Читать книгу - "Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская"

class="p1">— Так ты сам ее вытоптал, — возмутился красноносый и схватил меня за локоть. — Пошли!

Но тут вперед шагнул монах. Он внимательно посмотрел мне в глаза и спросил:

— Ты, часом, не один из тех, кто ночью прорвался через нежить в город?

— Ну да, а что?

— Ясно. Мы здесь уже больше часа, и никого не видели, — он повернулся к стражам: — Отпустите его. Видимо, доблестный воин повредил в бою голову, вот ему и мерещится всякое.

Я скептически усмехнулся, но промолчал. Конечно, никаких глюков у меня не было, но пусть себе думают, что хотят.

— Тебе вообще куда надо? — спросил тем временем красноносый, отпустив мой локоть.

— В ратушу.

— Эва ты забрел! Обойди вот этот холм, — он ткнул в сторону возвышенности, где стояла Василиса, — там перейдешь через Поганый канал, потом прямо по улице до третьего перекрестка.

— Ладно, иди, — хмуро сказал второй страж. — Но еще раз попадешься здесь — пеняй на себя.

Расставшись с ними, я побрел в указанном направлении. Сложно представить, что все трое покрывают Макса, значит, действительно его не видели.

Так, спокойно. В первую очередь надо предупредить наших, что морок в городе. Я на ходу отбил сообщение Элмеру, и вскоре получил ответ:

Ерунда. Нахожусь на стене и вижу Марселя за кольцом антимагии.

Что за чушь? Помедлив, я уточнил:

Вот прямо сейчас? В эту минуту?

Бипер тут же пискнул:

Да!

Охренеть! Сколько времени прошло с нашей битвы, минут пятнадцать? Как Макс успел за это время выбраться из города? Нет, все это не лезет ни в какие ворота: проникновение Марселя в Треглав, его внезапно открывшиеся магические способности, мгновенные перемещения из точки в точку…

Ответ на все вопросы пришел разом. Маскировка! Ну, конечно! Со мной дрался не Макс, а кто–то другой. Причем маг, и весьма мощный. Похоже, у меня появился еще один враг, хитрый и сильный. И он знает, что я люмен.

Я обошел холм, и путь мне преградил широкий ров с мутной застойной жижей. Благоухал он так, что перепрыгивать пришлось, зажав нос.

Пройдя еще немного, я очутился на маленькой улочке. Отсюда город не казался столь нарядным, как с высоты пустыря. Наоборот, скорее напоминал поселение эпохи темного средневековья, какими их обычно изображают в фильмах. Улица была настолько узкой, что, как говорится, на ней вряд ли разъехались бы два всадника. Булыжники мостовой лоснились жиром, а промежутки между ними заросли серым от грязи мхом. Вдоль дороги, почти у самых домов, по выдолбленной канаве протекал мутный ручей, видимо, один из тех, что наполнял ров нечистотами.

Улица пустовала, только двое чумазых мальчишек топтались у канавы и что–то обсуждали. Поравнявшись с ними, я увидел, как они с азартом подталкивают по мутному ручью кусок коры с соломинкой, на которой трепетал пожелтевший лист подорожника. А под этим импровизированным парусом сидела крыса и смотрела вперед умными глазами–бусинками. Ясно, будущие мореходы.

Я задумчиво двинулся дальше. Из головы не выходила драка с Марселем. Вернее, с неизвестным, маскирующимся под него. Интересно, кто же этот гад, и почему он меня не убил.

Справа скрипнула дверь, и мелькнуло черное одеяние. Опять он?! Но нет: из обшарпанной лавчонки вышел невысокий мужчина лет сорока с худым лицом и орлиным носом. На его плечах красовался темный плащ с серебряной вышивкой в виде пикирующей птицы.

— Спасибо, Ронда, — тихо прозвучал хрипловатый голос. — На днях пришлю к тебе человека за следующей партией.

Ответа я не расслышал. Мужчина закрыл скрипучую дверь, засунул за пазуху внушительный сверток и огляделся. Посмотрел на меня, недовольно нахмурился. В этот момент один из мальчишек, тыча пальцем в мою сторону, заорал:

— Мама, мама! Он с пустыря пришел!

На крик вышла грузная женщина с ведром, наполненным мыльной водой. Свободной рукой она поправила фартук и устало посмотрела на меня. Видимо, не почувствовав никакой опасности для своих отпрысков, выплеснула содержимое ведра прямо на мостовую и вернулась в дом. Я еле успел отскочить и чуть не сбил мужика в темном плаще.

— Полегче, ненормальный, — проворчал он, но вдруг его лицо удивленно вытянулось. — Постой, ты же Рокот?

— И что?

— Видел, как вы ночью прорывались. Отличная работа! Меня зовут Гор, как египетского бога, — он доброжелательно улыбнулся и поднял согнутую в локте руку, демонстрируя татуировку. Возле ника светились цифры два и пять. — Но ты можешь называть меня Егором.

Я пожал протянутую ладонь. Двадцать пятый уровень, не кисло. Мне до такого еще качаться и качаться.

— А ты, смотрю, отчаянный, — продолжал мой новый знакомый. — Только появился в городе, и сразу решил поживиться в Гиблом квартале? Не советую туда ходить. Странно, что тебя не сцапали охранники. Кого там засекут, на месяц запихивают в темницу, мэр Стефаний приказал.

Похоже, он имеет в виду развалины у пустыря.

— Не понял. Чем поживиться?

— Говорят, там припрятано золотишко. Деталей не знаю, но нечисти в тех местах море. Один из наших, Колька Самурай, решил попытать счастья в Гиблом квартале, но не вернулся, сгинул. А он, между прочим, был одним из лучших бойцов… — глаза Егора вдруг округлились, и он воскликнул: — Ох, ни фига себе! Все–таки какая–то гадость к тебе прицепилась!

За моей спиной послышались вопли мальчишек и шлепанье убегающих ног. Я обернулся. Мать твою, Фрося! Этого еще не хватало. С одной стороны, конечно, хорошо, что Серый сможет спокойно поесть, но…

— Это ты меня гадостью назвал? Запомни, Фрося я, Фрося! — завопила девчонка и вихрем кинулась на обидчика.

Я прекрасно понимал, что призрак никак не сможет ему навредить, но Егору, похоже, это было неизвестно. Выхватив кинжал, он попятился, споткнулся о стоящий у дома ящик и растянулся на мостовой. Из–за пазухи вывалился увесистый кисет, из которого со звоном высыпалась куча монет: медных, серебряных, золотых. Такую гору денег мне еще не приходилось видеть на Мелизоре.

— Фрося, что же ты творишь?! Вот выгоню тебя! — рявкнул я.

Само собой, прогнать ее мне не под силу, но как–то нужно отреагировать.

— А чего он? — потупившись, как обыкновенный нашкодивший ребенок, прогнусавила она.

Чувствуя себя виноватым, я бросился помогать Гору, который в это время ползал на четвереньках и собирал рассыпавшиеся монеты. Засунув последнюю в кошель, он кинул на меня благодарный взгляд и сказал:

— Извини, не думал, что это твой пет.