверх него.

– Это я, друг мой! – взбудораженно прошептал Доо, просовывая в каюту пухлую руку с фонарем. – Вы ведь еще не спите?

– Нет-нет, я как раз медитировал, – соврал Ясурама, щурясь от света.

– У меня поистине Драконьи новости! – выпалил Доо, ставя фонарь в подставку на столе и падая в кресло возле кровати. – Оказывается, Кайоши-танада вернулся на «Мурасаки»! И Осита вот-вот освободится! Это сравнимо с внезапным приездом мэджу в самую унылую пору в храме! Скорее одевайтесь, друг мой! Мне так хочется подергать вас за шнурки, что нет никакого терпения!

Ясурама зажег еще одну лампу и принялся ворошить недра сундука. Пока он был занят, Доо подцепил двумя пальцами и вытянул из-под одеяла смятое платье.

– Друг мой, – прищурился он, разглядывая миндально-зеленую ткань. – Мне кажется или вы недавно отправляли Оситу с этой вещью к руссивкам?

– Не подумайте дурного! – испугался Ясурама, и голос подвел его, надломившись на неприятной ноте. – Моим глазам так больно смотреть на этих дикарок в их обносках, что я решил подарить им одежду, чтобы… чтобы они выглядели приличней. Но дикарки на то и дикарки! Они ничего не взяли.

– Вы адресовали платье кому-то конкретному? – спросил Доо, расправляя шелк с вышитыми на нем цветущими лотосами.

– Что вы, конечно нет! Им всем!

Ясурама надеялся, что в желтом свете друг не разглядит его пылающих ушей.

– Но как они должны были разделить небольшой кусок материи на целую толпу?