Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

Жермен не видел вылезавшую после слов Это совсем другое дело усмешку, – властями САСШ сделано всё, чтобы поддерживать иллюзию свободы, но на самом деле закабалять рабочих, заставляя их работать за сумму ниже прожиточного минимума.

– Да! А сидели бы французы в Луизиане, да испанцы во Флориде, такой ситуации в принципе не могло возникнуть. Прижали в одном месте, переехал в другое… А здесь куда переедешь? Назад в Европу далековато, да и смысл… В Канаду… там не так голодно, но и перспектив никаких.

– А будет КША, да Мексика с французским присутствием, да какой-нибудь Штат Одинокой Звезды[819] и может быть – Калифорния, так и выбор будет. Так?

– Да!

– Ты для себя уже всё решил?

– Нет, – француз опустил голову, – если без крови наступление остановить, тогда да. Я желаю блага Франции, несмотря на… многое, но не хочу, чтобы из-за этого блага страдали мои ирландцы. Да и других парней жалко. Думаешь, не видел твоей усмешки? Не вскидывайся… не настолько я… Грязи за мной немало, но предательства не было, что бы там не говорили. Найду, как остановить наступление без лишней крови, да чтоб надолго, тогда имеет смысл думать о письмах с Родины.

А так… я присягу давал на верность САСШ, когда в должность вступал. Вот только в этой присяге говорится также ещё и о верности Народу. Хоть убей, а не вижу, чем победа над Конфедерацией полезна этому самому народу.

– И много нужно времени? – В голове Алекса начали вертеться весьма специфические мысли. Он и сам подумывал в том же ключе, останавливала только привычка Быть как все. Все идут в одном строю и в одну сторону, так вперёд, в одном строю, со всеми…

Шагают бараны в ряд[820], Бьют барабаны, – Кожу для них дают Сами бараны. Мясник зовет. За ним бараны сдуру Топочут слепо, за звеном звено, И те, с кого давно на бойне сняли шкуру, Идут в строю с живыми заодно. Они поднимают вверх Ладони к свету, Хоть руки уже в крови, – Добычи нету. Мясник зовет. За ним бараны сдуру Топочут слепо, за звеном звено, И те, с кого давно на бойне сняли шкуру, Идут в строю с живыми заодно. Знамена горят вокруг, Крестища повсюду, На каждом – здоровый крюк Рабочему люду. Мясник зовет. За ним бараны сдуру Топочут слепо, за звеном звено, И те, с кого давно на бойне сняли шкуру, Идут в строю с живыми заодно.

… и не задумывался, что люди могут думать так же! Вроде бы рядом Фред, которому эта война до одного места. Патрик, Кейси, Аластор… среди его окружения не наблюдается тех, кто считает эту войну священной.

Бригада изначально создавалась ради того, чтобы дать рабочим возможность заработать в период кризиса и создать из ИРА настоящую армию. А победит Союз или Конфедерация… по большому счёту, ирландцам всё равно.

А ведь и для России… потом, в будущем… создание нескольких государств на месте САСШ-США, вместо одного монструозного, прямо-таки жизненно необходимо. Ведь думал же об этом, думал! И правда, баран…

Впрочем, идти против сложившейся Системы сложнее, чем идти под пули. Гражданское мужество встречается реже, чем храбрость на войне, а гражданское самосознание вместе с мужеством и того реже.

– Мы постараемся придумать, командир, – сказал он твёрдо, – вместе.

* * *

Мозговой штурм не помог, поэтому Алекс решил пойти от обратного – сделать ставку на общение с как можно большим количеством офицеров. А там, глядишь, какая-нибудь идея и набредёт.

Подкат к офицерскому составу простой – мемуары.

– На будущее, – охотно поделился задумкой с генералом Хукером попаданец, – это сейчас мы все – просто офицеры армии Союза, а лет через тридцать – исторические персонажи.

– Читал твои пьесы, – немного не в тон прогудел тот благодушно, благоухая спиртным и хорошим табаком, – интересный стиль изложения. Это ты, значит, решил на будущее задел устроить?

– Да. Фотографии офицеров, к каждой чтоб прилагалась хотя бы кратенькая биография. Откуда, кто родственники… если поподробней изложат, против не буду. А потом уже, лет через несколько, начну воспоминания в порядок оформлять. Кто где воевал, с кем сталкивался… Знамо дело, центральным персонажем себя выведу, но и других не хочу обижать. Чтоб не враки писать и не вспоминать мучительно – кто же тот самый офицер, командовавший ротой на левом фланге?

– Интересный подход, – одобрительно кивнул генерал, – пока воспоминания не выветрились, да все живы, так?

– Верно. А в задумке ещё и с фотографиями мемуары издать. Пусть небольшую партию, томов в двести-триста[821], но чтоб если упоминал какого-то офицера, то его портрет должен в книге иметься. Ну и местность в историческое время… но здесь сложней, если только попросить офицеров поделиться дагерротипами, у кого они есть.

– Иллюстрированные мемуары… гм… А знаешь, поддержу, пройдём в штаб, бумаги соответствующие выправлю, да позже офицеров извещу. Дельная идея, очень дельная… Но чтоб не в ущерб делу!

Хукер явно хотел особого упоминания с благодарностями в будущих мемуарах…

– Вот, – смущённый лейтенант Генри из ополченцев Второго Висконсинского потянул пухлый пакет, – здесь дагерротипы офицеров нашего полка, есть снимки и рисунки боёв, кое-какие заметки. Я взял на себя труд собрать их и немного оформить.

– О, благодарю, – искренне сказал Алекс лейтенанту, принимая пакет. Когда висконсинец удалился, попаданец вздохнул и посмотрел на документы, занимавшие уже четыре вместительных чемодана, стоявших в палатке. Два уже отправились в Нью-Йорк почтой.

Да, не на такую реакцию он рассчитывал, ох не на такую… Хотелось обойти подразделения, поговорить с людьми. Может, наткнулся бы где на интересную идею, способную заставить армию Союза забуксовать без лишней крови.

Увы и ах, но Шерман принял поистине драконовские меры по наведению дисциплины. Да ещё и шпиономания… вон, кашляет уже у палатки.

– Входите, Стаббс, – позвал Алекс контрразведчика, не скрывая раздражения, – работайте. Тот кивнул и без тени смущения приступил к осмотру документов, под неодобрительным взглядом бойца, сидевшего на стуле и баюкавшего загипсованную руку.

– Присматривай за ним, Алан.

– Да уж присмотрю, – ворчливо отозвался боец, – знаем мы таких цензоров. Вещи потом пропадают!

Введённые Шерманом порядки раздражают, но нельзя не признать, что к месту. Сам ведь по большому счёту предательство замыслил… и не важно, что имеются оправдания, кажущиеся ему более важными, чем присяга.

Совесть? Нет, не мучила. Напротив, исчезла нелепая двойственность. Ну в самом деле, сюр какой-то – попаданец из будущего воюет за интересы страны, которую считает враждебной своей Родине. Пусть не сейчас враждебной, пусть в будущем…

Подобные психологизмы старался отбрасывать. Сейчас