Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

мертвом теле, но не возвращает к жизни, а мертвая… — он запнулся, а я уронила взгляд на изображение Мары. Мне на короткий миг показалось, что картинка ожила. Мара повернула ко мне свое лицо и нахмурилась, а затем книга стала сама листать страницы, будто сильный ветер повеял, дыхание которого было ледяным. Я и думать забыла о словах ведьмака, да и он сам сидел, немного удивленно глядя на ожившую книгу. А затем все остановилось, и книга застыла, открывшись на предпоследней странице.

— Что это? — удивилась я. Мы вместе склонились над картинкой. Текст под ней был написан на доступном моему пониманию языке, что не могло не радовать.

— Это, — произнес Роланд тихо, — подтверждение моей догадки и ответ на наш вопрос!

Я смотрела на изображение, на котором была нарисована расплывчатая фигура, застывшая в портале и вторая, имевшая более четкие очертания, следующая за первой.

— Значит, у тебя есть план? — спросила я.

— А ты решила, что мы сунемся в логово призраков наобум, — он рассмеялся тихо и не злобно.

— Почти! — ответила с улыбкой.

— Сейчас я тебе все объясню, и ты поймешь, — он потянулся ко мне. Широкая мужская ладонь легла поверх моей. Что и говорить, мои пальцы утонули под его рукой, но от этого глубоко внутри появилось ощущение невероятной защищенности. Словно так и должно быть.

— Тебе завтра придется быть сильной! — произнес ведьмак.

— Я же обещала помочь Мраку! — киваю головой, отдавая себе отчет, что прогулка в замке мне может совсем не понравится. Я боялась, но время Генриха уходило.

— Я постараюсь помочь тебе, — продолжил Роланд, — я сделаю все, чтобы облегчить твою задачу, но ты должна знать, что достижение основной цели лежит на тебе. Если бы я мог, я бы заменил тебя, поменялся местами, но только ведьма сможет помочь Мраку.

— Говори, что надо делать, и я все выполню! — постаралась придать голосу уверенности и не знаю, получилось ли.

Роланд стал объяснять мне план. Все казалось просто на первый взгляд, но я понимала, что в любой момент что-то может пойти не так, да и все же мои силы слишком закрыты. Пусть они стали просыпаться, но я все равно не была уверена. Если бы у нас еще было время! Но его не было.

Я не стала говорить Роланду о своих сомнениях, понимая, что он может пойти один, а одному ему в этот раз не справиться. А потому я только слушала и запоминала, глядя как при этом, ведьмак смешивает на моих глазах зелья.

«Мне тоже надо подготовиться!» — сказала я себе. Никогда не знаешь, что может пригодится!

Спать легли далеко за полночь. Ветер, поднявшийся с вечера, стучал в ставни и тянул свою заунывную песню, пока я засыпала, положив голову на плечо своего мужчины.

«Завтра все решится, — шептала я про себя. — Завтра мы или спасем Мрака, или обречем на вечную жизнь в шкуре собаки», — и от подобных мыслей мне стало страшно.

Глава 17

Бывают такие дни, когда ощущение неотвратимо приближающейся беды охватывает сердце в дурном предчувствии. Вроде бы все вокруг спокойно, хорошо. Жизнь течет своим чередом, без явственных изменений, но это предчувствие зла не отступает даже в солнечный день.

«Что-то грядет!» — поняла Зофия Новак, когда к ней пришло это чувство. Это поняла даже Кристина с ее слабым даром. Это поняли все ведьмы, как те, кто принадлежал к Кругу, так и те, что находились вне его.

Пани Зофия встала с кресла, отошла от камина и посмотрела в окно. Светило солнце. Белый снег лежал только на дворе. Дорога же была разбита в грязь конскими копытами и колесами телег. Наверху что-то напевала Кшися, старательно приготавливая очередное любовное зелье для очередного понравившегося ей парня.

«Девчонка!» — подумала о дочери пани Новак, а затем поднесла руку к груди, почувствовав неприятную тяжесть в области сердца.

А где-то далеко от дома Зофии, сидя на своем стуле, за окнами, закрывшими комнату от солнечного света, сидела Агнешка. Она держала руки на огромном хрустальном шаре и пристально всматривалась в картинки, что мелькали в его глубине.

Агнешка чувствовала, как часы ее жизни тикают все тише и тише. Сердце сдавило болью, и старая ведьма горько усмехнулась. Старое тело подводит ее и уже не в первый раз.

«Но у меня еще есть время! — сказала она себе. — Месяц или меньше, а может даже и больше, но есть!» — она впилась взглядом в хрустальный шар и улыбнулась, когда увидела Ульяну, идущую по тропинке к замку. За ней следом, виляя пушистым хвостом, бежал Мрак, а впереди, с серебряным мечом за спиной, уверенно шагал ведьмак.

«Они не знают того, что знаю я!» — с каким-то удовлетворением подумала Агнешка. Но скоро все решится само собой… тем более, что Тереза уже отправилась в свой путь. Каждый сделал шаг на встречу своей судьбе. И для кого-то этот шаг будет последним.

Второй раз идти в замок мне совсем не хотелось, и я повторяла про себя только одно: «Надо!» — и заставляла идти вперед.

Под ногами хрустел прихваченный морозцем снег. Солнце сегодня решило побаловать нас своим вниманием и теперь взирало желтым слепящим диском с идеально чистого неба.

За спиной сопел Мрак, впереди шел Роланд и я смотрела на его широкую спину и не могла оторвать взгляда, вспоминая вчерашний вечер и ночь.

При свете дня план ведьмака уже не казался мне таким замечательным. Но все объяснялось просто — я трусила. Одна только мысль о том, что я окажусь в этом замке, пропитанном запахами тлена, наполненном холодными прозрачными телами, что предрекают страшные вещи, и мои ноги начинали дрожать, не говоря о ладонях предателях, умудрявшихся потеть даже на морозе.

Перед высокой дверью Роланд остановился и протянул мне один из пузырьков, что все это время держал в руках.

— Пей, — сказал он и я повиновалась. Противная жидкость обожгла горло. Я проследила за тем, как ведьмак заставил пса выпить его долю, а затем и сам опрокинул в себя содержимое второго пузырька.

Стеклянные колбочки полетели в снег, печально сверкнув на солнце. Роланд медленно достал из ножен свой меч, отразился в тонкой заостренной стали и посмотрел на меня, сказав привычное:

— Готова!

А я, как всегда хотела сказать: «Нет», — но вместо этого произнесла:

— Да! — он не должен видеть мой страх. Не должен понять, что я не хочу заходить в этот дом. Слишком опасно склонились над нами серые стены, слишком часто стучало мое