Читать книгу - "Фантастика 2025-184 - Олег Александрович Волков"

Гадина. Самая настоящая змея. Как же? Думает, что я только из-за молчания согласилась на брак и не смогла отказаться! Какая же она глупая!

Эльф недоуменно перевел свой взгляд с меня на «подругу» и, наконец, догадался, почему я молчу.

— Может быть, это и неплохо. Меньше криков будет, — довольно протянул он, а я окаменела.

Но ведь он же не собирается подтверждать брак?

— Убирайся и не мешай, — прошипел эльф и сделал шаг со мной на руках

Теперь в моих глазах читался страх, а тело начало нервно подрагивать.

— Но ведь вы же обещали мне… — начала Мелисса, но эльф кивнул кому-то за плечо, и ее тут же оттащили в сторону.

— Всё, что обещал, я выполнил. Принцесса теперь не претендует на «твоего» мужчину, — он как-то мерзко протянул это и выделил слово твоего, а Мели растерялась.

Не знаю, на что она рассчитывала конкретно, но явно еще на какую-то помощь.

— Но ведь вы сказали, что поможете мне…

— А разе не помог? Принцесса — моя супруга. Дальше уже не мое дело, каким образом ты будешь располагать к себе иномирца, — брезгливо закончил эльф и пошел.

А Мели стояла, пораженная его словами.

— Я… я расскажу ему, что вы заставили Лариссу! — выкрикнула она.

Точно дура. Эльф теперь избавится от нее. Мозгов, как заметила однажды Ири, у Мелиссы явно не было.

— Тогда не забудь поведать о том, кто помог усыпить голубков, — улыбка эльфа напоминала хищный оскал.

Я посмотрела в лицо Роландэла и недоумевала. А ведь их раса считается самой миролюбивой. И вот, простите, где? В каком месте? Пожалуй, эта самая беспринципная из всех известных мне рас. А Роландэл — самый мерзкий худак во всём мире, такой же хитрый и пожирающий всё на своем пути.

Мели побледнела, а глаза ее наполнились слезами. Только вот жалости у меня к ней абсолютно не было. Расскажет она Алексу о правде. Так и хотелось прокричать, что он и без нее всё узнает… Главное, чтобы не было… поздно. Иначе я сама себя простить не смогу…

Лучше я послушала бы перебранку Мелиссы и Роландэла, лучше выиграть хоть минуту времени и оттянуть то, что может перевернуть мою жизнь.

— Надеюсь, ты была благоразумна и сохранила себя для меня. Не люблю порченный товар…

Я, разумеется, не ответила, а только сильнее сжала кулаки и сцепила зубы.

Роландэл принес меня в свои покои, закреплённые за ним в нашем дворце. Они мало отличались от других гостевых, разве что цветом. Стоило только двери захлопнуться за моей спиной как меня тут же поставили на пол. Я сразу отскочила от новоиспеченного супруга. На языке только и крутился вопрос: «Когда же я увижу Алекса?». Только задать его вслух я не могла!

Эльф улыбался и медленно надвигался на меня. Я мотала головой и также медленно двигалась от него, минуя мебель, расставленную в небольшой гостиной, перебирала руками по спинкам кресел и низкого дивана. А эльф забавлялся моим положением и не спешил.

Я попыталась выдавить из себя хоть звук. И, о чудо, мне удалось прохрипеть:

— Что… с Алексом и… Ирэной? — я закашлялась и сглотнула вязкую слюну. Ожерелье на горле жало и давило.

— Жаль, что действие зелья прекратилось. Молчаливой ты мне нравилась больше.

— Ты получил, что хотел, и обещал отпустить их.

— Обещал, но не раньше, чем наш брак будет скреплен. Не думаешь ли ты, что я упущу власть из-за столько незначительного действия?

— Я тебя возненавижу! — прошипела я.

— Я это переживу. А ты рано или поздно смиришься, — рассмеялся он.

— Ненавижу! — от злости я бросила в него вазу, но эльф отклонился.

Роландэл взбросил руку и навесил полог тишины, видимо, чтобы охрана не беспокоила нас.

— Я не невинна! Убирайся! — в отчаянии закричала я.

Роландэл оскалился:

— Удостоверюсь лично, принцесса. Не думаешь ли ты, что поверю на слово? Но, знай, я буду крайне разочарован, если это действительно так, и накажу тебя.

— Поклянись, что выпустишь Алекса с Ирэной и не причинишь им вреда, — я продолжала маневрировать между предметами мебели, смотря в такие ненавистные зеленые глаза.

— Ты не смеешь диктовать мне условия, моя дражайшая… супруга, — эльф выплюнул последнее слово и сделал резкий рывок в мою сторону.

Я успела отскочить, но зацепилась подолом за квадратный столик и споткнулась. Этой заминки хватило, чтобы эльф поймал меня поперек живота. Я лягнула его ногой и попыталась высвободиться.

— Не сопротивляйся. Одно мое слово, и его убьют, как и его драгоценную сестрицу. Ты этого добиваешься? — прошипел эльф, пока я отчаянно сопротивлялась со слезами на глазах.

— Оставь меня. Мы ведь уже супруги. К чему это подтверждение? Оно ничего не значит.

— Для меня значит, — услышав его ответ, я еще никогда в жизни не была близка к безумию. Я безнадежно захотела стать вдовой. — Все правила будут соблюдены, чтобы ни у кого не возникло и мысли о незавершенности обряда.

— Я подтвержу, что мы — полноценные муж и жена. Только не трогай меня, — умоляла я.

Но эльф был глух к моим просьбам. Роландэл тянул меня в спальню, пятясь вместе со мной и швырнул на кровать. Я откатилась на ней и схватила с прикроватной тумбочки вазу, не раздумывая бросила ее в эльфа. Жаль, что силы не хватило, чтобы он потерял сознание, но хватило того, чтобы осколок порезал ему лоб, и там набух неглубокий порез. Всхлипнула, на что я вообще могла надеяться, сражаясь с мужчиной, который без промедления снес голову своему советнику? Не знаю. Но я не хотела того, что будет дальше. Призвала магию, но Роландэл, осклабившись, смял мой порыв.

— Напомни мне, дорогая, надеть на тебя антимагический браслет, — потешался он.

Кажется, эльф испытывал какое-то странное удовольствие от моего сопротивления. Я попыталась выскочить из комнаты, но снова была перехвачена. Теперь уже Роландэл крепко прижал меня к стене. Мои ноги он крепко спеленал, а руки пригвоздил одной рукой. Его лицо было крайне довольным и возбужденным. Он даже не применял магию, ему доставляло удовольствие справляться со мной и так. Слезы лились из моих глаз. Он рванул лиф моего платья вниз, и оно повисло на талии. Тонкая шелковая рубашка совершенно не скрывала моего тела, обрисовывая все его выпуклости. И от того взгляда, каким Роландэл обвел мое тело, меня затрясло еще больше от омерзения. В какой-то момент я начала задыхаться. Испуг, страх, горечь, отчаяние и безнадежность — все смешалось во мне в гремучий коктейль. Если бы только можно было бы убить его, я бы так и сделала. Но