Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

Только он успел остановить меня от необдуманного поступка, который, впрочем, не остался незамеченным.

Всадник, говоривший с нами, повернулся в мою сторону. Я не видела его лица, не видела выражения глаз, да и не знала, есть ли у него эти самые глаза, но неожиданный холод заковал меня, словно сама зима окружила своим ледяным дыханием, лишая сил и тепла. Я заметила белый подбородок под капюшоном и нечто похожее на клубящуюся тьму, начинавшуюся выше.

«Он не человек! – подняла я. – Совсем не человек!».

- Завтра! – повторил всадник и развернул коня, направив его к воротам. Следом за ним потянулись остальные и скоро они уже мчались назад в сторону «Черного крыла» и лишь копыта стучали по дороге, отдаваясь стуком в моем собственном сердце, и словно повторяя его частое биение. Лишь, когда всадники скрылись из виду, я, наконец, смогла пошевелиться. Холод отступил, и я обхватила свои плечи руками, в тщетной попытке согреться.

Оглянувшись назад, увидела белую, как полотно, Стефанию и мать, рыдающую у ее ног. Арон стоял молча и провождал тяжелым взглядом посланников князя, а гости спешно расходились, наверное, уже жалея о том, что не сбежали раньше, как остальные.

Свадьба была окончена.

Всю ночь за окном плакал дождь. Плакала и Стефа, закрывшись в своей комнате. Она не пускала даже мужа, а матушка сидела у остывшего очага и причитала, проклиная и сам черный замок, и его дьявольского владельца. Только отец время от времени пытался ее успокоить, да предупреждал, чтобы не говорила лишнего.

- А вдруг он услышит? – произнес отец. – Вдруг он следит за нами даже сейчас!

Я сильно в этом сомневалась. Страх, охвативший было и меня, сейчас понемногу отступил и я могла размышлять трезво.

Что я знала о «Черном Крыле»? Только то, что раньше считала враками и пустой болтовней. Теперь я убедилась, что замок существует. Непонятным оставалось только то, что каким-то непостижимым образом он появился в нашей глухой деревне. Впрочем, вопросов у меня было много, а ответов – почти ни одного.

Я сидела на лавке, слушая дождь и плач сестры. Каково ей сейчас? Должна бы радоваться своему счастью, но один миг, чужая злая доля, изменила судьбу, перевернула все с ног на голову, лишила возможности на счастье и, может быть, обрекла на верную гибель.

А Стефа то была в положении! Неужели всадник князя не заметил этого? Зачем им в замке такая служанка, которая через несколько месяцев не сможет работать, или он просто указал наугад? Это вряд ли. Такой пальцем тыкать в абы кого не станет.

Я посмотрела на мать. Она была безутешна. Отец стоял с ней рядом и заботливо гладил ее по плечам и спине, словно пытаясь успокоить. Только я знала, что это не поможет. Никто теперь не спасет сестренку, никто кроме…

Вздрогнула от мысли, пронзившей меня, словно острая стрела. В груди отдалось болью, и я сама испугалась того, о чем посмела подумать.

«Нет! – проговорила мысленно. – Я не настолько храбрая и смелая. Я не настолько благородна, чтобы сделать это!», - но из головы упорно не уходило решение, которое приняло мое сердце.

«Ты должна идти вместо Стефы! – стучало оно мне. – Никто кроме тебя не сможет и не захочет заменить ее!», - но я боялась и понимала, что не хочу по собственной воле отправиться в «Черное крыло» на встречу неизвестности и, возможно, скорой гибели. Слишком много ходило страшных слухов о хозяине замка.

Устав от плача матери и стенаний Стефы я поднялась на ноги, прошла через дом и в сенях сняла с крючка длинный плащ. Накинула на плечи, после чего вышла из дома на крыльцо, глядя в непроглядную ночь. Казалось, даже звезды не посмели выглянуть с неба и посмотреть на замок, чьи окна светились вдали.

Я неожиданно хмыкнула. Слухи о том, что окна «Крыла» никогда не озаряет свет, оказались лживы. Даже сейчас я видела эти огни, манящие и пугающие до дрожи в теле. Кутаясь в плащ, я продолжала смотреть вдаль и отчего-то память показала мне картину, на которой черные всадники, вестники князя Вацлава, неслись галопом в сторону нашей деревни.

И почему только он выбрал это место, чтобы переместить свой страшный замок? Почему мы оказались на его пути? Почему выбор пал на Стефу? Укажи всадник в черном тогда на меня, сейчас я не мучилась бы угрызениями совести и не уговаривала саму себя не совершать безумства, спасая Стефу. Я была просто человеком, со своими страхами и желаниями. Я, как и младшая сестренка мечтала когда-то обрести свое спокойное счастье с хорошим человеком. Родить ему детей, жить под одной крышей, как мои родители и ценить, и уважать друг друга, быть поддержкой своему мужу и родителям. Почему же жизнь сейчас ставит меня перед выбором совести? Разве я прошу многого?

В темноте что-то зашуршало и послышались едва различимые крадущиеся шаги. Я испуганно вздрогнула и попятилась спиной к входной двери, готовая в любую секунду спрятаться в доме, под его такими ненадежными стенами.

«Как же быстро ты стала трусихой!» - подумала я и взяв себя в руки, распрямила плечи.

- Кто там! – спросила темноту, заметив, что голос почти не дрогнул, только заскрипел с надрывом.

Темнота зашевелилась и спустя время я увидела невысокую фигуру, приближавшуюся к крыльцу. Я узнала ее, лишь когда девушка скинула темный капюшон и подняла голову, взглянув на меня со страхом во взоре.

- Юстина? – проговорила я и сделала шаг навстречу девушке.

- Я пришла с Стефе! – проговорила она сбивчиво. Ее глаза странно блестели, и я сдвинула брови, недоумевая и подозревая, что Юстина что-то задумала.

- Проходи, - тем не менее сказала я, - она в доме.

Юстина поднялась на крыльцо, похожая на тень. В темноте было заметно, что она бледна как полотно.

Мы вернулись в дом вместе, и девушка, миновав сени, устремилась в горницу, где сразу же нашла взглядом моим родителей, а затем и Стефу.

- Юстина! – мать заметила гостью и перестала плакать, утерев щеки и глаза рукавом. – Что ты здесь делаешь?

Девушка огляделась в доме так, словно опасалась, будто ее поджидают здесь слуги князя Вацлава. Взор ее горел словно в лихорадке, в то время, как лицо было бело, как снег.

- Я пришла сказать, что ухожу из деревни! – сказала она быстро. – Я не пойду завтра в замок, никто не