Читать книгу - "Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский"

на сердце, Британская империя тоже была гораздо бОльшим благом для своих колоний, нежели то, что появилось на ее обломках… за редкими исключениями типа Индии, да. И цензура эта, она конечно зло, серьезное зло, давит, душит и не пускает, но это с одной стороны, давайте же и на другую сторону посмотрим. Цензура заставляет работать мысль творца в том направлении, чтобы сказать все, что он хотел, но так, чтобы никто не придрался. Притчи, фантасмагории, эзопов язык и все такое. Если же разрешить вообще все, лучше не будет, уверяю вас — посмотрите на Германию 20-х годов, ну и что там хорошего написали-нарисовали-сняли? Кроме Ремарка, Метрополиса да Носферату ничего на ум не приходит, да и это-то весьма специфическое искусство, очень на любителя. Так что на вашем месте я бы молился на существующий порядок вещей…

Собравшийся народ удивленно выслушал мои горячечные высказывания, но возражать как-то почти не стал… вяло что-то ответил Рязанов, вот и вся дискуссия. А через час примерно и расходиться начали, мы с Аней и Инной тоже подались домой — поселили нас в колхозно-командировочной гостинице рядом с ВДНХ… Ярославская она вроде называлась. Девочек всех вместе в один номер запихнули, а мы с Вовчиком попали к командировочным белорусам, прибывшим в столицу выбивать какие-то запчасти для чего-то железного, о чем они и разговаривали под водочку до полуночи, нам тоже предлагали, но мы уж не стали.

А наутро в Телецентре меня ждала неожиданная новость — прямо на пороге 3-й студии Гальперина сказала, что со мной хочет поговорить один очень большой начальник. Ну очень крупный, какой именно, не сказала. Так что бери ноги в руки и дуй на Старую площадь, вот тебе адрес, имя-отчество и телефон на всякий случай. Где эта площадь, хоть знаешь? — Ну наверно рядом с Новой, — нашелся я. — Не забудь, что у тебя сегодня еще встреча с Зайцевым, и после обеда Ященко подойдет. — Хорошо, не забуду, — ответил я и уехал в ЦК КПСС, да.

Искал я его недолго — метро Китай-город… ой… площадь Ногина, выход к памятнику героям Плевны (это где в 21 веке лица нетрадиционной ориентации тусуются) и немного назад. Серое здание, на входе надпись «Центральный Комитет Коммунистической Партии Советского Союза» (все слова с заглавных букв, даже комитет они так уважили), два часовых на входе, один военный, с красными петлицами, другой из органов, с голубыми, чтоб друг за другом приглядывали наверно. Постоял, посмотрел на них, тот, который военный, сказал — проходи, мальчик, чего встал? Я в ответ достал бумажку с телефоном и именем-отчеством, показал ему и сказал, что меня типа вызвали сюда. Постовой внимательно изучил бумажку, потом нажал на кнопку, одна половинка двери открылась. — Вперед и направо, там тебе все скажут.

Вперед и направо было бюро пропусков, там я сунул в окошко свой паспорт и сказал, что мне назначена аудиенция у… Евгения Владиленовича, да. В окошке изучили мой паспорт, сверили фото с оригиналом, потом выкинули на козырек пропуск с сизой печатью, на словах же сказали «вас проводят». Проводили, чо — вежливый молодой человек с сером (не черном хоть, и то ладно) костюме и в очках, принял меня под локоть и по очень хорошим коврам (не Хоросан наверно, но где-то близко) провел на второй этаж, по дороге пришлось показать пропуск аж три раза, таким же дежурным, что и на входе, армеец плюс гэбэшник. Подвели меня к двери с надписью (трам-та-да-дам три раза) «Михаил Сергеевич Горбачев», за дверью была приемная и еще три двери, тебе, сказал провожающий, к первому помощнику Михал Сергеича, вон туда, направо.

О вчерашнем моем спиче на пьянке у Евстигнеева не было сказано ни слова (хотя я этого несколько опасался — речи хоть и верноподданные были, но с небольшим люфтом куда не надо), а слова были сказаны довольно неожиданные и почти все приятные для меня, да. Если в двух словах, то Михал Сергеич, молодой и прогрессивный член Политбюро из Ставрополя, увидел мое выступление по ТВ, и оно ему очень понравилось. Далее он дал задание специально обученным людям отследить, что это за чел и чем еще отмечен, и специально обученные люди выполнили его приказание, отследив все, начиная с организации ТСЖ в доме № 18 по проспекту Кирова, отдельной похвалы я удостоился за попытку реформировать учебный процесс в политехе, персональный компьютер с мобильником тоже не остались незамеченными, но более всего Михал Сергеичу понравились мои жизнерадостные песни. Короче так, Сорокалет, товарищ Горбачев приглашает тебя в свою команду, где будут собраны самые перспективные и подающие люди нашей страны. Кроме тебя, если это интересно, приглашения уже получили такие товарищи, как Давид Тухманов, Вячеслав Фетисов и Владимир Ященко. Если предложение для тебя интересно (бляяя, во оборот — ну как мне может быть неинтересно предложение высшего руководства страны), то через… (он посмотрел на часы)… через 15 минут Михаил Сергеич освободится и ты можешь пообщаться с ним напрямую. Не больше 5 минут… максимум 7, регламент.

Я побарабанил пальцами по столу, потом сказал свое привычное «если вы думаете, что я откажусь, то совершенно напрасно» и выразил горячее желание увидеть дорогого члена Политбюро. ОК, просто ответил Владиленович и предложил чай-кофе, я выбрал чай, далее мы 15 минут болтали о новостях и сплетнях из мира кино, про то, что я накоротке дружен с Евстигнеевым, он оказывается тоже знал. Потом прошли к Горбачеву.

— А вживую ты еще моложе, чем на экране, — сразу же заявил Горбачев со своим неповторимым южнорусским прононсом (главное нАчать, а потом ухлубить), — садись, поговорим.

И далее все положенные по графику 7 минут говорил строго он, я сумел только ввернуть пару раз свое решительное одобрение всем его начинаниям. А о чем он говорил, я так и не понял, каждое-то слово по отдельности вроде знакомое было, а при составленихв единое предложение смысл совершенно терялся. Да и неважно, по ходу работы въедем.

Потом время рандеву закончилось, и мы с Владиленовичем вернулись в его кабинет, где он выдал мне свою карточку с десятком телефонов, в т. ч. АТС-1 и 2, кратенькую дорожную карту, чего в смысле они от меня ждут в ближайшее время, а также пропуск в 200-ю секцию ГУМа.

— Знаешь, что это такое?

— Краем уха слышал, но лучше бы вы точно сказали.

— Первый этаж, прилавок с вывеской «Стол упаковок», там показываешь это дело и тебя пропускают за занавеску, дальше все сам увидишь. Денег с собой