Читать книгу - "Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин"

А затем месиво под плёнкой зашевелилось, открылись полные крови глаза и загорелись красным. Сломанная челюсть распахнулась и попыталась меня укусить.

А чё, так можно было, что ли⁈ Взять и оживить солдата после смерти? Некромантия в Империи запрещена, а тут такое! Если Имперская Канцелярия прознает об этом, то от Гилленмора камня на камне не оставит.

Враги использовали мою заминку. Бахнул выстрел, и рёбра обожгла страшная боль, а импульс перевернул меня на бок. Главный шатен стоял с дымящимся пистолетом.

— Печати! — крикнули мне с той стороны, где кипел ещё один бой. Гвардейцев жреца там заметно поубавилось. — Ломай печати!

Да я уж и сам догадался.

Щитоносец шёл на меня, закрывшись щитом. Он был большим и прямоугольным, тоже красного цвета и с сияющими рунами по периметру. Из-за него у гнома торчала только голова с нахмуренными бровями. Шатен взвёл курок, и я схватил за горло оживший труп бородача и прикрылся им. Мощные артефактные пули пробивали его тело и броню насквозь, оставляя огромные дыры. Но главным было то, что мне они не причиняли особого вреда.

Когда выстрелы прекратились, я сделал несколько шагов назад, увеличивая расстояние между мной и врагами. Пихнул ногой в их сторону стоявший рядом диван, но тот разбился в щепки о щит. Отбросил оживший труп, но перед этим выхватил из кобуры пистолет. Правда, пришлось расстаться с топором. Да и пистолет получилось взять вверх ногами, зато мизинец смог пролезть под спусковую скобу. И тогда я открыл огонь по шатену.

До этого я насчитал семь выстрелов. Думаю, здесь в обойме было столько же. Три пули не пробили броню гнома, но оставили хорошие такие вмятины и заставили его спрятаться за колонной. Остальные четыре я выпустил в щитоносца. Он тоже нырнул за щит, так что его не зацепило. А само укрытие покрылось трещинами, и сияние рун начало гаснуть. Пока оба врага потеряли меня из виду, я подскочил к щиту и вырвал его из рук гнома.

— Эй! — успел удивиться он, а я уже вмазал ему по роже железной хреновиной.

Артефакты защитили его от первого удара. Отдача чуть не вырвала щит, но я был к ней готов. Сделал подсечку, и коротышка упал. Насел сверху и стал долбить щитом. Ударил раз, второй, и замер. Ага, шатен с молотом уже нёсся на помощь другу.

Он выскочил из-за колонны слева от меня, размахивая молотом, и прыгнул. На целых три метра прыгнул, как кузнечик! И замахнулся оружием. Вот только я его уже ждал. Едва гном понял это, как принялся махать руками и ногами, но поздно. Так траекторию полёта не изменишь. А вот щитом по морде — да! Я уже перехватил железку поудобнее и широко размахнулся. Ударил слева направо. Металл глухо звякнул и откололся, а гвардеец с грохотом улетел куда-то в кабинет Принципала.

На щите осталась выбоина в виде полумесяца, и я вонзил острые концы в пол, прижав к нему шею третьего гнома. Сорвал печать с его плеча и сломал в кулаке. Она вспыхнула огнём, и я выбросил её. Пару раз вмазал по телу гнома, ломая защиту артефактов, и содрал пояс с пистолетом. Пригодится. Сияние его брони погасло. Видимо, один из артефактов подпитывал его маной. Потом разберусь, какой именно. Силы покинули гвардейца, и он тщетно пытался выдрать щит из пола.

Я огляделся. Холл теперь больше напоминал поле боя, чем приёмную самого главного гнома в Кузнице. Хотя им он и оказался. Пол испещрили рытвины и воронки, колонны больше походили на обглоданные рёбра, а вся мебель была уничтожена или сломана. И трупы. Кучи трупов. Трое бойцов в синей броне уже заканчивали с остатками гвардейцев. Те сражались отчаянно, но троица действовала слаженно, как отточенный гномский механизм. Последняя дюжина врагов вместе с элитным гвардейцем непременно падёт, это лишь вопрос времени.

— Р-р-ра-а-а! — заорали в кабинете Принципала.

Через секунду оттуда вылетел последний из троицы красных гномов. Шатен с двуручным молотом прыгнул с балкона надо мной, замахиваясь.

Никак он, блин, не научится!

Его встретил мой дубовый кулак, пробил защиту первого уровня и ударил в живот, выбив кровавые слюни из его рта. Враг отлетел спиной в стену, солидно увеличив глубину вмятины, которую оставил я несколько минут назад. Упав, он харкнул, после чего на полу заалели алые пятна, затем встал. Его глаза налились кровью и превратились в маленькие злобные щёлочки с чёрными пуговками зрачков.

— За Омура! — вдруг выкрикнул он и ударил себя в грудь. Под его кулаком лопнул артефакт в виде жёлтого кристалла, вспыхнув огнём.

— За Гилленмор! — ещё один удар, и ещё один артефакт рассыпался искрами.

— За Его Преосвященство!

Третьим лопнул самый большой камень, и языки огня поглотили гнома. Они впитались в броню и его кожу, по шее и щекам побежали огненные прожилки вен. Гвардеец покраснел, жилы на шее натянулись, а зубы заскрипели, стиснутые сильным спазмом. Руны на броне засияли с утроенное силой, молот объяло пламя.

Вот ведь фанатик долбанный!

Враг бросился на меня, размахивая огненным оружием. Оно оставляло оранжевые росчерки в воздухе, которые тут же гасли. Удар такой силы я не выдержу. Не знаю, что именно подсказало мне это. То ли шестое чувство, то ли дыры в полу и стенах, которые оставлял молот при ударе. Но я решил отступать и стал уворачиваться. Я же не идиот.

Гном бил слева и справа, сверху и снизу, а я уклонялся. Огонь опалил мне брови. Горячий воздух шевелил волосы при каждом ударе. Но гном не выказывал признаков усталости. Лупил и лупил.

Тренировочные бои с Сергеем Михайловичем научили меня, что если не можешь справиться с противником, дай ему выдохнуться. Наверняка действие этих странных кристаллов не бесконечно. Впрочем, как и пространство для манёвров.

Я спрятался за колонной, но противник одним ударом разнёс её. Кинул в него вертикальную клумбу с горшком, и её постигла та же участь. А потом просто стал убегать.

— Стой! — орал гном.

Ага, щас!

Где-то в том конце зала продолжалась битва, но туда ещё предстоит добежать. Мне нужно сдержать его натиск, пока он под действием гномской магии.Сунул руку в пояс, который отобрал у другого гнома, и вытащил несколько зелий.

Кинул синее, и оно взорвалось морозным облаком под ногами врага. На несколько секунд он замёрз, а потом взорвался огненной маной. Куски льда шрапнелью разлетелись в разные стороны. А я побежал дальше, оставив позади примерно треть