Читать книгу - "Круговорот и тени - Джин Родман Вулф"

поднимаясь на ноги, возразил он. – Нет, я вовсе не Шёлк. Поверьте, я высоко ценю ваше стремление оказать ему честь, однако вы обращаетесь к совсем, совсем другому человеку.

– Постерегись, браток. Зри в оба.

– Нет, Свин, не думаю, что они желают нам зла. Полагаю, они хотят пригласить меня к себе в поселение.

Поднявшись с колен, рослый незнакомец оказался выше его на целых полголовы.

– Дабы судить нас и править нашим поселением, раджан. Вот с чем мы пришли.

Седоволосый кивнул собственным мыслям.

– Что ж, нечто в этом роде я и предполагал. Вы устроили сумятицу в гостинице «У Горностая». Избили портье.

Улыбка рослого незнакомца засияла ярче сапфира над его смуглым челом.

– Истинно так, раджан. Мы знали: ты там. Кое-кто видел, как ты туда входил. Портье же не пожелал показать, где ты, и нам пришлось задать ему порку поясными ремнями. Да, поясными ремнями и саблями… плашмя. Ничего, битый осёл назавтра уже и здоров.

– Вот как, – помолчав, вздохнул он. – И вам хотелось бы, чтобы патера Шёлк стал над вами судьёй.

– Чтоб ты стал над нами судьёй, – поправил его рослый, сложив руки перед грудью и склонившись в глубоком поклоне. – Ведь ты, раджан, и есть он.

– В действительности меня зовут Бивнем. А это мой друг, Свин.

Рослый незнакомец поклонился вновь.

– Твоего покорного слугу зовут Хари Мау, раджан.

Его спутники тоже склонились передо мной, засверкали улыбками, осыпали меня градом имён.

– Ты должен отправиться с нами, – не прекращая улыбаться, сообщил Хари Мау.

– Нет, с вами я не пойду.

– Постерегись, – вновь пророкотал Свин и поднялся на ноги.

– Ты должен! Послушай меня, раджан. Этого требует сама Эхидна.

Он в удивлении поднял брови.

– У вас на Синем есть Священное Окно?

– Нет, раджан. Однако мы по-прежнему служим богам, а они говорят с нами в сновидениях. Я дал клятву…

За его спиной поднялся протестующий ропот. Улыбка Хари Мау померкла, взгляд сделался серьёзным.

– Мы. Мы, братья, дали клятву не возвращаться домой, к жёнам, без тебя. Не думай, зла мы тебе не причиним. Ты будешь жить в строящемся для тебя дворце, будешь судить нас по справедливости. Судом праведным.

Седоволосый вздохнул.

– Не читал ли ты обо мне в книге, Хари Мау, перед тем как увидел тот сон?

– Да, раджан. И после – тоже. И тот же самый сон видели многие, многие другие, даже жрецы из храма богини.

Правая рука седоволосого стиснула узловатый посох, левая нащупала под рубашкой рукоять азота.

– Силой вам меня с собою не увести.

– Мы и не собираемся уводить тебя силой, раджан. Куда как лучше, если ты согласишься пойти с нами по собственной воле.

– Хотелось бы сейчас же, в последний раз объяснить…

– Человек… Хор-роший? – осведомился Орев с подоконника.

– Что я – не тот, кого вы ищете… не тот, кого ищу сам. Что я вовсе не Шёлк, а Бивень.

– Шёлк… Хор-роший!

– Итак, зная об этом, вы по-прежнему хотите, чтоб я пошёл с вами?

– Да, раджан, – отвечал Хари Мау.

Стоявшие вокруг него согласно зароптали.

– От кальда Бизона я слышал, что у вас есть посадочная шлюпка. Где она? Внизу, в городских подземельях, под охраной твоих сподвижников?

– Так и есть. Как только ты, раджан, взойдёшь на борт, мы полетим обратно, в Гаон.

Седоволосый отрицательно покачал головой.

– Нет, мне хотелось бы поступить иначе. Хорошо, я отправлюсь с вами по собственной воле и выполню ваши просьбы, если вначале вы отвезёте моего друга, Свина…

Свин удивлённо крякнул.

– На Западный полюс. Согласен ли ты, Хари Мау?

Как только операция завершилась, последняя повязка легла на место, а крохотные металлические руки, подражавшие любому движению хирурга, втянулись в гнёзда и замерли, седоволосый, наблюдавший за процедурами от начала до конца, с облегчением перевёл дух.

– Могу я теперь повидать его?

– Ты его уже видишь, – ответил хирург, указав на стекло. – Вон он.

Не уступавший в высоте роста Хари Мау, хирург намного превосходил его смуглостью кожи.

– Нет, я не об этом.

Обмотанный бинтами человек в стекле встрепенулся, и говоривший невольно задумался, не слышно ли его там.

– Я хотел бы минутку-другую посидеть с ним рядом и помолиться у его ложа. Это разрешено?

– Идти туда далековато, – предупредил хирург. Говорил он неспешно, глубоким, певучим басом. – Путь к туннелям я тебе укажу, но сам пойти с тобой не смогу. Времени нет.

– Птичка – найти! Найти Свин! – объявил Орев.

– Вскоре мне предстоит лететь к Синему, а это намного дальше. И обратно я, надо думать, уже не вернусь.

Хирург, не сводя глаз с Орева, покачал головой.

– Мы покинем эту систему, как только ремонт Круговорота подойдёт к концу, однако на это уйдут многие годы. Возможно, даже целая жизнь.

– Да, и воспользоваться подземельями я не могу. Моим… моим друзьям не терпится отправиться домой. Уверен, увидев меня, они уведут меня в шлюпку и тут же улетят. Нельзя ли пройти туда поверху?

– Придётся самому, – пробормотал хирург (судя по тону, вопрос он пропустил мимо ушей). – Тебя зовут Бивнем, верно?

– Шёлк… Хор-роший!

– Да, – подтвердил седоволосый.

– Я передам, чтоб тебя ожидали, Бивень. И провожу… пройду с тобою хотя бы чейн. Надеюсь, ты понимаешь, что идти будет нелегко?

– Однако всё же схожу к нему, – ответил седоволосый.

– Что ж, ладно.

Едва хирург коснулся пояса, люк в потолке медленно, довольно плавно поднялся кверху. Снаружи повеяло жарким ветром, в лицо хлестнуло песчинками.

– Если б ты только смог одолжить мне двигательный блок…

Хирург отрицательно покачал головой.

– Ты ведь бывал на востоке?

– Да, – кивнув, подтвердил седоволосый. – У них двигательные блоки имелись, и нам даже одолжили несколько штук до тех пор, пока мы не полетели обратно.

– Им без них не обойтись…

Оттолкнувшись ногами от пола, хирург поплыл кверху и ухватился за край проёма.

– Там они требуются для летунов, потому и запас есть. У нас, здесь, двигательных блоков нет. За ненадобностью. Мы научились управляться без них. Ты как, идёшь?

Седоволосый тоже оттолкнулся от пола и взлетел к люку, только гораздо медленнее, поскольку опасался взлететь чересчур быстро.

– Шёлк – идти, – объявил Орев и тут же, подхваченный ветром, унёсся прочь.

– Ничего не пойму… каким образом вы вот так жить можете?

– В темноте?

Хирург поймал его за руку. С внутренней стороны ладонь хирурга (вдвое длинней его собственной) оказалась не смуглой – скорее розовой.

– Обычно здесь вовсе не так темно.

Алые вспышки снаружи нисколько не освещали творящегося вокруг пандемониума.

– Нет, я о ветре с песком. Здесь всегда так?

– Да, – подтвердил хирург. – Включи светоч.

– Стараюсь…

Безуспешно ощупывавший