Читать книгу - "Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана - А.Д. Лотос"

— Это флакон принес слуга самого лиджев Камора! Сказал, что ему было велено передать микстуру лично в руки моей хозяйке. Жаль только, что карточка пустая. Наверное, это одна из его шуток, о которых шепчутся служанки.

Но дело в том, что текст в записке был. Магические слова на ордвегиан –специальный шпионский шифр, прочитать написанное, даже увидеть, может только адресат. Это и правда было похоже на колкую шутку… «От головной боли с утра. Ты забыла вчера сказать, что не умеешь читать на метариконе. Прости, обучить не смогу, очень много дел. Камор»

— Думаю, тебе не стоит отказываться от такого знака внимания! — улыбнулась через плечо Ингельда. — И стоит хотя бы попробовать. Даже если это что-то неизвестное, то вряд ли бы сам Член Круга стал посылать тебе яд.

Заканчивая сборы, я попивала из бутылька приятную микстуру и благодарила Митару за то, что Камор умеет готовить эликсиры от похмелья не хуже, чем Аксельрод — все остальные. Ингельда тоже попробовала и согласилась, что эссенция прочищает мысли и делает голову более «светлой». Так за сборами и разговорами мы и провели это утро. На самом деле, собирать особо было нечего. Скромная одежда, которую я привезла из Империи, для болот выглядела даже слишком ярко и отправилась на самое дно сумок. Выше расположились вещи, которые я «привезла из Пелепленеса», и вещи, подаренные Кругом к началу моего ученичества. Пара шляпок, пара туфель, туалетные и спальные принадлежности — вот и весь нехитрый скарб. Сумка Ингельды и вовсе была меньше моей, наверное, в три раза. В последний раз я окинула взглядом комнату, которая подстраивалась под вкусы хозяина, и покинула ее.

Молчаливые слуги помогли спустить вниз наши вещи и даже принесли специальную корзинку с одеяльцем — для Себастьяна. Дар от Тонии. Сама же Воплощающая Воду попрощаться так и не вышла. Никто из Членов Круга не пришел проводить в дорогу ашанти. Наверное, это тоже такая традиция. Ведь Тильгенмайер ясно сказал, что меня изгоняют.

В просторном холле крутилась одинокая Лелей. Скучающая сплетница не могла упустить случай выведать об отъезжающих что-то еще. Поэтому, едва завидев нас, она тут же кинулась мне на шею и даже попыталась изобразить что-то вроде слез. Длинные пушистые ресницы подрагивали от печали, а гостья из Тиффалей клятвенно обещала:

— Я обязательно навещу тебя, как только мне позволят покидать Дом Круга! Ты ведь знаешь, как я страдаю по солнцу и прогулкам на воле. Не забывай меня, Минати, болума.

Лелей, как всегда, думала и говорила только о себе…

Втроем мы вышли на залитую утренним солнцем площадь перед Домом Круга. Молчаливый слуга убирал наши вещи в карету. Грум подвел Салму и сказал, что Кругом принято решение держать лошадь в Районе Круга, пока ей не подыщут хорошие конюшни. Когда с погрузкой покончили и можно было выдвигаться на новое место, я увидела Аксельрода, стоящего у парадного входа. Одетый в безукоризненно белое, с тиффалейским тюрбаном на голове, он сам казался одной из статуй с фасада. А Лелей, стоявшая чуть позади Друида, поглядывала на него с какой-то… Неописуемой смесью преклонения и страха.

Я подошла к Воплощающему Воздух и поклонилась, как того требовали местные традиции и этикет. Аксельрод слегка кивнул, так и оставшись стоять на пару ступеней выше.

— Вот вы и отправляетесь, Минати, — проскрипел он, сложив руки на груди. — Ашанти. Мой вам совет — осмотрите город. Асмариану точно есть чем удивить девушку из дальних краев.

Я еще раз поклонилась, поблагодарила за заботу и вскоре все мы ехали в карете, подскакивающей на звонких лиловых булыжниках мостовой, куда-то в новую жизнь. Мы покинули мое первое в этом городе пристанище. Интересно, сколько еще их придется сменить? Себастьян, которого вообще все обитатели Дома почему-то сторонились, с интересом выглядывал из своей уютной корзинки и глазел в окно. Ингельде было неловко болтать при слуге, поэтому дорогу мы провели в чинном молчании.

Удивительные солнечные дни стояли над Асмарианом. Город светлел и расцветал, а многочисленные приезжие, решившиеся посетить знаменитую ярмарку, украшали его, делали большим и цельным. Толпы людей, наездников и повозок направлялись по двум главным широким улицам Района Правителей в Торговый район, где сейчас царило невероятное оживление. Среди них особенно ярко выделялись сметливые люди, одетые в одинаковую синюю с золотыми пуговицами форму. Пару раз даже показалось, что из всеобщей суматохи выглядывали знакомые лица.

Из непрекращающегося людского потока оказалось абсолютно невозможно вырваться, благо, возле ближайшей площади, он распался, и нам удалось повернуть. Теперь нас со всех сторон зажимали узкие проходы и нависающие повсюду хлипкие деревянные балконы. И мне оставалось только удивляться мастерству кучера, который обошел все препятствия, ничего не сломав по пути.

Мы остановились возле очередной небольшой площади с колодцем, удивительно напоминающей другую такую же площадь — с антикварным магазином. Только на этот раз самый длинный фасад принадлежал зданию, похожему, скорее, на дешевенькую гостиницу для несостоятельных туристов где-то на окраине Киллана По. Но прилегающая территория была аккуратно прибрана и выметена, а на лужайках росли пышные цветочные кусты.

— Конный проезд, дом тридцать шесть, — прогнусавил слуга сквозь плотно сжатые губы. Разговаривать с людьми ему явно не нравилось. — Прибыли.

Стоило нам войти, как в нос тут же ударил крепкий аромат хорошего листового чая. Мы с Ингельдой замерли в удивлении, а нам навстречу уже выбегал, вытирая руки об фартук, рыжий усатый мужчина лет сорока. Небрежно поклонившись, он тут же представился:

— Прут Ва́ндлер. Владелец чайной лавки и, по совместительству, управляющий Доходным домом на Конном проезде лиджи И́мры Анса́ви. Вы от Его Светлости Тильгенмайера?

— Да. Вот документ, — все также кратко и холодно ответил слуга.

— Все верно, — кивнул Прут, бегло пролистав бумаги. — Следуйте за мной, лиджи Летико, все приготовлено.

Отдав приказ остальным слугам помочь с разгрузкой вещей, управляющий повел нас по крутой деревянной лестнице на самый верх доходного дома, на четвертый этаж. В самом конце коридора, он открыл одну из дверей и отступил, позволяя нам с Ингельдой и притихшим Себастьяном войти внутрь первыми. Нас встретил небольшой коридор, соединенный с проходной гостиной проемом-аркой. Внутри было чисто и довольно светло. Теплые оттенки мебели, многочисленные растения в горшках, легкие занавески, раздуваемые весенним ветром. И никакого вычурного тяжелого богатства, отличавшего Дом Круга. Прут Вандлер, тем временем, пустился в объяснения:

— В