Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

оставили следов. Ширина русла достигала примерно пятьсот метров, задача сброса излишков воды теперь мне показалась куда труднее. Я не предполагал, что река настолько полноводная и широкая. На картах Дойчей ее ширина не превышала и двухсот метров. Нам удалось найти еще один остров, расположенный примерно в километре вверх по течению. Но из-за его отдаления, в данный момент он пока не представлял для нас интереса.

Пока «Русь» пыхтела вниз по течению, прикидывал в голове плюсы и минусы места нашего поселения. Температура была удовлетворительной, учитывая, что был конец ноября, было комфортно и тепло в рубахе. Ранним утром и ночью слегка было прохладно, возможно температура еще чуть упадет, но все равно не требовалось кутаться в шкуры и поддерживать огонь круглые сутки. В конце концов, это не изнеженные люди двадцать первого века, а настоящие дети природы.

Размер острова и наши ресурсы вполне удовлетворяли нашим запросам, чтобы безбедно прожить здесь пару лет. Тем более, что сама река кишела рыбой, а слева и справа от нашего острова лежали земли, на которых паслись огромные стада животных. Для постоянного проживания из поколения в поколения остров не годился — был маловат и практически лишен леса. Я очень надеялся, что здесь придется провести всего год или два. Если вулканическая зима затянется на несколько лет, был риск потерять тех, кто остался в Макселе и других городах.

Ледниковых периодов в истории планеты было немало, но древние люди выжили. Мои опасения больше были связаны со страхом потерять те овощи и злаки, что нам удалось культивировать. Именно это и послужило главной причиной переселения к экватору.

Я уже собирался отдать команду возвращаться на пароход, когда Бер и Санчо одновременно подняли руки, привлекая внимание.

— Что там? — шепотом спросил у Санчо, готовясь к головной боли. В этот раз было все терпимо, картина была довольно отчетливая: молодой чернокожий подросток явно спасался от врагов или от погони. И самое интересное было в том, что бежал он к реке, явно в нашем направлении. Мы были на правом берегу, если исходить от течения воды. А ночные наблюдатели с желтой краской на лице находились на противоположном. Их следов мы не нашли, хотя спускались на пароходе почти до самого океана.

— Взять его живым, — не успели слова слететь с моих уст как Бер ящерицей скользнул в густой кустарник. Трое воинов последовали за ним, остальные заняли оборонительную позицию вокруг нас.

— Га (опасности нет), — отозвался Санчо на мой взгляд, рассматривая черные ягоды на одном из кустарнике. Ягоды были некрупные, напоминали бруснику иссиня-черного цвета. Понюхав, неандерталец потерял к ним интерес, однозначно решив не использовать их в рационе.

Еле слышная возня достигла наших ушей, после последовал рычащий крик и сразу два выстрела. Я еле удержался, чтобы не кинуться в кустарник, куда ранее ушел Бер. Но Санчо даже ухом не повел, что говорило о благоприятном исходе дела или об отсутствии опасности.

— Макс Са, это мы, — предусмотрительно окликнул нас Бер, прежде чем появиться из-за густого кустарника. Двое воинов буквально волокли чернокожего парнишку лет пятнадцати, третий замыкал шествие держа ружье наизготовку. А возглавлял процессию Бер, неся в левой руке отрубленную голову. Я метнул взгляд на трофей-желтой полосы на лице не было.

— Его преследовали трое, мы их убили, — лаконично доложил Бер, опуская голову на землю.

— Было всего два выстрела, — педантичный Тиландер опередил меня с вопросом. Бер без слов похлопал себя по бедру, где в кожаных ножнах носил свой охотничий нож — помесь кинжала и финки, последнее творение Мурга и Лайтфута.

Это была самая обычная черная голова — короткие волосы, скрученные колечком, выраженные надбровные дуги и практически полное отсутствие растительности на лице. Так мог выглядеть кроманьонец много десятков тысяч лет назад, так мог выглядеть типичный африканец двадцать первого века. Природа мало изменений внесла в облик людей за такие большие временные промежутки.

Только теперь я обратил внимание на пленника — тот был без сознания. Прежде чем я успел что-то сказать, Санчо приподнял пленника за волосы. Боль привела парня в чувство, черные зрачки заметались по нашим лицам, он выкрикнул «схапити» и снова отключился.

— Нервный он какой-то, — рассмеялся Тиландер, брызгая воду на лицо чернокожего.

— Схапити, схапити! — завопил пленник, едва пришел в сознание. Он даже предпринял попытку вскочить на ноги, но мощная длань Санчо пригвоздила его на месте, заставив скривиться от боли. На этом его импульс противодействия стих и парнишка буквально осел на земле: его взгляд метался по нашим лицам.

— Не бойся, — как можно добродушнее сказал я пленнику и даже ободряюще дотронулся до его плеча. И тут произошло то, чего я не ожидал: распластавшись, парень схватил мою ногу и поставил ее на свою голову, преодолев мое легкое сопротивление.

— Он признал Великого Духа Макс Са, — восхищенно проговорил Бер. Потрясенные зрители даже не нашлись что сказать, уж слишком кардинальной была перемена поведения в пленнике. Преодолевая сопротивление пленника, убрал ногу с его головы: к такому я не был готов, хотя отсутствием честолюбия не страдал.

— Поднимите его, — приказал и воины поставили несчастного на ноги. Подросток, вошедший в возраст взросления. Навскидку ему четырнадцать-пятнадцать лет, трудно точно определить возраст кроманьонца, все выглядят более-менее одного возраста. Порой только шрамы на теле или отсутствие зубов указывало на солидный по меркам каменного века возраст в районе сорока лет.

— Как тебя зовут? — Юноша вздрогнул от моего голоса, его попытку пасть ниц пресекли воины, крепко удерживая его на ногах. Чтобы подтвердить свою догадку, повторил услышанное от парня слово:

— Схапити? — парень отшатнулся от этого слова, испуганно оглядываясь через плечо.

— Макс Са, — дотронулся до своей груди и приложил ее к парню. Пришлось трижды повторить этот жест, прежде чем услышал в ответ:

— Мунге.

Начало было положено, там, где есть первое слово, будет и второе.

— Возвращаемся домой, — скомандовал своим. Крепко удерживаемый Русами, Мунге спокойно шагнул в шлюпку, а вот на пароход смотрел с ужасом. Пришлось его пинками загонять по веревочному трапу: пленник уже не пытался бежать, в его глазах плескался страх и покорность судьбе.

Подняв шлюпку на борт, пароход выбросив густой клуб дыма, начал отходить к середине реки. Мы, привыкнув к шуму парового котла, не замечали его шума, а вот Мунге на каждый звук реагировал остро. Первые пять минут он так и сидел на палубе сгорбившись и обхватив голову руками. Но любопытство пересилило, чуть позже дикарь уже пытался осмотреться. Вид людей на палубе, не обращавших внимание на чудовище, выбрасывавшее клубы дыма, парня немного