Читать книгу - "Управляю недопониманиями - Boroda"

***

— Мелинда, мне страшно… — жалостливо, но с весёлым блеском в глазах, произнесла сидящая на удобном диванчике Мэрили, тиская Краулера.

— Это очень важно! — со значением заявила личная горничная, новым жестом поправив очки-велосипеды.

«У секретаря Бойла научилась», — узнала жест наследница дома Валуа, чуть не засмеявшись. Кэролайн именно так поправляла очки — элегантно, изящно и в то же время значительно и солидно.

— Настолько, что нужна эта доска?.. Опять? — улыбка всё же победила, и Мэрили хихикнула, почёсывая развалившегося на коленях пузом кверху котяру с вечно недовольной мордочкой. Если бы не его тарахтение, хозяйка котика точно бы подумала, что пушистому процесс абсолютно не нравится.

За спиной горничной действительно стояла та самая старая доска для занятий, что некоторое время назад уже была использована служанкой для рисования всяческих интересных схем, когда Мелинда собрала кучу информации о рыцаре Бойле, тогда ещё бывшим просто рыцарем Евлампием, а не бароном Брэйн.

В этот раз правда доску принес новый слуга, а не Мелинда собственноручно приволокла её в покои госпожи. И была она сейчас, подгоовленная горничной, абсолютно чистой.

— Даже больше, чем настолько! — слегка непонятно, но важно и со значением подтвердила служанка. — Вы же знаете, леди Мэрили, что Кассиан мне симпатизирует?

«Ой-ой-ой, роковая красавица!», — восхитилась госпожа Мелинды, глядя, как горделиво дуется её горничная. Правда самому мальчишке, что на два года младше служанки, Мелинда демонстрировала прямо противоположные показанной сейчас гордости чувства: величественно-недоуменные взгляды. В которых Мэрили легко узнавала свои собственные, бросаемые на любого, кто не находится в категории «враг», но всё же рискует приблизится к наследнице Валуа. Эдакое… Предупреждение для непрошеных собеседников: «не стоит этого делать».

«Надо, кстати, с Мелиндой поговорить на эту тему», — решила девушка, кивая служанке. Касс… мальчик хороший, и если Мелинде не нравится, что он пытается как-то привлечь её внимание, не стоит играть в «Суку Валуа». Слуга сэра Бойла такого просто не заслужил. Достаточно обычного разговора, чтобы обозначить свою позицию… Или прекратить стеснятся, прячась за маской, и начать хотя бы обычное общение.

С Кэролайн-то Мелинда уже крепко сдружилась. Та даже даёт доверенной служанке леди своего господина довольно полезные советы. Например, заняться самообразованием, развиваясь в сторону секретаря, чтобы стать ещё полезнее для своей хозяйки. Секретарь барона Брэйн, как рассказывала Мелинда, даже согласилась заниматься с личной горничной леди Валуа, когда они с госпожой посещают особняк Брэйн.

«Как приятно», — девушка сощурилась от удовольствия. Подруга увлечённо щебетала о том, как мальчишка оказывает ей знаки внимания, раздуваясь от гордости, а Мэрили понимала, что жизнь стала… лучше и приятнее не только у неё.

Её личная горничная, молодая девушка, что совсем скоро войдёт в брачный возраст — единственная, самая дорогая в мире подруга… Ей тоже жилось тяжело. У них, буквально, были только они. Две души посреди бескрайнего Океана одиночества. Дитя Скорби и Запечатанная Ведьма.

Когда всё изменилось? Ответ прост. Когда в жизнь Мэрили ворвался доблестный рыцарь. Разогнавший тоску, серость, уныние, наполнивший её жизнь светом… Нет. Не так. Он принёс с собой Тьму.

Заботливую и мягкую. Комфортную и приятную. Но в то же время яростную, бескомпромиссную, обжигающе горячую, но так же и холодную, безразличную.

Тьма была разной, и сделала… так много.

Её, Мэрили, она вырвала из Океана одиночества, усадила в мягкое, удобное кресло комфорта, укрыла тёплым пледом заботы, напоила обжигающе горячим чаем симпатии, в котором был разбавлен сладкий-сладкий сарах любви. И с каждым глотком чай становился слаще, а плед всё больше согревал её. Но никогда Мэрили не становилось ни приторно, ни жарко. Всегда было так… как она мечтала! Только новые грани сладости, только новые ноты тепла.

А ещё из той приятной Тьмы появлялись лица. Не привычно-брезгливые, наполненные опаской, презрением, завистью, злобой, а несущие с собой улыбки. Чистые, не отравленные лицемерием. Друзья его рыцаря: бесстыдно красивый сэр Свэн, что сам не рад своей популярности у дам. Забавный и очень лёгкий в общении сэр Бертран. Командир её Бойла — невероятно сильная и духом, и телом леди Скарлет, перед которой Мэрили всё ещё чувствует вину, но испытывает к леди-воительнице огромную симпатию и уважение. Слуги барона, что смотрели на Мэрили как на свою будущую… госпожу.

А ещё, смутно в этой Тьме можно было разглядеть лицо отца. Но взгляд… Он был такой же, как и всегда, но уже не казался… безразличным. Там, в глубине глаз мужчины, лицо которого ничего не выражало целую вечность, его дочь видела… что-то… К чему её безмерно тянуло. Сейчас… сейчас… каждый завтрак, неизменно проходящий в компании отца, Мэрили боролась с собой. Ей так хотелось подойти к нему… И… И… Обнять? Ударить? Расплакаться? Обругать? Произнести «Папа, я так тебя люблю…»?

В то же время Безразличная Тьма забрала в себя лица, которые Мэрили видеть не хотела. Леди Владимир канула в пучину чёрного ничто первой. Она… полностью перестала занимать даже краешек мыслей наследницы дома Валуа. Абсолютно. Только в Академии они время от времени встречались, но в душе не было ни гнева, ни ненависти. С удивлением Мэрили поняла, что ей… жаль эту простушку. Кажется, кандидатка в Святые даже не понимает, что за её сердцем ведётся ожесточённая погоня, переходящая пока не в кровопролитные, но сражения. И, по мнению Мэрили, именно слепота леди Владимир воспринимается тремя соперниками намного, намного болезненнее всего остального.

Они, кстати, ушли следом за за объектом своего интереса. Герцог Кронштейн, чародей Бэдэ и маркиз Пердос.

О них… Нечего говорить. Если быть полностью откровенной с собой, то она, Мэрили, сама виновата как в ссорах с леди Владимир, так и в дурных отношениях с её кавалерами. Было очень стыдно перед наследником рода Лупердель, ведь он всего лишь жалел одинокую дурочку Мэрили.

Жалость… да… Она тоже пропала. В первую очередь к самой себе. Тьма испепелила её, не оставив и следа. Сейчас Мэрили видела, чего достойна. Любви. В первую и последнюю очередь. Не поддельной любви из жалости, не чувства порождённого сочувствием, а настоящей и цельной. И уже вместе с любовью её рыцаря, тесно переплетённого с мягкой и заботливой Тьмой, на неё щедрым потоком лилось всё, о чём девушка могла только мечтать. Красивые ухаживания, восхитительные в своей неожиданности подарки, свидания, флирт, жаркие прикосновения, невольные, но желанные объятия.

Словно… Чёрные Боги, благословившие род Рэйвэн, разглядев избранницу потомков великих королей, со щедростью, что затмила