Читать книгу - "Алекс - Семён Афанасьев"

и заиграл новыми смыслами. Потенциально картина только приобрела, причём в глазах сразу двух различных аудиторий: восточной и западной.

Сценарий моментально переработали и дописали, разбив дополнения на эпизоды. Чтоб тут же встать перед следующим вопросом: увеличить ли время, отведённое на съёмки, в два раза? Или же вернуть всё, как было?

Алекс сходу предложил третье решение, о котором впопыхах просто не успели подумать: макет большой, бегать можно на разных участках параллельно. Собственно, изначально каскадёров и собирались брать с запасом, но потом тема как-то замылилась, поскольку всем было не до того.

Если добрать ещё народу, то за один съёмочный день можно делать в разы больше. Просто сниматься будут три разных эпизода одновременно, поскольку бегут сразу несколько человек.

— Да бог с тобой! — свёл брови вместе Алекс. — Загибай пальцы. Каскадёр должен иметь как минимум два-три года опыта в паркуре и фриране. Все те, у кого такой опыт есть, в этом городе знают друг друга лично или имеют общих знакомых.

— Можем проверить на правдивость слова каждого? — ухватился за последнюю мысль араб. — Причём быстро?

— Угу. Кроме того, я ещё в первый раз удивился: а зачем вы всех лично собеседуете? Достаточно же прислать промо-видео со своих тренировок на улице или в зале. — Алекс недоумённо пожал плечами. — Там уже по этому видео будет очень многое понятно и вам, и мне заодно.

— Да мы и собирались так сделать с самого начала, — подосадовал Фархат. — Но потом Майра затупила, что-то напутала, а мы с Сэмом уже не стали ей на вид ставить… Ещё что-то?

— Ещё надо уметь минимальную базу паркура: прыжки с высоты, кэтлип, прыжки от стен, прыжки в длину, опорные прыжки. — Загнул пять пальцев Алекс. — Обладать «флоу», то есть пластикой и умением соединять движения в единую трассу. Понимаешь меня?

— Более чем… — кивнул главный консультант.

— Из акробатики: уметь переднее сальто, боковое, и желательно — корк, винт, эриал-твист. — Продолжил его собеседник. — Из дополнительных плюсов: опыт в съёмке в рекламе и кино, а также работа со страховочными системами и матами. Вот тебе и весь перечень. Теперь ты мне скажи: он сильно неисчисляем?

— Да нормальный, вроде, — задумчиво пробормотал Фархат. — А есть где это всё в эталонном исполнении увидеть? Чтоб было с чем сравнивать, когда народ придёт?

— На сайте федерации! — красноречиво наклонил голову к плечу Алекс и полез в карман за коммом.

— О, знакомься, — отвлёкся на мгновение араб, разворачиваясь в кресле на звук открываемой двери. — За тобой персонально закрепляется человек, который теперь будет готовить твою внешность для…

— ЧТО ЭТО ТАКОЕ? — невежливо перебил старшего Алекс, указывая пальцем на только что вошедшего. — Кто этого пидора сюда пустил?!

— Эй, полегче! — изумился Фархат, благо, разговор вёлся на языке Пророка и вошедшему понятен не был.

В следующий момент араб удивился ещё больше: планировавшийся к закреплению персонально за Алексом новый гримёр (он же — костюмер), при виде того, с кем предстояло работать, моментально побледнел и отвесил челюсть почти до пола.

— Вы что, знакомы? — мгновенно сориентировался араб. — Какие-то неприятности в прошлом?

— Знакомством не назовёшь, — сдержано ответил Алекс, переходя на Всеобщий. — Специально говорю на этом языке, чтоб без недосказанностей. Стой за дверью, козляра! — рявкнул он новому сотруднику. — В общем, я его видел в Квадрате. Это некто Флектор, точного имени не знаю. Он там занимал место в секторе… — дальше Алекс наклонился к арабу и что-то секунд десять шептал на ухо.

По мере услышанного, лицо южанина вытягивалось.

— В общем, он в Квадрате прямо оказывал услуги весьма определённого характера. Интимного. Поскольку женщин там нет, а молодых и здоровых мужиков хватает. Лично я не буду с ним иметь ничего общего. — Продолжил Алекс, повернувшись уже к Фархату. — Скажем, его многолетний стаж пассивного гомосексуалиста… хотя просится другое слово… это его личное дело. Но ровно до тех пор, пока он не находится со мной на одной площади.

— Да я понимаю, — задумчиво уронил араб на своём языке.

— Если он сюда входит, я тут же выхожу. Причём, по возможности, к нему не прикасаясь. — Продолжил Алекс. — Без обид, Фархат: где заработать, я найду и так. А вот если всякие пидоры начнут меня или мои вещи руками трогать… Мне ещё дорога моя репутация.

— Я не знал. — Сдержанно ответил южанин по-арабски. — Уходи, — повернулся он к несостоявшемуся сотруднику, бросив одно слово на Всеобщем, чтоб моментально забыть этот эпизод в следующий момент.

— Эй, но это же была моя работа! — возмутился от двери необычный посетитель, с опаской, впрочем, глядя на Алекса, и не решаясь преступить порог.

Ни слова не говоря, араб сказал пару непонятных слов в радиостанцию. И ровно через минуту упирающегося толстяка под руки несли наружу двое секьюрити, брезгливо воротящие нос.

— Сексуальная ориентация не может быть основанием для дискриминации! — донеслось из конца коридора.

Фархат подъехал на стуле к открытой двери и громко сказал на Всеобщем в коридор, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Уволен за ложь в анкете!

— А ведь хорошо, что я о себе всё сразу рассказал, — задумчиво покивал сам себе Алекс, глядя на араба, катящегося в кресле от двери обратно.

— Да бог с тобой! — махнул рукой южанин. — Или ты думаешь, что я б такому и правда позволил здесь всё руками трогать?‥

Глава 26

— … Саяра, я бы к вам никогда не обратился, не будь вы фактически членом семьи Штавдакеров. — Энзи-самый-старший замолчал, ожидая её ответа.

— Мне кажется, вы склонны переоценивать мои более чем скромные возможности. Я всего лишь девчонка. Во всех этих конфликтах чувствую себя крайне неудобно, что и показал весь мой предыдущий опыт. — Без заминки, ровно и спокойно ответила Саяра, на автомате начиная набивать себе цену.

А сама при этом задумалась.

Дед Тэда Энзи, по большому счёту, многого не просил. Даже в самом худшем случае, лично её участие тянуло бы максимум на шалость. До всего остального ей дела не было.

Отец сенатора Энзи же истолковал заминку в разговоре правильно:

— Мне бы не хотелось, чтоб наша беседа, как и мои просьбы, шли в одни ворота. Если вы обозначите, чем лично я мог бы вас отблагодарить, ей-богу, за этим дело не станет! Окажите только содействие в этом несложном вопросе?

А вот тут Саяра озадачилась по-настоящему.

Ещё какое-то время назад она бы, не задумываясь, взяла деньгами: монета лишней не бывает, это аксиома.

Но сейчас, имея пять тысяч практически неснижаемого остатка в личном распоряжении, она за какую-то неделю пришла к парадоксальному выводу: бывает. Бывает