Читать книгу - "Джейн Фокс: Испытание огнём - Номен"

аккуратно отодвинули с двух сторон – так, слегка, чтобы заглушать перестала… Джейн покосилась на неё, но решила просьбу Элуутсу исполнить до конца. Бронны были очень вежливые – или уши у них закрывались изнутри: её слушали, пока она не выдохлась, и лишь склонили головы, чуть касаясь пальцами лба и носа.

- Наша благодарность тебе, ученица Шайис. Погибшего воина-певца не забудут и на Равнине. Время трапезы? Иди же, восстанови силы. Ты их немало потратила…

Джейн, вывалившись из комнаты, почувствовала, что желудок, и правда, приклеился к позвоночнику. За «дверью», опираясь на посох, ждал Хассек. Джейн покосилась на дверную занавесь. «Это он один с двух сторон шкуру сдвинул? Зачем с двух? А если и только он – тут по коридору успело полгорода пройти…»

- Пойдём-ка есть, - сказал страж; вид у него был довольный. – Вот бы услышать, какие песни они сложат! В Ульхенне – лучшие сказители Равнины… Хорошо бы не распрощаться с головой, пока они не закончат!

- Как там Навкет? – спросила Джейн уже за едой. Кормили тут досыта, но пища очень уж напоминала походную – разве что некоторые тушки раздавали целиком, да специй сыпали больше, чем экономный Хассек. Столы были знакомые – низенькие, трёхногие, с дырками для посуды, - один из таких у стражей в пещере и стоял, может, даже выданный с того же склада вместе с этой самой посудой и жаровней. Под столовую обустроили несколько помещений – и двери занавесили разрисованными шкурами. Изображений на них было мало – стилизованные языки огня, синий зигзаг льда, завитки дыма над лужей и круглый колючий гриб. Хассек сбегал за дверь с грибом, принес себе чашку маринованной куджаглы и радостно слопал. Джейн косилась на знаки огня, льда и едких испарений; проверять, чем там кормят, не рискнула – но стражи туда заходили… довольно странно выглядящие стражи – но девушка уже притерпелась. Космопорт в центре галактики – так уж космопорт…

- Навкет рвётся в бой, - отозвался Хассинельг без тени усмешки. – Тебе… ну и мне – извинения от Калига и большая благодарность. Он рад, что не ошибался в брате. И очень жалеет, что не помог мне в сражении.

Джейн хмыкнула.

- Чтоб тебе их обоих сюда тащить? И оба – заражённые?.. Наоборот, хорошо, что он не полез. Только – теперь, когда все карты на руках, что тут собираются делать? Кайшу выдвинет войска в этот… разрушенный город? Позовёт тех… существ, что приходили вчера, - только не сюда, а туда, на атомную станцию?

Хассек едва не выронил из пасти гриб.

- И п-правда, ты п-полна странных замыслов… Кайшу собирает силы, что пойдут на Айен. Совет думает, как остановить Дом Пламени и не навредить ему. Как бы ни пошло – крови будет очень много. Столько, что ступени Ук-кута побагровеют…

Джейн открыла было рот, но вовремя захлопнула. «Дура! Он, воин, в ужасе, все местные потрясены… и – ты представляешь, как метровая мелочь идёт на сааг-туула? Или туун-шу? Хотя бы одного, - а там уже орды! И ещё ядерный крейсер, будь он неладен… И – похоже, тех существ… их не так просто куда-то позвать. Если они Боги Смерти, то вообще бы не должны выходить к живым…» Она запоздало поёжилась.

- Ладно, - страж вымученно улыбнулся. – Это всё не сегодня. Я уговорил старейшину Кайри… в общем, твоему дереву нашли место в саду Сердца. Сходим и посадим его – и останутся только лозы-строители. Их Кайри в сад не берёт – они там понастроят…

Джейн хотела было спросить про гербициды или хотя бы прополку, но вспомнила сарматско-Броннские плантации на летающей ракушке и прикусила язык. «В этом саду… там хотя бы пройти есть где? Или это такие джунгли посреди города?»

…В огромное здание «дворца» сад всё-таки не уместился. Если бы Хассинельгу не лень было идти пешком, Джейн увидела бы город – а так ей довелось только взглянуть на пористые белые шпили и высокую мачту, обвитую сияющей спиралью. «Антенна? Излучатель?» - мачта горела ирренциевой зеленью. Её отсветы падали на странной формы башни вокруг сада, будто собранные из слегка помятых панцирей морских ежей. Башни, их ярусы, - всё хаотично соединялось отростками, местами обломанными. К ним крепились навесы, шевелящиеся садки и тонкие нитки лестниц… дальше Джейн не разглядела – Бронн-садовник привёл их с Хассеком внутрь ребристого купола.

Это определённо было деревом и успело дать много живой поросли, прежде чем пропиталось минеральными солями и окаменело снизу доверху. Внутри этой окаменелости с отверстием вверху и задвижками на тросах – люк иногда закрывался, и очень старательно – и росли деревья-столбы со свисающей из ниш бахромой, грибы, лианы с гроздьями ягод… Садовник огляделся по сторонам и ткнул когтистым пальцем в незасаженный участок чуть в стороне от люка.

- Оно хочет расти здесь? – страж посмотрел на свёрток с деревцем через навершие посоха. Бронн громко фыркнул, распушив усы.

- Стражи! У тебя глаза, нос и уши где – на голове или на палке?!

Что-то вроде грунта тут было – остатки живой и окаменелой коры дерева-купола, опад других растений, не сгоревший в металлическом ливне, кто-то ещё навёз камешков и ила и раскидал как попало… Хассинельг чуть заглубил свёрток в землю, не без труда отцепил лианы и шагнул в сторону. Дереву помощь была не нужна – оно, втянувшее было листья, тут же выпрямилось, ещё немного заглубилось и развернуло все отростки. Они совсем уже стали похожи на гитару Марсье, даже число жилок-струн совпадало…

- Зелёные листья – редкость, - шевельнул ухом Бронн-садовник. – Но этот цвет… он угоден Эйланнушу, а не Ку-унну или Ук-Хеммайи. Это добрый знак для всего растущего. Пока оно отдыхает, и вы ему не докучайте.

Джейн оглянулась на деревце, когда выходила из купольного сада. Среди местных складчатых деревьев и причудливых грибов оно – почти нормальное, земное – и правда, выглядело странно. «Оно живучее… интересно, каким вырастет?»

…Упражняться с ножом и лучами пришлось в пустой комнате с нераскрашенными занавесями.

- Бей в любую стену, - махнул хвостом Хассинельг и тут же показал пример, всадив боевой луч в углубление орнамента. Белый матовый «камень» даже не нагрелся.

- Это аккадалис, кости мира. Их ничем не сломаешь!

- А что тут было у Куэннов, пока вы не пришли? – спросила Джейн, убеждаясь, что аккадалис – штука прочная… и, кажется, излучение готова пить,