Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

пришла предлагать свою жизнь, и у них у всех на груди мой личный герб, а у меня его нет.

Так что мы прибыли в парк, где и должно пройти представление для народа, можно сказать народная свадьба, практически нищий солдат, всего лишь лейтенант, берет в жены не абы кого, а, как идет слушок, с переходом в его род целую принцессу Тэймэй, которую любят, но все же больше побаиваются.

Свадьба проходила под прицелом камер и гостей, что были собраны у дворца Императрицы, было несколько тысяч людей, не обошлось и без покушений, было ликвидировано, как потом мне сообщила вездесущая Чихеро, как минимум десяток агентов Федерации Гатсен. Что примечательно это были ярые последователя Императора, а сам Император и кронпринц с принцессой появились на моей свадьбе, и, как я понимал, это были не двойники. Император был необычайно хмур и как-то слишком нервный, народ списал это на то что Император переживает за свою дочь, а то что принцесса Элизет по своему обыкновению не улыбается то это от сестринской любви, да что там греха таить, от небольшой зависти, ведь ее свадьба состоится через полгода. Как было сегодня объявлено, пока не официально, но в своей речи Императрица сказала что через полгода состоится еще две свадьбы. Но как же народ был рад тому как улыбается кронпринц, даже чересчур он радуется за свою сестру. Я, смотря на постоянно улыбающегося кронпринца, не слабо так испугался что огрел его через чур, все-таки это я железнолобый, а не он, ох, главное чтобы Хаона не предъявила претензий.

И вот я увидел её, как бы Я не относился к Тэймэй, но она была прекрасна, розовое с белизной кимоно, витающие вокруг нее розовые лепестки сакуры, а огромный подол несли подружки невесты, Чихеро, Эйко и Амайя, а рядом с Тэймэй шла моя кроха, в беленьком кимоно и немного смущаясь от того внимания что ей уделяла толпа, от чего ее щечки покраснели, ведь одна пятая криков восторга относились к одной из самых молодых красавиц из рода Шосе. Она несла корзинку, в которой лежали два пояса на лепестках алых роз, что должны связать наши с Тэймэй узы.

Толпа замерла, наблюдая за процессией невесты и ее подружек, даже у меня сперло горло воздухом, я не мог отвести глаз: все же они прекрасны. Все, но все же особенно прекрасной было моё маленькое солнышко, что сейчас так мило смущается, но в глазах которой уже видно что ей приятно восхищение, которое она несомненно чувствует как манипулятор. Ох, пройдет совсем немного лет и мне придется отстреливать женихов и особо ретивых охотников за сердцем моей дочурки.

Но ей не уступали в красоте и остальные девушки, Чихеро как всегда была ледяна, а тьма, что иногда сверкала в ее глазах, завораживала. Амайя как всегда выделялась, и в отличии от остальных девушек была в военной форме и на ее груди сверкали с десяток орденов и медалей, а на погонах поблескивали генеральские символы.

Вот так она стала генералом, стоит мне поздравить ее или поздравления от вечного лейтенанта могут быть восприняты как усмешка?

Но все же главной красавицей была Тэймэй, и не потому что она всех затмила, всего лишь одна причина была тому что все взгляды были прикованы именно к ней. Это ее день, день когда она перестанет быть принцессой, а станет женой непонятного владеющего из какого-то маленького и хоть и древнего, но хилого рода, чью слабость сейчас Императрица восполняет неоценимыми подарками и даже признает его кланом, чего этот род по мнению многих присутствующих кланов не заслуживает. Последний день принцессы, и скоро они смогут отомстить ей за многое что она совершила как принцесса и министр внутренних дел, сегодня утром уже было объявлено что Тэймэй освободила сей пост.

Величаво, словно плывя к мне, подошла Тэймэй, и развернувшись к Императору и Императрице склонилась, как и все остальные с ней девушки, я подойдя к ней так же преклонил одно колено, ну как преклонил, я ударил им не рассчитав усилие и под моим коленом рассыпалась мраморная плитка. Императрица с Императором встали и подошли к своей дочери, ко мне же вышла Каори, Императрица взяла пояс белого цвета из корзинки, что протянула своими ручками ей Эми, а Каори черный.

Нас повязывали матери, Каори молча, так как её статус был ничтожен по сравнению с родственниками Тэймэй, и потому в основном говорила Императрица Хаона. Но даже то что Каори присутствовала и тем более участвовала на проведении церемонии, а сейчас повязывала нам на руки Тэймэй и мою черную ленту, и говорило это всем о том что Шосе не просто маленький род что скоро станет кланом, а то что сама Императорская чета решила посчитаться с желанием матери. Ведь или Императрица либо Император могли в одиночку провести церемонию. Возможно это спасет горячие головы и не будет слишком много предпринято активных действий против выскочек Шосе.

Парочка пафосных слов от Императора о том что я должен теперь Империи больше чем жизнь, и по улыбке Хаоны, что стало просто лучезарной, стало понятно что Император сказал что-то лишнее и его ждет наказание, что впрочем меня мало волновало. Мои мысли занимали мысли Тэймэй, что я начал явственно читать, так как по традиции мы коснулись рук и телесный контакт усилил силу манипулятора.

Тэймэй все же воспитывала мама, а та задача что стояла перед рожденной третьей и которую должны были отдать как товар была не тривиальной, и сейчас она лишилась той цели что имела всю жизнь. Из её мыслей я плохо понял о чем утром она говорила со своей матерью, но узнал я даже слишком много, моей женой станет не принцесса, не министр и не член императорской семьи, так как с этой минуты она незаконнорожденная, ублюдочное порождение, в котором нет тысячелетней крови Императоров древности, ну если только капля. Это не будет объявлено сейчас и в ближайшее время, но будет объявлено, и у моей уже жены есть только два пути чтобы избежать кары своих «Чистокровных» родственников, которые также чисты как и она, так как только Хаона есть носитель крови. Первый путь — это уничтожить Императора и брата с сестрой, но этому противится ее мать, а второй путь спокойно ждать когда за тобой придут.

Есть и третий путь, начать параллельную линию тех, в крови которых будет кровь великих владеющих, и сделать так чтобы никто и не помыслил напасть на нее