Читать книгу - "Почти люди - Михаил Валерьевич Булыух"

— Мне нужна женщина, а эту я уже беру себе, — закончил я объяснение. Тумна фыркнул, явно считая считал выбор крайне неудачным.

Когда мы вернулись к остальным, спор стал ещё неприятнее. Три женщины моей группы немедленно показали, что для появления новой женщины мне совсем не требовалось подбирать маленькую чужачку возле костра. Эна ткнула пальцем в собственную грудь, затем в меня и вопросительно подняла брови. Нааик оттолкнула её плечом и сделала тот же жест. Третья, Шрама — её эргастерское имя Айшш складывалось из «рана» и «волосы», потому что старый рубец уходил под волосы у виска, — просто поставила свой мешок рядом с моим.

Я показал всем троим, что решу потом, пока спасённая стояла возле меня, держала отобранное у неё копьё уже тупым концом вперёд и следила за каждым движением окружающих. Несколько мужчин всё ещё поглядывали на неё как на недоделанную часть добычи.

Я поднял своё чёрное копьё и предупредил, что тот, кто тронет её, больше не получит от меня чёрного оружия.

Это объяснение оказалось убедительнее всех остальных.

К вечеру убитых разделили. Я не участвовал, но и запрещать не стал. Для группы их мясо ничем не отличалось от мяса других чужаков, а пищи после перехода было не так много, чтобы выбрасывать её из-за моих воспоминаний о XXI веке.

Спасённой дали кусок бедра взрослой женщины. Я ожидал хотя бы паузы.

Она понюхала мясо, подержала над огнём, откусила и начала жевать.

Я сел напротив и показал вопросительный жест имени.

Она поняла вопрос, коснулась груди и произнесла хрипловатое «Мгра».

Одной рукой показала голову, другой напрягла предплечье: умная, сильная. Звуки выходили хуже, чем жесты. Её горло не было приспособлено к нашей речи так же хорошо, как моё.

Для себя я перевёл её имя как «Умница». Она ткнула пальцем в мою грудь и спросила:

— Хураа? — спросила она. Я ответил утвердительным жестом.

Мгра перестала жевать и несколько секунд смотрела на меня, потом показала женский жест, много еды, заботу и защиту.

Я уже знал, кого она имеет в виду, и назвал Аамму. Мгра улыбнулась и кивнула: значит, Счастье когда-то встретила и её.

Разговор пришлось продолжать жестами. Не теми простыми движениями, которыми пользовалась группа, а нашим старым языком реинкарнаторов, разросшимся за бесчисленные жизни. Мгра знала его хорошо. Она показала, что Аамму встречала очень давно. Потом назвала Сына Голоса и объяснила: три жизни назад, далеко на востоке, в Азии.

Я спросил о других, и она перечислила несколько знакомых мне обозначений, несколько незнакомых, потом показала Вождя.

Я сразу поднял три пальца и вопросительно указал на неё. Не потому, что что-то понял, а потому, что она перед этим изобразила убийство и возвращение.

Мгра рассмеялась и подтвердила: три раза. Это случилось очень давно.

Я смотрел на неё, пока совпадение наконец не стало очевидным.

Я объяснил, что Вождь зовёт такую женщину Шпионкой. Эту мысль пришлось передать жестами и несколькими знакомыми звуками. Мгра сначала прищурилась, затем поняла и снова засмеялась; я рассмеялся вместе с ней. Передо мной сидела та самая женщина, которая когда-то несколько раз добралась до Вождя, а теперь ела жареное мясо собственного недавнего сородича в теле маленькой поздней умелицы.

Группа вокруг уже готовилась ко сну. Тумна всё ещё поглядывал на нас с недоверием. Пакшр раскладывала подстилку рядом с Иикной. Эна следила, чтобы Мгра не подошла близко к детям.

Я не знал, сколько продлится эта жизнь и что успеет измениться. Но впервые за очень долгое время рядом оказался человек, которому не нужно было объяснять, почему я помню мир, исчезнувший миллионы лет назад.

Глава 9. Умница. Часть 2.

Часть II

На следующий день Мгра пошла с нами так, будто всегда была частью группы. Никто из остальных с этим не согласился.

Эна не разрешала ей приближаться к детям ближе нескольких шагов. Нааик отделила для неё кусок подстилки и положила его возле моего места, потому что рядом с собой принимать чужачку не собиралась. Когда женщины делили корни, Мгре ничего не дали. Тумна бросил ей половину обглоданной кости только после того, как я посмотрел на него слишком долго. Мгра подобрала её, выскребла остатки мозга и даже не попыталась показать, что заметила отношение к себе.

Её тело было слабее наших. Это проявлялось в каждом длинном переходе. Там, где наши женщины шли с ребёнком на бедре и мешком за плечом, Мгра уже к середине дня начинала чаще дышать. Но отставать она не позволяла себе. Когда группа останавливалась, садилась последней. Если кто-нибудь оглядывался, сразу вставала и продолжала идти.

Вечером она взяла выброшенную реберную кость, расколола её и начала выравнивать край камнем. Я сначала решил, что ей нужен обычный скребок. Через некоторое время получился тонкий костяной нож. Режущая способность уступала хорошему отщепу, зато кость была удобна для мягких продуктов, волокон и работ, где каменный край быстро крошился.

Мгра протянула нож Пакшр, но та не взяла, поэтому Мгра положила его возле неё и ушла к огню. Через несколько минут Пакшр всё-таки попробовала край на сухом волокне. Потом спрятала нож в свой мешок.

На этом их дружба не началась. На следующий день Пакшр снова не подпустила Мгру к ребёнку Иикны. Но сам нож Пакшр оставила себе.

Через неделю таких ножей в группе было пять. Мгра делала их не ради благодарности и не пыталась устроить показательное обучение. Она просто сидела возле женщин и работала. Если кто-нибудь наблюдал — не прогоняла. Если просили жестом — отдавала готовое изделие. Эна взяла третий нож и сразу показала Мгре на слишком толстую рукоять. Мгра переделала её без спора.

Отношение Эны изменилось из-за другой вещи. У неё была маленькая дочь, которую она ещё часто носила на руках. Девочка уже весила достаточно, чтобы после нескольких часов пути у Эны немела кисть. Она меняла руку, сажала ребёнка на плечо, спускала на землю и через несколько минут снова поднимала. Мгра наблюдала за этим два дня. На третьем взяла длинную полосу плетёного волокна, сделала широкую петлю через плечо и показала, как посадить ребёнка сбоку, чтобы часть веса приходилась на спину и грудь.

Эна посмотрела на конструкцию с явным недоверием. Потом посадила туда дочь, прошла несколько десятков шагов, поправила петлю и прошла ещё столько же.

Мгра протянула руку, собираясь изменить узел, и Эна впервые не оттолкнула её.

Она сама показала, где ремень режет плечо,