Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

имеют огромное значение. Одно дело, когда британский флот прибыл на помощь легитимному правительству, желая спасти страну от тирании и ужасов Гражданской Войны. И совсем другое, если правительства этого нет и в помине.

Орлов-Давыдов испугался ответственности… или чего иного? Не важно. Юсупов, следующий по значимости революционер, пользовался уважением исключительно за знатность и богатство, но никак не личные качества.

Неудивительно, что ряд заговорщиков рангом пониже устроил грызню за власть, прельстившись чином Диктатора России. Были шансы, были!

… и получилось в итоге неудобно.

Диктатора России пришлось назначать сэру Горнби и его выбор пал на Юсупова. Раз уж так получилось, что фактически англичане установили прямое управление Россией, то пусть ширмой будет личность безвольная и трусоватая, но при том достаточно известная. При необходимости можно и заменить.

Но до чего же неудачно вышло с Орловым-Давыдовым! Из-за нерешительности одного заговорщика операция пошла кувырком и ряд потенциальных сторонников перешла на сторону противника просто потому, что пострадала их национальная гордость.

Принять Англию в качестве Старшего Союзника они смогли бы, но вот сюзереном – никогда!

* * *

Путь до Великого Новгорода выдался непростым. Присоединившиеся к конфедератам разрозненные противники мятежников не имели в своём числе хоть сколько-нибудь значимых офицеров, способных возглавить войска.

Несколько генералов и с десяток полковников среди беглецов наличествовали, но неопределившиеся не пользовались уважением. Откровенно говоря, уважать их и не за что. Дело не в гражданской позиции, которая во время войны Гражданской нередко является делом случая.

Всё проще, неопределившиеся по большей части ещё и невостребованные. Отставники, из которых едва ли не в буквальном смысле сыпался песок, родовитые бездарности и заигравшиеся из тех, кому равно не доверяли обе стороны.

Командование в итоге пришлось принять на себя Лонгстриту – благо, один из самых талантливых генералов войны Севера и Юга пользовался определённым уважением даже в среде настоящих европейских офицеров. Тем паче, действия Фокадана и его Кельтского Легиона во время последней европейской войны показали, что считать американцев дикарями и провинциалами не стоит.

Восторга посол не испытал, предвидя немалые сложности дипломатического характера. Фактически его командование над беглецами втягивало Конфедерацию в войну с Британией.

С другой стороны, Конфедерации без наличия сильной России не выжить, и война с Британией дело ближайших дней, если не недель! Поначалу не оформленная юридически, с торговой блокадой и прочим, и уже потом – война по всем правилам.

Утешил непосредственного начальника Фокадан, спросив:

– Война будет с Британией, а когда это она воюет по общепринятым правилам? Британия делает то, что выгодно ей, и если это идёт вразрез с международным правом, тем хуже для последнего!

– Пожалуй, – согласился успокаивающийся на глазах Лонгстрит, – будет оформлена война с Британией по всем правилам, или она будет вестись без оформления оных, нам всё равно, результат один.

– Зато оцени последствия, – тоном змия-искусителя предложил Фокадан, – твой личный авторитет в Петербурге достаточно велик, чтобы офицеры выбрали своим командиром чужестранца!

– Дело случая, – промурлыкал Лонгстрит.

– Пусть! Но ведь тебя выбрали, а? Для твоей карьеры этакий трамплин получается, что лучше не придумаешь, имеешь все шансы дорасти до военного министра с этакой славой! Генерал Джеймс Лонгстрит может сделать для сближения Конфедерации и России больше, чем династический брак!

Посол хмыкнул и крутнул шеей, но аргументы подействовали. Лицо само собой расплылось в улыбке… ненадолго.

– Почти десять тысяч человек, – с тоской сказал он, – да в основном гражданские. Провести их зимними дорогами до Великого Новгорода, да во время мятежа…

– А кто говорил, что будет легко?

* * *

– Три десятка миль до Великого Новгорода осталось, – доложил Фокадан Лонгстриту, кутаясь в шубу.

– При некоторой удаче завтра к вечеру будем в городе. – хрипло ответил посол, с трудом шевеля потрескавшимися от ветра и мороза губами.

Алекс в очередной раз скривился, глядя на мучения друга. Говорил же дурню-южанину, что морду беречь надо, так нет! Командир должен подавать пример, вот и светил физиономией, восседая на гордом скакуне.

– Я скомандую становиться на ночлег, – сказал попаданец, – не отвечай, ради бога! У тебя опять губа кровит, смотреть на это не могу, чисто упырь!

На ночлег встали у реки, расположившись так, чтобы штатские оказались внутри табора.

– Тесней, господа, тесней, – командовал Фокадан излишне широким русским, – дров у нас мало, так что ночевать будем, прижавшись друг к другу да лошадям!

Уже привычно (неделя в пути!) развели экономные костры, вокруг которых привычно захлопотали отставные солдаты, привыкшие кашеварить в походах. Женщин к походному быту не слишком допускали, обожглись уже.

Готовили женщины получше старых солдат, но вот время… Отсутствие привычки к кочевой жизни сказывалось самым печальным образом. Пока солдат успевал развести костёр, сварить кашу, съесть её с товарищами и устроиться на ночлег, женщины только заканчивали готовить. А сколько дров они расходовали впустую!

Казалось бы, ну что дрова, по лесистой местности идут, ан нет, нарубить да притащить, всё время нужно. Выделить людей, повозки… а лошади и люди устали, между прочим, после перехода!

Можно, кончено, заготавливать дрова с запасом, только вот повозки под них где взять? Беглецы своим скарбом дорожили, и так некоторые сани лошади еле вытягивали. Если бы не приказ Лонстрита разобрать часть барахла, особо жадные давно отстали бы и замёрзли. Ну или замедляли бы колонну.

– Стешка, шевелись, загузастая[1483]! – Шумнула бабка Степанида невестке, – загоняй детишек в шатёр, пока не помёрзли!

Детей, беременных женщин, немногочисленных стариков и больных расселили по палаткам и шатрам. Палатки эти, как правило, принадлежали совсем другим людям, и не все из них довольны действиями Фокадана. Но в целом общественное мнение нашло действия социалиста правильными и божескими.

Цепочка саней, разгруженных от поклажи, потянулась в лес. Пусть до Новгорода Великого осталось всего ничего, но чем чёрт не шутит! Стеганёт метель на пару дней и что прикажете делать?

Обойдя на ночь табор и удостоверившись, что ситуация под контролем, Фокадан сильно заполночь лёг наконец спать, устроившись в санях, завернувшись в войлок. Несмотря на усталость, сон не шёл, в голову лезли мысли о ситуации в Российской Империи.

Революция-переворот, случившийся так не к месту, чтоб его… о таких вещах хорошо читать и представлять, чтобы ты сделал на месте героев. Когда же ты в эпицентре и от тебя зависят сотни и тысячи людских жизней прямо сейчас, а чуть погодя от действия или бездействия эти жизни можно считать миллионами… Вот тогда китайское проклятье Чтоб ты жил во времена перемен, становится особенно выпуклым.

Глава 28

Много песен