Читать книгу - "Боевые девочки любят длинные стволы. Том 1 - Игорь Павлов"

По голосу с хрипотцой ещё в прошлый раз стало понятно, что либо курит, либо много орёт.

— Здравствуйте, Маша, я… — начал неуверенно.

— О! Явился, — сразу с наездом, перебив. — Перчатки надевай, чтоб без перчаток не видела тебя тут.

— А где их взять? — Возмутился.

— В заднице у арахнида! — Рявкнула, что чуть не подпрыгнул. — Оль, покажи ему, где что! И бери себе на попечение. Пусть там хлам с одно–ядерников разгребает, а то с того витка руки не доходят.

На зов босса Цеха из–под соседнего крана выползла и поднялась, кряхтя, девушка в зелёном комбезе. Низенькая круглолицая блондинка с тугими косами приятной наружности лет восемнадцати на вид, глазища зелёные, нос в чём–то чёрном испачкан. В руке подобие крупного гаечного ключа — совершенно не вяжется с её нежной внешностью.

— Ой, а это что за чудо? — Выдала коротышка нагло.

— Иван, — представился с поклоном. И улыбнулся.

Коротышка посмотрела с подозрением. К этому времени Рыжая уже потеряла к нам интерес, двинулась к месту активного ремонта, чтоб там поорать.

— Оля, — представилась в ответ девушка. — Ну пошли… Иван.

Двинули мимо ящика, откуда Оля перчатки вытянула и подала. На вид, как вратарские, очень плотные. Повела стороной от ремонтных работ. В цехе навскидку работниц двадцать трудится. Видимо, весь штат.

Миновали активную область, оставив весь народ позади. Потопали меж стеллажей, затем уже вдоль уложенных ящиков. Так меня Оля до свалки и довела, что они устроили в углу цеха. Издали груда металлолома казалась не такой уж большой, но теперь могу оценить этот масштаб, который не уступит автомобильной свалке.

— Короче, надо всё тут разобрать, — загнусавила коротышка. — В первую очередь Рыжую интересуют энергоблоки, если найдёшь ядро — вообще отлично. Ну… как–то так.

— А как всё это выглядит? Блок, ядро?

— Цилиндр с индикатором и шар, размером с голову. Дошло?

Пожал плечами.

— И это, вон инструмент, — добавила Оля с видом, будто я уже ей наскучил.

Подошла к стойке на стене, где висит всякое непонятное.

— Это протонный резак, это клещи с усилителем, грави–подушка для немощных, — комментирует лениво, тыкая на агрегаты. — Ну… короче, разберёшься.

— Не, не! Давай всё показывай, — наезжаю.

— Оля! Сюда! — Закричала Рыжая истошно. — Скорее! Авария!! Арахнид тебя в задницу, Лена!! Какого хера ты взяла усилитель на шесть, а не на восемь! Подпорку, скорее.

Коротышка сорвалась на бег. Думал, и мне стоит метнуться и помочь. Но вроде обошлось. Издали понаблюдал за суетой и диву давался. Писец, какие же они все корявые. И ведь ещё что–то получается у них. Мехов умудряются чинить.

Посмотрел на свой фронт работы с грустью. Завалы серьёзные, тут за неделю хрен управишься. Попробовал за торчащую балку потянуть. Всё намертво. За другую взялся, поднатужился, вроде пошло дело. Затем как посыпалось всё на меня! Еле успел отскочить. Минуты две валилось всё со всех сторон.

Потом раздалось от Рыжей с усмешкой:

— Вань, живой там?

— Живой, Маш! — Ответил бодро.

— Смотри у меня, за тебя Илона задницу мою жирную порвёт на мелкие клочки! — Выпалила Рыжая и пошла дальше своих корявых курочек подгонять.

Хотя не все они такие нерасторопные. Некоторые отдельно ковыряются у своих боевых машин, варят что–то с заметным профессионализмом, копошатся в кабине с умным видом.

Отдохнув пару минут, продолжил заниматься порученным делом. Но после нескольких безуспешных попыток разгрести хоть что–то своими лапами, пошёл за инструментом. Протонным резаком чуть не оттяпал себе палец, вовремя отпустил ручку. По большому счёту это энерго–нож, как у Джедаев, которому в активном состоянии по зубам и пластик, и металл. Режет он его практически, как масло. Начал с балок, но когда стали попадаться синие гладкие пластины, инструмент уже не взял. Тут пошли в ход клещи, которыми я принялся отколупывать крепления. Проблема возникла с крупными поршнями и деталями мехов. Но и здесь я решил всё это порубить, как могу. Грави–подушку приспособил, что зависает на определённом уровне и подпирает, как домкрат, крупно–габаритный мусор, который с её помощью выезжает уже легко.

Минут через сорок дело понемногу пошло.

Первые цилиндры показались, когда я треть завала разгрёб, что сам и устроил. На щитке с инструментами взял гарпун с троёным крючком и им стал вытягивать. Цилиндры, что в корпусах, подрезаю и вынимаю. Приноровился, руку набил. Энергоблоки в одну сторону складываю, хлам — в другую. Причём решил и его рубить помельче, чтоб компактнее уложить. Листы брони тоже отдельно собираю.

Как разобрал свой завал, первое ядро попалось, если не обознался. Круглый металлический шар, заключённый в тонкий квадратный каркас. Внутри шара проклёвывается слабое свечение. Решил, что показалось. А нет.

В перерывах смотрю за работой девчонок. Суетятся, возят что–то, тягач задействовали. Меха активировали, потопал исполин из цеха, задрожал пол. Слышу, как работницы радуются, что у них вышло починить. Искренне и наивно. Сам улыбаюсь, пот со лба стирая рукавом.

Пошёл искать, где воды попить можно. Первая попавшаяся девушка указала направление до ближайшего принтера. Мимо лежащего меха прохожу, в коленке которого ещё одна девица ковыряется, стоя на четвереньках в неприличной позе — как раз ко мне задницей. Прогнулась, как специально. Ткань комбеза хорошо обтягивает округлости и выпуклости — всё при ней. Залюбовался, чуть на балку не насадился.

Следующая боевая машина метров через пятнадцать покоится в сидячем положении, в кабине девушка сидит с планшетом и проводами, манипулирует виртуальными панелями, зависшими в воздухе. Ого! А техника у них местами на грани фантастики. Кажется, именно эту крошку я в столовке видел, она прод–принтер чинила. Видимо, хороший специалист.

Когда уже прошёл от неё расслышал:

— Маш! Здесь прошивка у «Мамы» полетела, новая операционка нужна! Передай Эльвире мой пламенный привет!

— Поняла, всё, слезай, ты мне тут нужна, — отвечает Рыжая, оказавшаяся неподалёку.

Выхлебал три стакана, списалось 0,3 империала. Смотрю, инженер спустилась из кабины, сидит на полу, пот со лба вытирает. Видно, что подустала.

Ещё один стакан напечатал, куда вода залилась живенько, и понёс её угощать.

— Держи, — подал, нависая.

Смотрит ошалело снизу–вверх, глазами хлопает. Милая, зеленоглазая худенькая брюнетка лет двадцати пяти. Я уже начал формировать свой ТОП красоток станции. И эта девушка по внешним признакам где–то в середине списка.

— Импы не жалко? — Спрашивает, да с таким удивлением.

— Не жалко, угощайся.