Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

− На удивление никаких, − хмуро ответил мне Тошигава. — Не знаю, что вы им пообещали, но я, как и в прошлую нашу встречу, рекомендую использовать военных либо клановых владеющих.

− Я вас услышал, Тошигава, но мне нужны именно такие бойцы. — Начальник тюрьмы понял, что его уговоры бесполезны и только кивнул в знак понимания.

Дверь неспешно открывалась, щелкая множеством замков, и я уверенно шагнул в камеру небольшой цилиндрической формы, ни занавесок, ни перегородок, туалет и ванна были в отдельной комнате. Все помещение было усеяно камерами, не было никаких окон, только вентиляция. Три приваренных к стене кровати и у каждой по висящему на стене сейфу. Мои будущие члены боевой группы смотрели на меня хмуро и недоброжелательно, впрочем, я и не ждал от них особой радости. Пройдя к первой кровати, что стояла напротив двух остальных и на которой в черном кимоно сидела Мисако Изкин, я, не спрашивая разрешения, сел рядом. На соседней кровати расположился Кастон, чернокожий выходец из диких земель, что оказался здесь отомстив пиратам за штурм его корабля, на котором он потерял всю свою семью. После мести его выбросило на земли Империи, и так как он и сам был пиратом его взяли в плен, а потом решили использовать в своих делах. Только ему уже ничего не было нужно, он не хотел ни воевать, ни жить. Десятидановый пустотник с реальным опытом боевых действий не представлял опасности и наказывать в Империи его было не за что, в море он нападал на суда далеко не всех стран, его жена была имперкой, а в этом мире враг моего врага друг. Но в итоге его психологическое состояние и вспышки гнева стали причиной помещения его сюда.

Тишина затянулась, но я ждал пока со мной заговорят. Самый старый из этой тройки, Креол Сиукого, встал, подошел к своему сейфу и достал три чашки и чайничек с чаем, который он вручил Мисако. Ее руки запылали огнем, подогревая чайник, а пятидесятилетний мужчина раздал нам чашки, оставив себя без оной, и вернулся на свою кровать. Креол был самым неоднозначным заключенным во всей тюрьме, он уже три года ждал исполнения смертного приговора. В начале войны между Империей и Федерацией Гатсен клан Сиукого предал Империю и переметнулся к врагу, стал воевать в его рядах, где и сгинул. За предательство есть только одно наказание — смерть, но в самом начале войны Креол лежал в хирургии в столичном госпитале и всю войну он пробыл в этой тюрьме, не причинив никому вреда и не попытавшись прорваться к своему клану. Подобный психокинетик, которого даже Орсо уважает за силу и мастерство, имел все шансы на удачный прорыв обороны тюрьмы, однако он не принял решения клана, но в то же время и отказываться от своего клана он не собирался.

− От тебя пахнет духами. − Тишину разорвала Мисако, смотря как чайник вырвался из ее рук и начал, левитируя в воздухе, подлетать к каждой чашке и разливать чай. — Хочу такие же, сможешь принести мне?

− Хороший выбор, − усмехнулся я, пробуя чай, сразу идентифицировав то, что учуяла Мисако. Я сам мучался от этого терпкого запаха лаванды и чего-то еще. − Ты учуяла духи Императрицы Тэймэй.

− Может хватит, Дэйчиро? — заговорил негр, вдыхая ароматный чай который я лично выслал вместе с чашками и чайничками по просьбе Креола. — Думаю, у тебя недостаток времени, переходи сразу к делу, как видишь, мы не психи и все еще не поубивали друг друга.

− Я этому очень рад, сложно было после одиночных камер прожить месяц втроём? — спросил я. У всех троих были психологические сдвиги, а для таких сильных владеющих как они это, можно сказать, приговор.

− После трех лет? Да я еще могу десять пробыть в одиночестве, − улыбнулась мне Мисако, самая неустойчивая из троицы. Во время войны ее отряд попал под артиллерийский обстрел своих же, она как командир просила по рации прекратить огонь. Отрядный психокинетик работал на пределе и не смог выдержать весь обстрел, отряд был уничтожен, но Мисако выжила — десятидановый огневик страшная сила, и эта сила дотла сожгла артиллерию, что не остановила обстрел. Ей в тот момент было без разница свои или чужие, она была ранена, контужена и плохо понимала что творит, но пять сотен солдат и прорыв фронта на данном участке ее не извиняют. Её приговор — смерть либо служба, но такого владеющего никто не захотел брать к себе, она уже единожды ударила по своим, и никто не был готов так рисковать.

− Хватит, насиделись, сегодня ваша последняя ночь в камере, − произнес я и начал пить чай, при этом сканируя каждого силой манипулятора, улавливая каждую эмоцию сидящих в камере.

− Задание, − наконец-то заговорил молчаливый Креол. − Цель, возможные потери?

− Никаких заданий, по крайней мере в этот месяц, пока я и сам справлюсь. — Мои слова разрядили атмосферу. — А пока вы будете тренироваться, вам подготовлен план по социализации, кино, магазины. Да, Мисако, море с пляжем в этом плане тоже есть, равно как и рыбалка для Кастона и горы для Креола.

− Море — это хорошо, − мечтательно проговорила Мисако, не замечая, как пламя до красна нагрело металлическую миску.

− Мисако, держи себя в руках, − снисходительно произнес Креол.

− Ну что же, я удостоверился в вашей готовности. − Я встал с кровати и подал знак камерам, дверь в помещение вновь застучала открывающимися замками. — Как вы понимаете, к каждому из вас прикрепят взрывное устройство, по-другому пока никак.

− Насчет потерь, на каждом задании возглавлять вас буду я, — произнес я перед самым выходом. − И мы будем действовать на территории врага, убивать там, чтобы спасти жизни здесь. Я постараюсь чтобы убивать приходилось только военных.

Через полчаса бумажной волокиты я подписал все документы, и начальник тюрьмы поехал лично к Императрице Тэймэй для удостоверения правомерности моих действий. Я же также, как и прибыл, тайно отбыл к месту встречи с моим двойником и Асокой, а после у меня был трехчасовой прием по случаю брачного союза двух кланов, где я был приглашенным гостем, который должен был подчеркивать могущество клана, с чьей стороны я присутствовал. Еще одна просьба Тэймэй была исполнена и я, благодаря Асоке, никого не убил. Временами, когда со мной пытались поговорить о армии, экономике и политике я четко