Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

«Плевать на проклятье, - подумал он, - она никогда не сможет причинить мне вред, как и я ей. Мы стали единым целым и нам остался всего один шаг, чтобы все наконец, встало на свои места!».

Он закрыл шкатулочку и повернулся, чтобы посмотреть на кровать. Валеска продолжала спать. Ее лицо было спокойным и безмятежным, и князь не мог отвести взгляда от идеальных черт ее лица, казавшихся ему самими прекрасными и любимыми.

«Главное, чтобы она не узнала о проклятье, - подумал Вацлав, - тогда я найду способ обойти его и жить долго и счастливо вместе!» - он почти поверил в то, о чем подумал. Вернувшись к постели, лег рядом с девушкой, положив шкатулку под ее подушку, проделав это так осторожно, что она не проснулась, лишь пошевелилась и повернулась на другой бок, к нему спиной.

Князь не удержался, придвинулся ближе, повторяя своим телом каждый ее изгиб, и застыл, прислушиваясь к тихому спокойному дыханию любимой. Время для него остановило свой бег, и князь мог лишь любоваться той, которую считал совершенной. Неожиданно вспомнил первую встречу, когда она убежала от него, испугавшись жуткого вида демона, а он ведь тогда и не понял, что встретил свою единственную, ту, что могла рассмотреть под его человеческим обликом монстра и наоборот, увидеть в демоне человека. Вацлав удивлялся самому себе, не понимая, как мог желать ее ухода, как хотел жить без нее.

«Но, признайся же! – сказал сам себе. – Ведь не зря ты следил за ней через зеркала. Уже тогда, с первых дней встречи, она зацепила тебя так, как ни одна женщина до нее». И дело было не в том, что Валеска особенная ведьма, и не в том, что она та, кому суждено осуществить проклятье, нет. Просто она – особенная для него. Желанная, любимая. Женщина, которой он, сам того не подозревая, отдал свое сердце, хотя наивно полагал, что ни одна из женщин не сможет пробудить в нем любовь.

«С ума схожу, глядя на нее! – подумал он. – Триста лет я ждал ее! Ждал и боялся, что она появится и моя жизнь остановится. А теперь я смотрю на нее и понимаю, что готов умереть ради того, чтобы хотя бы немного, но прожить вместе с той, которую полюбил!».

Девушка снова шевельнулась и придвинулась к князю. Его тело отозвалось мучительным желанием, сродни которому была боль, но такую боль он был готов терпеть всю свою жизнь. А затем Валеска повернулась к нему и открыла глаза. Вацлав вздрогнул, заметив в ее сонном взгляде немного удивления, словно ведьмочка не могла понять спросонок, где находится, и кто рядом с ней, а затем он увидел, как она моргнула и теплый взгляд ее глаз стал осмысленным. Улыбка тронула ее губы, и она прошептала:

- Вацлав!

От звука собственного имени, сорвавшегося с ее губ, бедное сердце мужчины едва не вырвалось из груди, забилось часто и ему стоило больших трудов оставаться спокойным.

- Проснулась, наконец! – ответил он, радуясь, что голос не дрожит.

Девушка неловко протянула руку и положила ее на грудь князя, заставив его дернуться от легкого прикосновения.

- Что? – удивилась она, а затем покосилась вниз, на ту часть его тела, что сейчас пришла в полную боевую готовность и только и ждала, когда Вацлав притянет к себе податливое мягкое женское тело.

- Как ты себя чувствуешь? – спросил он, сдерживаясь от желания снова сделать Валеску своей. – Нигде не болит? – уточнил.

Девушка потянулась и покачала головой.

- Нет, - ответила уверенно.

Для князя это было знаком. Он перевернул Валеску на спину и окружив руками, взглянул в глаза, позволяя своей страсти выплеснуться в умоляющем и почти отчаянном взгляде.

Еще никогда он не просил о близости. Еще никого он не хотел с такой силой, как сейчас хотел эту юную красавицу. И ее глаза сказали ему: «Да!» - более того, Вацлаву даже показалось, что девушка с готовностью приняла его и в этот раз он был нежен, касаясь ее тела с почти трепетным благоговением, ощущая неповторимый аромат ее страсти. Покрывая поцелуями каждую пядь ее кожи, он едва сдерживал порыв отбросить прочь все ласки и войти в мягкую плоть, врываясь с каждым новым толчком, ощущая, как его женщина поднимается на небеса блаженства одновременно с ним. Но он умел контролировать себя, хотя рядом с Валеской это было почти невозможно. Только прошлая ночь смогла придать ему сил сдержать в узде рвущуюся страсть и утро расцвело для обоих новыми красками.

Уже после, лежа рядышком и обнимая друг друга, князь вспомнил о шкатулке. Приподнявшись на локте, он посмотрел в сияющие глаза девушки и сказал:

- Нам срочно необходимо принять ванну, а после позавтракать!

Я вернула ему улыбку, ощущая правдивость слов мужчины. И пусть в теле до сих пор оставалась приятная легкость, я все же ощущала себя липкой после постельных утех, и с готовностью отозвалась на идею вымыться, а после и перекусить, так как желудок пока еще терпел, но скоро обещал мне спеть самую заунывную серенаду. Заодно и напомнить о том, что вчера за ужином я проигнорировала его, так что, завтраку быть!

Именно с такими мыслями я хотела было встать с кровати, когда князь как-то странно посмотрел на меня.

- Подожди! – сказал он.

Я удивленно посмотрела на мужчину. Вацлав поймал мой взгляд и отчего-то шумно сглотнул, а я впервые видела подобную нерешительность на лице у этого сильного мужчины.

- Нет, - сказал он, - давай во время завтрака поговорим!

Я встала и стала поднимать наши вещи, продолжавшие одиноко валяться на полу. Платье Радки надеть не решилась, из опасения выпачкать его и тогда Вацлав протянул мне свою рубашку. Я колебалась недолго, после чего надела на голое тело одежду, хранившую запах князя.

- Отличный размер! – зачем-то сказала я и даже покрутилась перед мужчиной, показывая, что его рубашка прикрывает мне ягодицы и почти доходит до колен.

- Как на тебя шито! – пошутил Вацлав и добавил: - Оставайся здесь, а я позову слуг и велю им наносить воды, чтобы мы могли искупаться!

Он натянул быстро штаны и босиком прошлепал прочь из спальни. Скрипнула дверь, и я осталась наедине сама с собой. Только после ухода Вацлава, запоздалый стыд бросился мне в лицо и подняв руки, я обхватила его своими ладонями, вспоминая