Читать книгу - "Мир Волшебниц - Сентай Хорнин"

им стену, пока мы медленно продвигались в лабиринте

Когда глаза привыкли к темноте, тут даже стало как-то… уютненько что-ли. Пусть примитивная, но зелень, которая правда не зеленая а коричнево-бежевая, звук бурного потока воды, что тек в одно ему известное место. А уж когда оттуда выпрыгнула рыба стало понятно, что это не просто канализация, а уведенная под землю река!

Но каким бы не был уют, замкнутость, влажность и темнота давили намного сильнее. А новых путей наверх совершенно не встречалось. Каждый новый поворот, каждый пройденные сотня метров валились все более тяжелым грузом на нашу психику.

— А какое наказание за нахождение в запретной зоне? — Как бы невзначай поинтересовалась Види во время небольшого отдыха. Сеть, которая не могла настроить путь отсюда. Но которая зато прекрасна работала, сказала весьма удручающую информацию — тюрьма!

Впрочем, так как мы волшебницы, мы можем отмазаться, но что-то мне совсем не улыбалась начинать нашу работу с Думитеррой с такого косяка. Что-то есть у меня подозрение по построенному ей, что она вполне способна выдумать наказание много хуже тюрьмы.

А тоннель продолжался все дальше и дальше. Мы даже успели устроить полноценный привал и половить рыбы. Целая одна попалась в наши руки, ну а что, у нас даже заостренной палки нет! Ладно хоть она была довольно жирненькой на вид. Заклинание «Очищение» от меня и огонь от Види вскоре приготовили нам порождение местных вод, выглядящее просто отвратительно. Я рыбой то это назвала из жалости и по привычке.

Плавники по всей поверхности тела, острые как бритва, не уступающие зубам в этой пасти. Я потому ее и поймала потому что она застряла в моей руке одним из своих пальцерубов! Так мало того, у нее еще и крылышки, чтобы взлетать над водой и даже несколько пар ножек. А уж внешний скелет вообще намекал что я сильно хватанула с записыванием этого в рыбы.

Впрочем, на вкус не так уж и плохо особенно с голодухи. Во много раз лучше чем ничего. По крайней мере желудок теперь отвлекает мозг от фантазии на тему что стоило повернуть там-то и мы бы уже вышли, или наоборот, вернуться в самое начало и пойти в другом направлении. Чем больше идем одним путем тем больше вероятность что найдем выход! По крайней мере, я так считала.

Но за очередным поворотом мы нашли нечто другое. Свет, идущий оттуда. Был нами ошибочно посчитан за признак цивилизации, однако все оказалось с точностью до наоборот. Огромный нарост местных мхов и лишайников давал свет, сравнимый с мощным фонарем, и мы даже в начале не заметили, что же они облепили.

Но стоило только приглядеться, как мы обомлели: над бурной рекой, на высоте одного метра, создавая иллюзию висящей лампочки благодаря проросшим до потолка примитивным растениям, находился ОН. Слабый аномальный кристалл.

И будто этого было мало на сегодня, этот паршивец, стоило нам появиться неподалеку, стал нас засасывать!

Глава 5

Любовь это незаконное оружие!

— Надо же, кого ко мне занесло! Настоящие волшебницы! Добро пожаловать в мое скромное жилище! — Подала голос девушка с черно-оливковой кожей, привлекая к себе внимание. Она была голой, лишь местами ее покрывали моховые наросты, казавшиеся больше какой-то болезнью, чем чем-то естественным.

Оно действительно было скромным. Вернее сказать, отвратительным. Буйство растительности дошло здесь до абсурда, а в воздухе витали споры. Я была очень рада что сейчас в маске но по лицам моей команды было ясно, что протянут они недолго.

— Зачем мы тебе? Разве аномалии настолько стремятся вступать в бессмысленный бой? — Поэтому чем угрожать ей оружием, я заняла позицию дипломатии. — Я кстати Женя, а тебя как зовут?

— Надо же, вы про меня не знаете? — явственно удивилась она — Видимо новенькие… Ну что ж, так даже лучше! Я Невытравимая, будем знакомы! Раз вы не начинаете драку, то будьте добры, лягте и не сопротивляйтесь!

Имя из одного слова намекало что аномалия перед нами слаба. Да и ее кристалл светился во много раз тусклее чем подобные что я видела раньше. Не нужно было быть гением чтобы понять, что свое имя она оправдывает на все сто, раз осталась аж под городом где люди живут!

Но просто соглашаться с ее требованиями? Это было абсолютно дико! Вот здесь сдерживаться было уже не надо.

— Девочки, давайте как выбьем из нее все дерьмо!

* * *

Тем временем девушка в лобби гостиницы получила звонок от своей сообщницы. Она ему очень обрадовалась, ведь обычно это означало успех!

— Эм… — Началось все не как обычно. — Хелминда, мы их упустили, они ушли в канализацию.

— Они что⁉ — Закричала девушка так, что от стен лобби отразилось звонкое эхо. — Как так вообще произошло?

— Ну, они не захотели отдавать нам свои деньги и пришлось преследовать. Мы их зажали в угол и они просто пробили путь вниз… — Начала оправдываться Михория, вот только ее собеседница уже ничего не слушала.

— У вас было все чтобы этих девок раком нагнуть, и численное преимущество, и вооружение и в крайнем случае ты! Я бы тебя отмазала за прилюдное применение любой магии, ты могла хоть голову им взорвать, ограбить и воскресить! И не говори что вы даже круг оживления не взяли, я сука вам это все доставала чтобы вы вместо ограбления четырех школьниц дали четыре трупа? Ты чего ради так торопилась сегодня это сделать я же тебе неделю дала!

— У них на карте почти миллион…

— Чего миллион?

— Сиссенов миллион!

На этом слове у Хелминды перехватило дыхание. Если уехать на окраинные миры и просто жить в свое удовольствие она за половину этой суммы на работу в следующий раз выйдет только лет через семьдесят! Теперь она даже понимала почему девчонки предпочли с такими деньгами сигануть черте куда а не просто отдать их, раз уж их загнали в угол. Она бы так же поступила!

Вот только ситуация складывалась крайне поганая. Сдерживать эту вредную аномалию ходят только раз в год, тогда же и достают трупы и пытаются воскресить. Чертова Думитерра считает что это должно мотивировать побыстрее найти способ убить засевшую в канализации суку раз и навсегда.

А если должница номер один решит поинтересоваться ее выпускницами? Пусть это редкость, но происходит. Хелминда бы очень сильно не хотела очутиться с разъяренной тысячелетней сукой в