Читать книгу - "Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова"

бы ей самой было комфортно, но Харпер вчера твердо заявила, что на нее все презрительно смотрят. Мол, не соответствует статусу будущей жены лорда. Деймонд пытался убедить, что это ерунда, но во время ужина у Изабеллы признал, что она права, так недовольно его матушка бурчала на шапку с помпоном и пуховик.

Это же просто одежда! Плюс у всей ситуации один: пока ты злишься на мнение общества, проще не вспоминать, что вчера твоей матери перерезали горло.

Харпер пришлось отпаивать чаем в комнате Офелии. Долго просить прощения, потому что никто не предупредил ее о том, как именно проходит посвящение. По правде, Деймонд слишком психовал, что Изабелла решила вступить в сообщества Кейлуса, а потому забыл, что Харпер не в курсе традиций и может сильно испугаться.

Затем пришлось ехать к матушке на ужин, но, к счастью, тут все прошло гораздо лучше. Изабелла и Харпер быстро нашли общий язык, а в конце вечера мать дала свое благословение на свадьбу. И вот это было самое неожиданное событие.

— Тебе очень идет это пальто, — улыбнулся Деймонд, когда они зашли в фойе библиотеки и свернули к лестнице, чтобы пройти через потайной проход.

— Да, я тоже рада, что выбрала это. Мне-то казалось, такие фасоны меня полнят.

Они выбрали женственное пальто нежно-серого оттенка, чуть отливающее голубым. Приталенное, с массивным воротником и пышное снизу. Харпер оно безумно шло, и вот теперь-то он понял, о чем она говорила: в такой одежде она и правда выглядела, как жена лорда, девушка из высшего общества, а не девчонка, которую не зовут на званные ужины.

Феликс вскочил, как только увидел, что Харпер и Деймонд зашли в тайный зал. Поманил за собой Деймонда, и тот напрягся, уже зная, что грех что-то нарыл на острове Очищения. Делиться по телефону отказался наотрез. При Харпер говорить тоже, видимо, не собирался, а это плохой звоночек.

— Веснушка, подожди тут, ладно? — устало спросил Деймонд, не уверенный, что готов к плохим новостям.

— Угу, — только и ответила Харпер, снимая пальто. Села за стол, сложила руки на груди, с таким видом, словно ей теперь и правда плевать на все на свете. Сегодня в желтом свитере и джинсах вместо привычной юбки: мучалась от боли, а потому хотела комфорта.

— Как ты? — осторожно спросил Деймонд, садясь рядом. Феликс недовольно пыхтел позади, ведь не любил ждать.

— Нормально. Зелье сняло боль, но меня все еще все бесит. Прости, я…

— Не можешь контролировать ПМС. Я знаю. И не жду этого. — Деймонд притянул ее к себе, нежно поцеловал. — Я волнуюсь, вот и все. До этого не замечал, чтобы ты не могла шевелиться от боли и до месячных. Только в первые дни.

— Все бывает в первый раз. Иди уже. Феликс заждался.

Деймонд нехотя встал и последовал за Феликсом. Он спросил у матери, к какому гинекологу она ходит, но начинал подозревать, что с Харпер что-то серьезно не так, ведь у здоровой темной таких болей быть попросту не может. Придется силой ее тащить к врачу, ведь сама она отказывалась, уперто заявляя, что привыкла, зелья помогают, а врачи из Питера ничего не нашли, значит, ей просто не повезло такой родиться.

— Давай сразу к делу, — сказал Деймонд, едва они с Феликсом поднялись на второй этаж и отошли к окну. Настолько далеко от Харпер, что нет ни единого шанса, что она что-то услышит. Твою мать, Гордыня, что ты такое узнал?

— Что с ней? — спросил Феликс и выглядел правда обеспокоенным.

— ПМС, — коротко пояснил Деймонд. Феликс открыл рот, чтобы сказать то, что и сам Деймонд понимал, но он вскинул руку. — Давай не будем об этом. Я уже нашел ей врача. Что ты нарыл?

Феликс обижено поправил галстук, поджал губы, но смирился, что в это дело его решили не втягивать.

— Это касается Харпер. Ее… бабушки, если быть точнее.

— Не говори, что Прасковья на острове Очищения!

— Именно. Уже третий год. Уйти дальше у нее пока не получается, с таким грузом вины она умерла.

Повисла тишина. Деймонд потер переносицу: мало им было свитков, Кейлуса, Смерти, болей Харпер!

За окном хлопьями начал падать снег, засыпая вечерние улицы Московского проспекта. Зажглись фонари, добавляя хоть немного уюта в эту картину.

— Может, не стоит ей говорить? — спросил Феликс, когда вдалеке раздались шаги: Харпер передумала ждать. — Я проверил: Прасковья сразу попала на остров Очищения, в отеле никогда не была. Живет с лже-Харпер, пытается заставить ее лже-отца взять опеку над ней. Винит себя во всем: что скрывает правду, что умирает, что не может ее защитить.

— Я скажу, — твердо сказал Деймонд.

— Это может…

— Я не собираюсь ей лгать. Она имеет право знать правду.

— Иногда ложь бывает во благо.

— Чепуха. Ложь только разрушает доверие и уничтожает любовь.

Харпер уверенными шагами подошла к ним и встала рядом с Деймондом. Молчала, злилась, недовольно оглядывала обоих, с таким видом, словно сейчас начнет применять заклятия удушения. К слову, оно ей удается очень хорошо.

— Давайте без прелюдий. Что случилось?

Она уставилась на Деймонда, ожидая ответа именно от него. Сказать прямо? Да как можно ее подготовить? Рассказал. Она слушала молча, хмурилась, а потом отошла к окну, схватила с тумбочки вазу с цветами и запустила ее в стену. Звон стекла, осколки усыпали пол, а большое мокрое пятно осталось на бежевой краске. Феликс лишь пожал плечами, хоть и выглядел недовольным, но, видимо, как и Деймонд ощущал, насколько зла Харпер и понимал, что это меньшее из того, на что она сейчас готова, чтобы выпустить эмоции.

— Когда мы идем туда? — спросила Харпер.

— Веснушка, это… запрещено законом. Мы не имеем права говорить с мертвыми на острове Очищения без разрешения.

— Мне плевать. Пошли в задницу ваши законы, — процедила она, схватила еще одну вазу, но Деймонд осторожно ее отнял. Хорошо еще, она книги не начала поджигать, иначе Феликс бы их выгнал и больше не пустил в библиотеку.

— Хорошо, — мягко сказал он. — Хорошо, мы найдем ее. Если ты этого хочешь.

— Хочу. Мы же сможем ее пробудить? Чтобы она поняла, что происходит?

— Сможем.

— Тогда хочу. Я хочу с ней поговорить. Хочу лично отвести ее на остров Жизни, мать вашу!

Еще одна ваза полетела в