Читать книгу - "Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова"

они могли основательно вырасти в ранге. Это мне повезло с пятёркой — её рост сдерживали залежи чёрного металла. Будет ли подобное рядом с другими разломами — мне неизвестно, поэтому я обратился к Ширу. Есть подозрение, что нам придётся проходить полноценные десятки.

— Нам? — ректор внимательно посмотрел на меня.

— Без меня вы не найдёте нужные разломы, а без своих учениц я в поездку не отправлюсь, — заявил я. — В то время как без высокоранговых магов я не смогу закрыть серьёзные разломы. Мне нужен Шир. Нужны другие десятки. По-хорошему, нужно собрать полноценный рейд из магов десятого ранга, но я не верю в сказки. Империя на такое не пойдёт.

— Ради того, чтобы остановить рост проклятых земель, империя пойдёт на многое, Соло, — не согласился ректор. — Насколько ты уверен в своей информации?

— На сто процентов, — твёрдо заявил я. — Мы действительно можем это сделать, если найдём нужные разломы. Но нужно побывать возле всех, что подходят под описание. Старые, труднодоступные, неудобные, проклятые. Вариантов много, суть одна — за шестьдесят лет эти разломы если и пытались закрывать, то делали это без какого-то фанатизма или особого желания. Как это произошло с той пятёркой, которую удалось закрыть мне.

— Нужно отправлять во дворец письмо, — после паузы заявил ректор. — Мы не имеем права умолчать о подобном.

— Делайте, как считаете нужным, — согласился я. Слова ректора не вызвали у меня какого-то опасения, значит ничего критичного не произойдёт. — Но уже завтра хотелось бы отправиться в очередную поездку.

— Через два дня, — подумав, ответил ректор. — Профессор Шир?

— Как же корёжит, когда ты меня так называешь, — недовольно пробурчал маг тьмы. — Если требуется поездка, то лучше к ней подготовиться. Это действительно может занять два дня. Я же правильно понимаю, что идём налегке, без группы добытчиков?

— Лишние не нужны, — подтвердил ректор. — Локации, куда вы отправляетесь, принадлежат другим академиям. Даже уничтожение двух-трёх разломов не остановит рост проклятых разломов. Нужно уничтожить все якоря. Доказать это другим академиям будет тяжело. Особенно после устроенной империей проверки качества образования. Нас ставят в пример и не всем это нравится. Кого возьмёшь?

— Отумира взял бы, но оставлять академию без лекаря нельзя, — задумался Шир. — Других кандидатов у меня нет. Из твоих боевой практики нет ни у кого.

— Вирена, — вырвалось у меня. Ректор посмотрел на меня так, что у меня по спине мурашки от грядущей смерти пошли.

— У неё есть боевой опыт? — удивился Шир. Оказывается, есть что-то, чего маг тьмы не знает.

— Она провела десять лет в Формитоне, — нехотя ответил ректор. — Причём провела их там не как посудомойка.

— Надо же, какие удивительные вещи можно узнать про тех, о ком никогда не подумаешь, — произнёс Шир. — Да, такой опыт нам подойдёт. Её возьму.

И вновь взгляд ректора, который пронзал меня насквозь. Но я легко выдержал его. Вирена заскучала, сидя в приёмной. Это легко читалось — особенно когда мы готовились к поездке в императорский дворец.

— Двух магов мало, — задумался ректор. — Я напишу письмо императору, сообщу ему о нашем плане и попрошу помощи. В этом вопросе нам не откажут. Пока на этом всё. Готовьтесь, через два дня выходите в любом случае. Будет помощь от империи или нет. Каждый день, что проклятые земли растут, гибнут хорошие люди. Это нужно остановить.

Ректор не сказал, но это читалось в его взгляде — в этом походе можем погибнуть и мы. Но такова жизнь покорителей разломов. Смерть всегда ходит с нами рука об руку.

— Вирене скажешь сам, — произнёс ректор. — И ещё одно, Соло. До меня дошли слухи, что твои ученицы собираются сегодня устроить пышное празднование.

— Это запрещено? — с надеждой спросил я.

— Почему же, нет ничего плохого в том, чтобы отметить чей-то день рождения, — улыбнулся ректор, правильно услышав мой тон. — Хотя будет неловко, если ректора не пригласят на мероприятие, что устраивается в его же академии.

— У тебя сегодня день рождения? — Шир повернулся ко мне.

— Вы так возитесь с этим событием, словно это моя заслуга, — ответил я. — Да, двадцать один год назад я появился на свет. Это всё, что я сделал. В этом нет чего-то особого. Мои родители — да, они совершили подвиг. Это их праздник, не мой. Вот только у меня ни разу не было возможности их с этим праздником поздравить. Учителя рассказали, что их убили разломные твари до того, как я научился ходить. Я их просто не помню.

Причём всё это была чистая правда. Из прошлой жизни, конечно, но правда!

— Где и когда будет мероприятие? — спросил Шир.

— Без понятия, — честно ответил я. — Этим занимаются все трое членов моего рода.

— Трое? — спросил ректор и даже закашлял. — Ты принял в свой род всех учениц?

— Всё верно, — подтвердил я. Точно, эта информация ещё не стала достоянием общественности. — Отныне в академии учатся Милена, Натали и Розалин Греймод. Надо какое-то подтверждение предоставить?

— А тебе ещё письмо императору писать, — хохотнул Шир. — Полагаю, он уже в курсе произошедшего. Насколько мне известно, у артефакта, что контролирует численный состав высших родов империи, постоянно кто-то дежурит, чтобы первым сообщить императору о чьей-то скоропостижной смерти. Там положительные изменения крайне редко происходят.

Тяжёлый вздох ректора был настолько прекрасен, что я с трудом погасил улыбку.

— Когда всё начинает складываться идеально, приходит Соло и напоминает, что он маг хаоса, внося свою стихию во всё, что его окружает, — заявил ректор. — Всё, иди отсюда! Мне нужно думать, как правильно написать письмо императору, чтобы мою академию не уничтожили! Розалин Греймод… Как ты вообще до такого додумался⁈

Вопрос явно носил риторический характер, поэтому я покинул кабинет ректора. Шир остался, но этому я не удивлялся. Этим двоим явно есть что обсудить.

— Ты не спешил, — заметила Вирена, как только я подошёл к её столу. Отложив бумаги в сторону, помощница ректора посмотрела на меня своими очаровательными белоснежными глазами.

— Порой дела обязывают нас посвятить им всё своё время, игнорируя наши желания, — ответил я.

— И какие же у тебя были желания? — Вирена многозначительно подняла бровь.