Читать книгу - "Фантастика 2025-21 - Blackmourne"

не очень далеко от свалки, Итто уважали и знали, что просто так он спешить не будет, поэтому по дороге обошлось без лишних вопросов. А что на руках кого несёт – так доктор не так уж редко оказывал помощь тем, у кого нет денег на дорогую клинику в центре, беря оплату «потом и как сможешь отдать». Наверняка и сейчас какой-то острый случай.

Заскочив в клинику, доктор сразу крикнул:

– Нандила, операционную, срочно.

– Опять кого-то принесли, доктор.

Из соседней комнаты выглянула Нандила. Склонная к полноте уже немолодая негритянка, работая в клинике, имитирующее кожу покрытие конечностей снимала. Красота в операционной не нужна, а вот помешать может запросто. Потому сейчас щеголяла левой кибер-рукой-манипулятором и двумя кибер-ногами ниже колен.

– Ох, ты, совсем ещё ребёнок. Что с ней, доктор?

– Пока действует анестезия и идёт общее сканирование, объясню.

Сразу как девушку раздели – одежду Итто немедленно отправил в сжигатель отходов, уложили на операционной стол, и автоматика начала её готовить к операции, доктор начал рассказывать:

– Я сегодня по свалке ходил и нашёл её. Прыгала с парашютом, неудачно приземлилась, без сознания и наверняка травмы. Но самое поганое в другом. Я ко всему привык, но некоторые вещи… В общем, у неё каким-то образом нет идент-кода, вообще нет. Невозможно, знаю, но его нет. А вместо этого вшит обычный чип с паспортом на домашнее животное.

– О господи, что за нелюдь-то, ребёнок же! А она хорошенькая.

– И кому-то захотелось заиметь красивенькую личного раба. Не знаю уж, как они это провернули. Я так понимаю, девочка сумела бежать, во время побега и разбилась. Заявлять в Управление порядка нет смысла.

Нандила кивнула. Некоторые законы – условие существования любого общества, поэтому как бы ты ни был богат и влиятелен, за их нарушение тебя уничтожат. Тот, кто нашёл способ и рискнул стереть идент-код, чтобы превратить человека в раба, автоматом получит смертный приговор сразу, как всё выплывет наружу. Едва в Управление порядка поступит информация, преступник выложит любые средства, лишь бы зачистить следы. И даже когда его в итоге всё равно найдут и накажут, девочка к этому времени будет мертва.

– Доктор, и что вы хотите?

– Не брошу я её. Нет-нет, вовсе не из-за Лине. Просто… нельзя прикрывать свою шкуру жизнью детей.

– Да бросьте вы доктор, уж больно пафосно говорите, – заулыбалась Нандила. – Ну я же вас знаю, и я всегда за вас. А раз вы заговорили про Лине, неужели вы хотите использовать?..

– Да. Я думаю, Лине бы со мной согласилась. Отдать её идент этой девочке – это будет лучший для неё памятник. Так, разговоры потом. Пациентка готова. Ищем травмы, ищем маяки, уничтожаем посторонние чипы. Ага, эти выродки и коммутатор ей не ставили, чего ещё ждать от таких подонков. Нандила, возьми тот, который в пятой ячейке.

***

Софья проснулась оттого, что солнечный луч начал щекотать лицо. Она чихнула, открыла глаза и вздрогнула – как живое встало последнее воспоминание, когда она падала с неба на землю. В комнате, где она очнулась, тоже всё было оформлено в облаках – стены, потолок. Зато пол деревянный, светлый. Когда взгляд немного попривык, то Софья заметила, что облака всё-таки спускались не до самого пола, внизу был нарисован ковыль, вдалеке какие-то горы. Словно комната располагалась на верхушке горы, а шкаф в углу изображал ствол уходившего в небо дерева. А ещё здесь было окно. Широкое, но не до пола – обычное, на уровне пояса и даже с подоконником. Настоящее окно, не имитация, откуда-то она это знала точно. И снаружи пахло весной с лёгким привкусом железа и ещё чего-то.

Софья откинула лёгкое одеяло, под которым лежала – тоже, кстати, с облаками, встала. С удивлением обнаружила, что одета в длинную ночную рубашку. Она такие не носила, а видела только в кино, потому ходить в ней было довольно странное ощущение. В несколько шагов оказалась рядом с окном и выглянула наружу. Там обнаружилась улица, самая обычная. Асфальт. Насколько она могла видеть со второго этажа, не высовываясь из окна, в обе стороны уходил ряд двух-трёх этажных современных домов, иногда отделанных каким-то однотонным пластиком или чем-то вроде сайдинга, а иногда разрисованных граффити. По улице шло оживлённое движение, но вот многочисленные пешеходы вызывали оторопь. Не тем, что типажи там были очень перемешены – европеоиды, монголоиды, негры и так далее. Чуть ли не четверть людей имела какое-то сращённое с плотью железо. От простых металлических рук или ног до совсем экзотики, когда вместо ног были две опоры на колёсном шасси. Некоторые вообще были условно человекоподобными машинами с человеческими головами. И никого это не смущало.

В дверь комнаты снаружи раздался вежливый стук.

– Я слышу, ты проснулась. Можно войти?

– Д-да, – Софья мгновенно юркнула обратно на кровать. Села спиной к стене, подобрав колени и укутавшись одеялом до горла.

В комнату вошёл мужчина – Софья сразу напряглась, потому что поверх брюк и свитера у него был надет медицинский халат. В остальном рост чуть выше среднего, фигура не худая и не толстая. Короткая стрижка уже начавших седеть тёмных волос, так любят стричься именно врачи, чтобы волосы не мешали. Лицо она сначала подумала какое-то измождённое, впалые щёки, морщины, но почти сразу всё-таки решила – нет, просто этот человек очень многое видел, вот события и оставили свой отпечаток. Да и голубые глаза были не старые и мутные от времени, а буквально горели проницательным умом. И ещё никаких металлических деталей она у него не заметила.

Мужчина встал рядом с кроватью, улыбнулся и сказал:

– Здравствуй. Давай знакомиться. Меня зовут доктор Итто Дагред. Я нашёл тебя на свалке. Ты прыгала с парашютом и разбилась, маяки не сработали. Откуда ты летела и почему прыгала – не спрашиваю, в Железном городе это не принято. Как зовут тебя? Чтобы ты не думала, дескать, хочу узнать тайну – в бреду ты называла себя Медянская. Но поскольку бред во время лечения не считается, спрошу, как тебя зовут.

– Софья. Моё имя Софья, а Медянская – это фамилия, – прикидываться не имело смысла, тем более хозяин всё равно знает.

– Прекрасно. Дальше. Я не буду тебя удерживать силой, хотя и советую какое-то время ещё у меня пожить под присмотром врача. А чтобы закрыть вопрос…

К удивлению Софьи, прямо в воздухе повис прямоугольник монитора, причём так, чтобы она могла