Читать книгу - "Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин"

Подошел к завалу, попинал ногой камешки. Ну, что сказать, обрушило тут основательно. Это плюс. Но вот не получится ли так, что по этому завалу смогут забраться наверх? Надо срочно проверить.

— Давай, давай. Не спи! — бегу обратно по уже известному маршруту, не став дожидаться ценителя древних камней.

Обратный путь занимает раза в два меньше времени. Когда взбегаю по ступенькам, меня почти догоняет Доцент. Ещё и в руках какой-то здоровенный подсвечник держит.

Шустрый малый.

— Во, нашел по пути, тяжелый, правда, зараза.

Хм, и как я просмотрел. Ну да неудивительно. У меня голова другим занята была. Наверху натыкаемся всего на парочку зэков, которые при виде нас вздрагивают.

Ишь, какие пугливые криминалес пошли.

— Всех подняли? — задает вопрос слегка запыхавшийся Доцент.

— А? Да, — зэк переводит взгляд на него. — Точнее, почти всех, вроде. Ну там тянут ещё кого-то, вроде. А так-то, вроде, ну, это, вроде все да.

— Пипец у тебя проблемы с формулированием, — решаю самостоятельно проверить, что там да как.

Как-то не вызывал у меня подобный детальный спич глубокого доверия. Выхожу на балкон и вспоминаю, что надо бы проверить, докуда он тянется.

— Доцент, — нахожу его взглядом, — надо бы отправить парочку ребят проверить балкон, докуда он идет, нет ли возможности взобраться на него со стороны обвала, да и вообще.

— Здравая идея, — отвечает он, крутя головой и, видимо, раздумывая, кого бы отправить.

— Ты только посообразительней кого-нить отправь, а не как того, который нам встретился. Бе-ме, вроде, ну, ме. Ну ты понял, — передразниваю косноязычного зэка. — Он даже если что важное найдет, объяснить нам не сможет, факт. А времени играть в крокодила у нас нет. Да и лично у меня нет такого желания.

— Согласен, — отвечает он с улыбкой. — Серега, Макс, пробегитесь по балконам, проверьте, докуда они идут и нет ли возможности на них снаружи залезть. Как проверите, сразу назад. А, и да, — останавливает он уже было дернувшихся мужиков, — там прям на противоположной стороне завал должен быть. Нас он в первую очередь волнует. Всё.

— Поняли, сделаем, — отвечает за двоих тот, к которому первым обратился Доцент, и они разбегаются в разные стороны.

— Интересно, — протягиваю я, наблюдая со стороны за тем, как вытягивают очередную парочку зэков. — А чего это они тебя так сразу слушаются? Даже не спорят.

— Всё просто, — отвечает тот с улыбкой, вставая рядом. — Просто я их ещё ни разу не подводил. А один раз даже спас из того глубокого анального отверстия, где мы оказались из-за Пахана.

— Эй, эй, секундочку, — с возмущением смотрю на него. — Это вообще-то я всех спас!

— Это уже детали, — отмахивается он, не переставая улыбаться.

— Фига себе детали, — бурчу себе под нос.

Ищу глазами так напрягшие меня пятна и сразу же нахожу их. Только это уже никакие не пятна, а вполне себе читаемые силуэты.

— Ты веришь в карму? — пихаю приятеля в бок.

— С научной точки зрения, существование кармы не доказано, — проследив направление моего взгляда, его веселая улыбка превращается в грустную усмешку. — Но тут настолько все ненаучно, что… Знаешь, — обрывает он сам себя, — если так задуматься, то пока мы с тобой не встретились, все шло более-менее спокойно. А тут столько событий за такой короткий промежуток времени.

— Думаешь, дело во мне? — с удивлением перевожу на него взгляд. Что за бред?

— Да нет, конечно, — отвечает он мне спокойным взглядом. — Но я довольно хорошо изучил этого Пахана, — кривится, словно лимон целиком вынужден съесть, — и хочу тебя предупредить. Он та ещё изворотливая тварь, и умеет переворачивать всё с ног на голову.

Доцент поморщился и продолжил:

— Причём так гладко стелет, так логично все преподает, что слушаешь его, понимаешь, что тебе лапшу на уши вешают, но проходит минута, и ты сомневаешься. Ещё минута, и ты начинаешь сомневаться в своей версии. Не успеешь оглянуться, как его версия выглядит единственной верной.

Он с какой-то грустью переводит взгляд на прибегающих к стене зэков, во главе с тем самым Паханом.

— И это я сейчас про себя говорю. А эти, — кивает на мужиков, которые ещё не заметили наших «гостей», — так сказать, хавают всё, что он скажет. По крайней мере, так было раньше, — добавляет он через секунду.

— Видишь ли, — отвечаю ему с улыбкой, — я знаю его секрет.

— Какой? — с неожиданной надеждой смотри на меня Доцент.

— Да просто у него навык на убеждение вкачан, скорее всего, — пожимаю плечами. — По крайней мере, на меня он пытался чем-то подобным воздействовать.

— И как ты справился? — аж за предплечье меня схватил, но тут же отпустил, смутившись своей горячности.

— А у меня тоже навык есть, — усмехаюсь я, — да и у тебя что-то подобное, как я понял, есть.

Доцент пристально смотрит на меня пару мгновений, после чего, видимо, решает для себя что-то и отвечает мне.

— Есть, но слабый он пока. Сложно качается.

— Ну, с этим я тебе могу помочь. Только приятного там мало.

— Я готов!

— Ну, значит, займемся, когда время будет, — эх, дружище, ты даже не представляешь, на что подписываешься. — А с этими что делать будем?

Киваю на бегущих в нашу сторону зэков во главе с Паханом.

Не иначе у него вкачен параметр «Удача». В противном случае как объяснить, что они бегут по левой улице, разминувшись с отрядом гоблинов буквально на полминуты?

— Надо помочь, — вздыхает Доцент. — Негоже людей в беде бросать.

— Ну-ну, надеюсь, мы не пожалеем потом из-за этого приступа гуманизма.

Так-то в глубине души я с ним согласен. Только мной двигают несколько иные мотивы.

Чем больше нас, людей, тут будет, тем легче обороняться. Но и в благородство можно поиграть. Только акценты надо верные задать.

Да и потом, учитывая, как целенаправленно двигается Пахан, у него есть какой-то внутренний компас.

Вот только вместо того места, где можно получить игровой класс, он с завидным постоянством выходит… на меня.

А значит, что? Значит, если не сбивать ему «прицел», то получится найти искомое место быстрее. Да и репутация моя подрастет…

— Эй, народ, не спешите веревки сматывать, ещё не всех подняли, — обращаюсь к собравшимся на балконе оборванцам.

— Да вроде все здесь, — отвечает кто-то.

— Там ещё партия прибыла, — указываю на Пахана и компанию. — И пусть они кинули нас там, в пещере, на растерзание муравьям, но сейчас не время платить за обиды, — я прям ощущаю удивленный взгляд Доцента. — Не по понятиям это, товарищей, в смысле, кентов, в беде бросать. Так что давайте поможем им.

Беглецы уже собрались под стенами и с надеждой смотрят вверх.

Взгляд Пахана бродит по лицам зэков, пока не утыкается в меня. Вижу, как он хмурится и над чем-то усиленно размышляет.

— Бросайте веревки, — командую сомневающимся мужикам. — Только сначала раненых! — это уже ожидающим внизу.

Снизу слышатся радостные крики и благодарности. Вроде даже искренние. Раздавшийся за близлежащими домами вой помогает при расстановке приоритетов.

Мы, для находящихся внизу зэков, сейчас последняя надежда.

Первая тройка уже наверху, и видно, что раны хоть и не глубокие, но многочисленные. Кровь уже не бежит, но перевязать не помешало бы.

Правда, проблема в том, что бинтов стерильных нема. Да вообще, любых бинтов нет. Придется им потерпеть.

— Кто это вас так? — подходит к ним Доцент.

— Гоблины, мелкие твари, — сплевывает на пол ответивший.

— Убери за собой, и не хай тут харкаться, — смотрю на него сверху вниз.

— А то чё?

Может, мы зря такой биомусор неблагодарный спасаем?

— А то сейчас обратно вниз полетишь, — отвечаю спокойно, но уже примеряюсь, как бы осуществить свою угрозу.

Не, ну а что? Наглядный пример, он всегда лучше голословных просьб. Тем более некоторые индивиды только грубую силу понимают.

— А здоровья-то хватит? — закусил удила чудак, на букву «М». — Ты вообще кто такой? Не помню, чтобы видел тебя раньше среди четких пацанов.

— Я, мать его, ужас, летящий на крыльях ночи! Я страх, пронзающий ночь! Я десница судьбы! Я…

— Дэн, не стоит, — обрывает мой спич Доцент, покачивая головой. — Делай, что он сказал, — это он уже говорливому. — А иначе я ему даже помогу.

— Да ты чё, Доцент, моришь, что ли? — зэк оглядывается по сторонам, но поддержки явно не находит. — Ну и хрен с вами! — стирает свой харчок подошвой и исподлобья смотрит на меня. — Всё?

— Угу. Больше так не делай, не дома. Дома тоже так не делай.

— Не успеют, — тихо отмечает Доцент, глядя