Читать книгу - "Фантастика 2026-157 - Арсений Громов"

спуститься по течению километров семь, один из братьев двинул дедка под дых, потом достав кинжал приставил его к его шее, а второй радостно скалился держа в руках и разглядывая двустволку лодочника.

Борька успел попрощаться с жизнью, подумав, что сейчас, ему как свидетелю перережут горло словно безвольному барану этим самым кинжалом. Но старший из турок поманил его за собой и Борис безропотно пошел в селение нахичеванских турок, попавших сюда совсем недавно. Лодочнику связали за спиной руки и он протопал, примерно с километр пока их не встретили бородатые мужчины на конях и с телегой. Братья сели в седла свободных коней, а лодочника и Борьку посадили в телегу, которой правил подросток лет пятнадцати. У встретивших их мужчин были не только кинжалы и шашки на поясах, но пара ружей за спинами и даже автомат у одного из всадников.

От реки, до поселения турок было километров шесть-семь. Поселение было небольшим, но по мнению Бехруза богатым — полтора десятка крепких, в основном кирпичных домов. Дети, старики, женщины скрывающие лица под никабами и платками и много лохматых кавказских овчарок. Наверное, в каждом дворе по одной-две собаке. Борис пробыл в поселении нахичеванских турок сутки, но его не били и даже пару раз покормили, а потом Ахмет и седой турок, как понял Борька дядя братьев, предложили ему торговать в Белом Яру их баранами, твердым сыром и шерстью за долю от прибыли, но если Борис будет привозить им работников — крепких мужчин, то за каждого получит по барану, а за дюжину работников старший обещал еще и хорошего коня.

Седого, пожилого, но крепкого мужчину, звали Джаббар и помимо пятерых племянников у него было еще четверо сыновей от двух жен. Он объяснил Борису, что если тот будет честно торговать их бараниной и поставлять батраков для грязной и тяжелой работы, то будет иметь много денег и коня. А если вернется и все расскажет властям, то братья Ахмет и Бекир, которые поручились за него, его найдут и зарежут.

За три недели Борька успел продать три десятка баранов, большую часть которых брали на развод крестьяне из сел, и только десяток он отдал мясникам для забоя на мясо. Там конечно были не одни бараны, но, что на Кавказе, что в его родных краях и самок и самцов именовали баранами. Сам он старался не торговать считая себя бродягой по жизни, но приглядывал за торговкой Любашкой, у которой муж был рубщиком на этом рынке. Впрочем, Борис подменял Любашку несколько раз за день и сам вставал за прилавок, чтобы баба могла справить нужду, погреться, да попить чаю в тепле.

За эти три недели, он успел сосватать людям из клана Джаббара двух братьев, согласившихся поработать на том берегу на заготовке дров две недели, уже седоватого мужика — бывшего учителя и молодого паренька, понимая, что попав к туркам те попадут скорее в рабство, чем отработают контракт и получат причитающееся вознаграждение. Хоть Ахмет был недоволен, что за три недели Борис подрядил лишь четверых работников и говорил, что им нужно как минимум десяток сильных мужчин, Борис боялся засветиться действуя нахрапом — снова попасть на лесоповал схлопотав новый срок ему не хотелось.

Новую партию баранов и товара для продажи Ахмет с братом привезут ему завтра и хорошо, что подвернулся студент-попаданец, этот не местный, этого никто искать не станет, значит и вопросов после его исчезновения ни у кого не возникнет. Молодой, высокий — братья будут довольны, а Борис положит в свой тайник еще пару серебряных рублей. Понятно, что бесконечно этой веревочке не виться, но это уже пятый человек, если удача не отвернется от Бехруза и он найдет туркам еще пятерку рабов, то получив и продав обещанного коня, станет обладателем круглой суммы в серебре. Тогда, один серебряный рубль он отдаст местному лепиле, чтобы тот кислотой свел с его руки рогатую морду иблиса и с оставшимися деньгами переедет в Ягодное или Тегульдет, где начнет новую жизнь вольного человека.

* * *

Герман проснулся ночью, как показалось от чужого присутствия. Ричи тоже не спал, он вскочил и несмело рыкнул уставившись на забитую досками дверь. Нащупал ружье и стараясь не шуметь сполз с дивана. Прислушался, но никакого шума не услышал, лишь пару раз скрипнул снег во дворе, а потом в лунном свете мелькнула какая-то тень. Метнулся к окну и встав с краю осторожно выглянул из-за шторы, но двор был пуст. Телефон показывал без пяти четыре, значит проспал часа четыре с половиной, если не пять. Прислушивался еще с десяток минут, но все было тихо и через некоторое время снова улегся на диван, но уснуть уже не смог.

Обулся и при тусклом свете фонарика пауэрбанки принялся перебирать вещи в шкафу. Отобрал несколько почти новых футболок, спортивный костюм и летний трехцветный камуфляж, который даже примерил. Камок был широковат, но с трико и кофтой надетой под низ — самое то. В шкафу помимо женской одежды было еще несколько пиджаков и костюмов, которые в данной ситуации Германа не заинтересовали. Еще, взял несколько трусов, старался выбирать самые новые. Ну, а что делать? Жить то как-то надо и не факт, что другое сменное белье тут найдет. Носки тоже пошли в дело, правда в шкафу нашел целых четыре пары совершенно новых, чему обрадовался.

— Оружие есть, прибарахлился, еды тоже достаточно, завтра разведку произведем на предмет какого другого жилья. — подмигнул он внимательно слушающему его собакену.

Вчера он затащил в дом второй телевизор из «обрезанной» неведомой силой комнаты и взял там из стола самсунговский планшет, который к его радости запоролен не был. Полистал его, правда кроме трех десятков фотографий мордатого мужика лет сорока и блондинистой женщины чуть помладше, где на некоторых присутствовал и Ричи, ничего больше не было. Ни фильмов, ни книг, ну разве, что несколько роликов и музыкальных клипов. Но в столе нашел внешний диск на один терабайт и пару флэшек. Нашел и активный переходник позволяющий подсоединить к восьмидюймовому планшету, и флэшки, и диск, но сейчас по причине отсутствия электричества этого было сделать нельзя.

— Ладно, лишним не будет, может не на необитаемой планете оказался.

Когда совсем рассвело, оделся и вышел во двор куда из гаража вынес мангал который можно было использовать как жаровню. Наколол щепы, разжег и на решетку поставил большую кастрюлю с водой. Когда вода закипела сварил половину пельменей. Сварил бы все, но остальные не