Читать книгу - "Фантастика 2025-21 - Blackmourne"

сдаю видео. За всех мотать будешь? Если сдашь ментам друганов – они тебя уроют.

– Чё те надо?

– Моё молчание – покупается.

– Сколько?

Егор назвал сумму.

– Сколько? Ты о…л?

– Или ищи бабки, или я иду в полицию. И не думай, у меня дома на флешке всё и письмо родакам. Чего со мной случиться – завтра же сядешь. Нет бабок – говоришь, кто остальные и где найти. Тогда с тебя так и быть – четверть.

– А… Я…

Гопник помялся, потом всё же начал исповедь. Антону оставалось только восхищаться, как в итоге Егор повернул разговор так, чтобы вместо оставшейся суммы гопник выложил всё про своего непосредственного «нанимателя». Когда Егор вернулся к Антону, тот крепко пожал ему руку.

– Молодец. У меня бы так не вышло.

– На Дениса ничего, – мрачно ответил Егор.

– Как раз наоборот. Он сдал нам посредника. Найдём, расколем – и тогда Дениса можно уже не к директору и родителям тащить, а сразу в полицию. Никакой суд и никакие адвокаты его не отмажут.

*****

Сообщение от мамы пришло на телефон Полины неожиданно и незадолго до конца уроков. Она сообщала, что вынуждена срочно уехать по делам не меньше чем на неделю. Но бабушка «удачно поменяла график», так что начиная с сегодня и до возвращения дома будет вторую половину дня. Намёк выходил весьма прозрачный, о чём Полина и поделилась с Антоном, закончив словами:

– Плакала моя итоговая контрольная. И не смотри на меня так обнадеживающе, сам говорил – за двоих ты не напишешь. А я в этих крючках так ничего и не поняла.

– Интегралах. И спокойно. Давай после уроков сядем и подумаем.

Для «военного совета» они выбрали детскую площадку сразу за забором школы. Тихое и относительно спокойное место. Деревья закрывали его от ветра, потому сидеть оказалось уютно. Антон уселся на детских качелях, Полина расположилась на бортике песочницы напротив. В песочнице возилось двое малышей под присмотром мамочек, но никто никому не мешал.

– Итак, какие у нас варианты? – начал Антон. – На крайний случай…

– У тебя – не вариант, – сразу отмела Полина. – И не в твоём отце дело. Позвонит бабушка, спросит – где я? Я и отвечаю: у парня дома, чай пьём, уроки делаем. Раз соврать может и получится, но потом всё равно узнает. Да хоть та же Зина не подумав проболтается. Если потом бабушка хотя бы мельком просто увидит нас около подъезда вдвоём, мне хватит. У бабушки последние несколько месяцев любимое слово стало «санкции».

Антон хихикнул, представляя картину.

– Экономические? Или ограничивается военно-политическим воздействием в виде бытового насилия? Простите, воспитательной порки. Придумаем. На крайний случай в каком-нибудь кафе засядем.

– Это у вас в Москве такое нормально, говорят. А здесь и приличного кафе рядом никакого, и выглядеть будем…

– Итак, нам нужно место? – начал размышлять Антон. – Библиотека отпадает, её закрывают всего через один урок. Только разложишься…

– Скажи уж, сразу вытурят.

– Ты места вокруг знаешь лучше меня. Начинай предлагать, я критиковать. Если не найдём ничего – я начну предлагать в своём районе. Или…

– Слушай, есть идея. Только сейчас пришло в голову. Пойдём, посмотрим. Если не подойдёт, будем думать дальше.

Местом оказался уголок между пальмами в коридоре, который вёл в крыло младшей школы. Рядом с деревцами стояла не скамейка, а самый настоящий диванчик из бордового кожзаменителя. Напротив – широкое окно, дававшее много света. Но главное, пальмы стояли каждая в большом деревянном горшке с очень широкими бортиками. Достаточно, чтобы разложить учебники и тетради.

– Годится? Я здесь с седьмого по девятый регулярно сидела около часа после уроков. Кружок ждала. Идти домой неудобно: пока туда, пока обратно.

– Годится. Доставай математику, будем разбирать твои закорючки.

– А по шее? У меня почерк получше твоего будет.

– Я интегралы имел в виду. А ты подумала? Всё, молчу, молчу. То есть не молчу, но говорю только про кр… про интегралы.

Дома бабушка, покосившись на часы, грозно поинтересовалась, где это внучку носило так долго. Полина совершенно искренне ответила, что сидела в школе и готовилась к четвертной контрольной по математике. Бабушка грозно метнула взглядом пару молний, но поверила. Если Лео прав, и опытная ведунья способна учуять ложь – сейчас Полина не соврала ни на полслова. То же самое повторилось и на следующий день, и ещё раз – уже с химией и физикой. Бабушка всё чаще ворчала, но поймать на вранье не могла. Да и Зина, когда забежала к подруге, слова Полины подтвердила – и тоже не соврала.

Заметив, как бабушка сердится всё сильнее, Полина мысленно тяжко вздыхала. Нет, она бабушку вполне понимала – и повода выплеснуть свой гнев нет, но и явно что-то проворачивают за её спиной. Но это понимание не даёт бабушке права распоряжаться её жизнью… Хотя без поддержки мамы воевать будет тяжело. И поскольку вдвоём им жить целую неделю, а то и больше, Полина клятвенно пообещала самой себе, что все выходные будет паинькой, станет слушаться и не спорить, даже если от неё начнут требовать какую-нибудь глупость. В общем, постарается наладить мирные отношения сосуществования.

В субботу ближе к вечеру неожиданно позвонила Зина. И голос у неё был донельзя усталый:

– Полинка, спасай. Я без тебя не справляюсь.

– Что случилось?

– У меня дедушке плохо стало, родители к нему в деревню уехали. В общем, они с четверга там застряли, следят. Или лучше станет, или в больницу везти. А меня дома с мелкими оставили… Я больше не могу. Или они меня в могилу сведут, или я их прибью. Можешь хоть ненадолго прийти?

– Уже лечу.

Бабушка поймала внучку, уже когда та надевала куртку, и грозно поинтересовалась:

– Ты куда на ночь глядя?

– Я к Зине, у неё останусь с ночёвкой. Ей очень помочь надо.

– Я не разрешала.

– А мне не пять лет, – вскипела Полина. – Я собиралась как раз сказать. Как приду – позвоню, что дошла.

И выскочила в подъезд. Уже на улице догнала совесть, всё-таки с бабушкой она обошлась слишком грубо. Но и возвращаться Полина не собиралась, Зина без неё и в самом деле не обойдётся.

Дома у подруги царил полный бедлам. Младшие сестрёнки стояли на ушах и скандалили.

– Не