Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Подавилась куском колбасы Ребекка, вскочила с места, словно её ужалила оса в задницу, Лукреция, тихонько попятилась на четвереньках Клэр. И даже сама Катарина отпрянула, схватившись за серебряный стилет. Эта штука оказывается живой, звать сего монстра Чепеу.

Бабы вокруг зашептались, некоторые даже начали осенять себя знаком небесной пары. Но чудище даже не почуяло защитного знака, поведя лапой в воздухе.

— Так, — забормотал Юрий, — фрезу вручную вставлять надо, а сюда — дерево.

При чём тут высокий ажурный ворот стоечкой, тоже именуемый фрезой, совершенно непонятно. Однако вместо воротника в руках у Юрия оказалось хитрое толстое сверло. Он вложил его в лапу, и та с тихим жужжанием схватила вещицу, стиснув на ней все три когтя, а потом зашевелилась, осторожно коснувшись кончиком сверла небольшой серебряной пластинки.

А Юрий придирчиво оглядел дрова и выбрал самое толстое полено. Оно было сухое, но добротное. А когда вложил в большие тиски, сверло с громким жужжанием закрутилось, и лапа начала водить им по полену. В разные стороны полетела мелкая стружка. Женщины повторно осенили себя знаком Небесной Пары.

— Вот, моя госпожа, — довольно произнёс Юрий, отряхивая ладони, — хотите научиться пользоваться артефактами халумари — учите арифметику. Без неё не получится.

Лапа водила клешнёй по полену, а все смотрели на то, как сверло вытачивало поделку, как заворожённые. А когда колба со светом погасла, и лапа замерла, как неживая статуя, дружно заорали.

— Дизель!

Бычка снова подстегнули, а тем временем Андрэй поставил на раскалённые угли перегонный куб и подбросил дров.

— Учитесь, моя госпожа, — произнёс Юрий, оглядев толпу, забывшую о свои заботах, о танцах и прочем. И только леди Ребекка негромко, но поучительно заговорила:

— А я бы вам, Юрий, тоже преподнесла урок. Зачем вы пошли в лес к призраку?

Юноша застыл и опустил глаза, как напакостивший школяр.

— Я должен был что-то сделать, — тихо произнёс он.

— И вы сунулись туда? А если бы это была ловушка и призрак завёл вас в неё, где вас ждала бы долгая и мучительная смерть? Или он вселился бы в вас, а потом начал убивать по одному? Или подсыпал бы отраву в еду?

Юрий оглянулся по сторонам, но смолчал.

— А знаете, почему погибла одна из моих солдаток? — продолжила Ребекка, и в её голосе зазвучала сталь. — Потому что вы оказались не готовы к вхождению в проклятое место. Я не знаю ваших халумарских штучек, но вы повели себя, как мальчишка. Ринулись совершать благородные глупости! Это всех касается! И тебя, дитя моё, Клэр. Бросаться на призрака с голым клинком! Умереть ты всегда успеешь, только зачастую смерть получается глупой, и только наёмные менестрели могут исправить глупость на доблесть, которой не было. Было такое в истории не раз. Как же, она же королева, зачем ей шлем при осаде замка⁈ Она же самая лучшая охотница, можно и на медведя с голыми руками. Лучшая воительница! Зачем ей щит⁈ — повысила голос Ребекка. — Ваше дело не демонов побеждать! Ваше дело — вести в бой армию, и для этого нужно учиться тактике. Ваше дело — на дуэли защищать свою честь, чему тоже учиться надо, считать расходы и доходы всего графства, и от вашего умения посчитать дважды два будут зависеть судьбы десятков тысяч людей! — Ребекка достала фляжку с настоем валерианы, приложилась к ней и продолжила: — А что же храмовница? Ходила по полю, как сонная улитка!

Катарина сперва хотела возразить, но передумала и вместо этого опустила глаза в землю: всё верно говорит рыцарша.

— А волшебница⁈

— Я сделала волшебный меч, — тихо ответила Лукреция, не привыкшая к тому, что на неё так повышают голос.

— Волшебный — да. Боевой — нет. Вы говорили, что он больно духу может сделать, но льва зубочисткой не прогонишь! Придумайте что-нибудь и освойте, наконец, боевую магию, а то толку от вас нету. Торгашка от магии!

Лукреция стиснула зубы и заскрипела ими от злости, но смолчала. А леди Ребекка встала с места.

— И если хоть одна падаль неподобающе прошепчет на ухо другой падали о Её Светлости, вырву поганый язык и засуну в мохнатую дырку, будете получать удовольствие. Он же у вас длинный, без костей, и сам по себе болтает. А если, не приведи Небесная Пара, кто откажется выполнять сказанное Её Светлостью, буду пороть бичом для скота, пока шкура со спины не слезет до голого мяса и рёбер, а потом брошу без покаяния и погребения на обочине дороги, чтоб вас гиены, шакалы и стервятники по кускам растащили!

Все застыли, и лишь волшебная лапа Чепеу продолжала выпиливать из полена свою поделку.

Время тянулось медленно. Вокруг волшебной колбы со светом кружились мошки и мотыльки. Выскакивали из ночной тьмы летучие мыши, хватали свою добычу и снова скрывались во мраке. Где-то огласил протяжным рёвом свои владения одинокий лев, в ответ ему захохотали гиены. А немного погодя в опустившейся тишине стало слышно, как перегонный куб начал шипеть вырывающимся из небольшого отверстия паром. Вскоре что-то щёлкнуло, и пар перестал идти, зато затарахтела, как бешеная маслобойка, вещица, к которой подсоединили трубки.

— Даёшь стимпанк! — весело закричал Андрэй, пытаясь внести хоть немного добрых слов в эту зловещую тишину, но всем было невесело.

Глава 18

Мостик между мирами

Генерал сидел за большим обеденным столом, убранство которого состояло из белоснежной скатерти, серебряных приборов, хрустальных кубков и тарелок. В кубках — белое вино, на блюде — жареная порчетта в сахарном луке, мягкие лепёшки, похожие на лаваш, сыр пяти сортов, от солёного козьего до чего-то подобного пармезану, из даров озера — рыба, речные кальмары в оливках, большие лягушки в овощах и даже крокодильчики, начинённые бобами. Да и вообще стол ломился от угощений. А посередине, между бутылками и серебряными супницами, — большой подсвечник на десять свечей. Но самым необычным были в этом обеде не угощения и не сервировка, а люди, с которыми он сидел за столом.

Напротив аккуратно резал форель разодетый в белое с позолотой господин Винсент да Лаура — архивариус Круга. За ворот у него была заткнута большая тканевая салфетка, а от самых разных перстней пухленькие пальцы казались принадлежащими манекену. Мужчина резал рыбу и одновременно с этим обводил цепким взглядом остальных гостей своего дома.

Посередине, между генералом и архивариусом, расположилась Кассия да Бэль. Старая ведьма