Читать книгу - "Фантастика 2026-182 - Татьяна Петровна Крылова"

до смерти напугать наших солдат, внушить ужас, посеять панику. Но, на их беду, казаки не знали, кто это такие и чем они знамениты, и потому повели себя, как обычно, — ответили на нападение.

При допросе, выяснили, что возглавлял группу лейтенант Якамура Йоши — тот самый, кто несколько месяцев назад взял в плен Дмитрия Романова. Во время сражения у Халхин-гола Якамура со своими людьми совершил очень удачную вылазку — напал на машину Димы, когда тот ехал на аэродром (по приказу государя возвращался в Россию). Диверсанты заложили мину, взорвали «Балтиец», убили сопровождающих Романова казаков, а его самого оглушили и пленили. За это лейтенант Якамура получил личную благодарность от генерала Уэда, командующего Квантунской армией… И вот теперь его обезглавленное тело валялось на пыльной земле в лапшечной дядюшки Вана, в далеком маньчжурском городе Сулян. Увы, таковы были превратности военной судьбы!

Немного позже казаки вернулись в заведение и щедро заплатили хозяину — и за еду, и за водку, и за разбитую посуду. И попросили похоронить где-нибудь за городом тело убитого японского лейтенанта. Дядюшка Ван долго и низко кланялся русским гостям и горячо благодарил за то, что спасли его, жену и лапшечную от страшных ниндзя, уговаривал приходить в любое время дня и ночи, обещал очень хорошую скидку на любое блюдо. И пообещал, что обязательно переименует свое заведение — впредь оно будет не «У дядюшки Вана», а «У мертвого ниндзя».

Очень необычное название, но оно наверняка привлечет посетителей! А уж он им расскажет, что здесь произошло — в самых ярких красках и со всеми подробностями. В качестве же доказательства продемонстрирует тот самый короткий меч, который храбрый русский казак так ловко выбил из рук японца…

Когда Дмитрию доложили об этом происшествии и рассказали, кто возглавлял диверсионную группу, он усмехнулся: надо же, еще одна неожиданная встреча! Пусть и заочная (лично пообщаться, увы, не получилось). Правильно говорят: мир тесен! Он буквально только что принял к себе на службу майора Отари (по сути, перевербовал), и вот теперь — другой старый знакомый. Интересно, если бы удалось захватить лейтенантаЯкамура живым, согласился бы он служить ему (то есть России)?

Дима подумал, и решил, что, скорее всего, нет: это был подлинный самурай, убежденный фанатик, и он наверняка бы предпочел смерть предательству и позору. В отличие от циничного, расчетливого Отари, для которого все эти клятвы и присяги — лишь пустые слова. Перейти на сторону более сильного противника для майора было вполне логичным и даже необходимым решением, вполне допустимым в данных обстоятельствах.

У Отари восприятие долга было совеем иным, чем у Якамура: для него, как для всякого кадрового разведчика, жизнь представлялась прежде всего игрой Неизвестно, как она повернется в следующий момент… Сегодня ты потерял всё, но завтра ситуация может резко измениться. Но в любом случае продолжить ты сможешь только в том случае, если останешься жив. Это как в шахматах: если тебя «съели», скинули с доски, обратно ты уже не встанешь. Но любая «живая» пешка имеет шанс дойти до последней линии и стать ферзем…

Кроме случая с «ниндзя», больше никаких серьезных происшествий в городе не случилось, все оставшиеся дни прошли довольно спокойно. А затем батальон снова выстроился в боевой порядок и пошел по проселочной дороге к следующему городу, Нудзину. Впереди лежало еще много таких небольших населенных пунктов, и все их следовало захватить (желательно быстро, без боя и потерь), чтобы затем уже добраться до Синьцзина и Харбина. Эти два крупнейших маньчжурских города считались для батальона (и всей Первой механизированной бригады) главными целями в кампании: первый — это нынешний административный центр страны, а второй — следующий. Именно в Харбине Дмитрий решил устроить свою главную императорскую резиденцию после завершения войны. Значит, он станет и столицей всего государства.

Глава 35

Часть четвертая

Сакура цветет.

Словно в розоаой дымке

деревья плывут.

(Сэругеро)

Глава тридцать пятая

Выбор Дмитрием Романовым Харбина в качестве новой столицы бы понятен: это не просто большой город с хорошо развитой структурой (есть крупная железнодорожная станция, удобный порт на реке Сунгари, большой аэродром, много предприятий, торговых заведений и банков, три театра, два института, библиотеки, газеты, муниципальные и частные школы и т.д.), но, главное, значительную часть населения составляют русские (не менее двухсот тысяч человек). А они уж точно его поддержат и, в случае чего, окажут самую действенную помощь.

Дима не хотел оставлять столицей Синьцзин — слишком уж это был японский город, построенный для нужд оккупационной администрации, кроме того, с ним у Романова были связны далеко не лучшие воспоминания. Любой военный вам скажет, что пребывание во вражеском плену — совсем не то время, о котором хочется помнить. И, хотя Дима весьма удачно бежал из Синьцзина (при помощи принцессы Джу и своего переводчика Дзиро), он все равно не собирался там жить. По крайней мере, пока.

Но сейчас, с точки зрения политической, следовало взять прежде всего Синьцзин — главный город Маньчжоу-го. Там находилась резиденция императора Пу И (формального главы государства), там работало его правительство, и там же, что самое главное, располагался штаб Квантунской армии. Захват города был крайне важен и в военном плане — тогда удалось бы отрезать японские войска, расположенные в Центральной Маньчжурии, от ее южной части и Кореи, следовательно, от морских портов, резервов и возможности эвакуироваться. Исходя из всего этого, батальон Романова получил новое задание — срочно идти на Синьцзин.

Ладно, отдохнули несколько дней — и пора дальше. Батальон пошел на хорошей скорости, нигде не задерживаясь, и с ходу, не вступая в бой, проскочил пять небольших провинциальных городишек. Местные гарнизоны, состоявшие только из маньчжурцев, сопротивления не оказали — солдаты просто разбежались при появлении наших казаков и бронемашин, а кадровые японские части без сопротивления откатывались в глубь страны. Командующий Квантунской армией генерал Уэда решил собрать все свои силы в центральной части Манчжурии, справедливо полагая, что так будет легче обороняться. И гласную свою надежду он возлагал не мощные, прекрасно оборудованные укрепрайоны, прикрывающие все подступы к столице.

Они были насыщены пулеметами, артиллерией, людьми, имели большие запасы еды, воды и боеприпасов, а основу их составляли сложные, хорошо продуманные, разветвленные системы железобетонных дотов, связанные между собой длинными наземными и поземными ходами. В случае необходимости японские офицеры могли легко перекидывать солдат с одного места обороны на другое — и они бы даже не показались на поверхности! Если какой-то дот вдруг оказывался