Читать книгу - "Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская"

Ну и ну! Чтоб мой Диогенище добровольно признал вину?! Походу, не только меня мучают угрызения совести.

— Димон, а ты видел, куда они ушли? — подступил ко мне Серега. — Может, догоним?

Я решительно покачал головой.

— Прости, Серый, но это моя война. Сам разберусь.

Мужики вздохнули, и Лекс спросил:

— Продолжим?

Все еще хмурясь, я нервно кивнул. Мы с Серегой заслонили собой Леху и двинулись к ближайшей лисе. Наверное, ни одного монстра на Синеусе я не бил с таким остервенением, как ее. Надо же было на ком–то выместить злость!

Когда незадолго до заката я намекнул на усталость, Лешка с Серым хором сказали, что им осталось чуть–чуть до уровня, и надо бы добить. В результате домой мы собрались уже в сумерках.

И едва подняли с земли сумки, как услышали вдалеке крик:

— Ау! Есть кто–нибу–удь?!

Похоже, человек заблудился. Я эхом ответил:

— А–у–у!

Вскоре послышался треск ломаемых веток, и на поляну вывалился окровавленный парень лет двадцати. Рубаха его была изодрана, всклокоченные волосы слиплись.

— Слава Богу! — пробормотал он. — Мужики, помогите. Вытащите эту дрянь.

Он повернулся спиной, и я слегка прифигел: между лопаток торчали две тонкие темные палки, то ли короткие копья, то ли стрелы без оперения. Из ранок текли струйки крови, и выглядело все это жутковато.

Я подошел и резко дернул обе «стрелы» одновременно, парень застонал и повалился на колени.

— Диоген!

Мудрый филин не нуждался в советах, он кинул в бедолагу пару живительных шаров, тот встал и благодарно улыбнулся.

— Спасибо, мужики, — он протянул руку. — Иван.

Мы представились, и Леха с удивлением спросил:

— Где ты этих дротиков нахватался?

Иван неопределенно кивнул в сторону чащи. Вытерев с лица подсохшие полоски крови, он сказал:

— Побегу я. Спасибо еще раз, реально выручили.

И быстро скрылся среди деревьев. Мы же, решив, что тоже неплохо поторопиться, направились следом. Я всерьез опасался, что в сумерках можем заблудиться, но Лешка уверенно вывел нас из леса.

Выйдя к лугу, я услышал топот копыт. К тому времени темнота уже опустилась на землю, лишь у ворот горели факелы, да слева, у горизонта, поблескивали далекие молнии. Кого это несет среди ночи?

Всадник нагнал нас и притормозил.

— Тпрру–у–у!

Я с удивлением узнал Элмера, сидевшего на большой крепкой кобыле. Он посмотрел на нас вроде бы с неудовольствием и, поздоровавшись, бросил:

— Рокот, жду у себя через полчаса.

Кивнув на прощание, староста рысью поскакал к деревне.

— Что это он на тебя так глянул, Серег? — удивился Лешка.

А я вдруг понял: Элмер уже знал, что Серого ищут. Ведь он лично посоветовал Константу нас со Светкой для этого квеста. Видимо, потому и позвал к себе, надеется вправить мозги. Ладно, пусть помечтает.

Почему он ничего не предпринял? Побоялся выступить в одиночку против четверых? Вряд ли, он здоровый слон. Кажется, двадцать второго уровня. И что староста теперь сделает? Предупредит стражу?

А может, Серый вообще не при чем, и Элмер собрался пудрить мне мозги из–за той сцены с Гвидой? Ага, как же, поверю я ему, разбежался.

— Приютишь на ночь? — спросил между тем Серега.

Леха не дал мне ответить.

— Лучше ко мне. У Рокота будут искать в первую очередь.

Серый, подумав, кивнул.

— В любом случае, дуйте через лаз, — посоветовал я. — А у меня, как видите, на вечер другие планы.

К Элмеру идти не хотелось, но проигнорировать приглашение я не посмел. Ладно, потерплю, зато, может, узнаю, насколько серьезно Серегино положение.

К моему удивлению, возле терема старосты стояли три лошади и коляска. Он что же, прилюдно решил меня распекать?

В горнице сидело семеро: сам хозяин, Констант, рыжебородый Верлим, голубокожая блондинка, Володька Верховой и еще два мужика, то ли странника, то ли местных — непонятно. Трудно было вообразить, что все это общество собралось здесь лишь для того, чтобы вывести меня на чистую воду. Тем не менее, разговор начался именно с квеста.

— Наконец–то, — проворчал Элмер и представил меня остальным. — Это Рокот, про него я и говорил. Ну, парень, рассказывай, как ты выполнил задание по поиску преступника.

Напустив дури в глаза, я обвел собрание удивленным взором и пожал плечами.

— Да никак, зачем? На бипер отбивка пришла, что квест сдан кем–то другим.

— Но ты же знаешь, кто преступник? — вступил в разговор Констант.

Вот чего не люблю, так это врать. А как прикажете отвечать правдиво на столь прямой вопрос и при этом не выдать друга? Я мрачно взглянул на представителя Легиона и сказал почти грубо:

— К чему вам мое знание? Квест провален — все, с меня взятки гладки.

Краем глаза я заметил, как Владимир отвернулся, пытаясь сдержать улыбку.

— Короче, Рокот, — Констант начинал потихоньку свирепеть, — мы в курсе, что убийца — твой приятель Серый. А ты его покрываешь.

Несколько секунд мы безотрывно смотрели друг на друга. Мысли галопом скакали в голове. Если буду переть, как танк, они, чего доброго, задержат меня здесь и пошлют стражу в мою и Лехину избы. А там Серега. Взять вину на себя? Не вариант, выкинут с острова, и Аришка останется без Фиолов. Думай, Димыч, думай!

— Ничего подобного. Я все утро расспрашивал жителей, и двое сказали, что видели человека с татуировкой птицы на плече. Невысокий, худой, черноволосый, нос с горбинкой. Возможно, это он и есть, но я не успел…

— Достаточно! — прервал Элмер описание несуществующего парня. — Ты показал, что стоишь за друга горой. Успокойся, у нас нет к нему претензий. Убийства такого рода не считаются на нашей земле преступлением.

Получено достижение — Защитник 6 ур. Вероятность счастливого события: +0.6%.

От такого поворота дела я растерялся.

— То есть как? Тогда почему же…

— Рокот, сейчас очень сложное время. Боги восстают из небытия, нежить атакует деревни. И мы считаем, что пора усилить взаимодействие между местными и странниками. Вот и ищем надежных ребят среди ваших. Приглядели тебя, ведь после вчерашнего нашествия нежити ты герой Черного Камня. Не серчай — да, про Серого мы в курсе. Но решили, что такой квест — прекрасный способ проверить твою надежность. Знаешь, как бывает: на поле брани человек герой, а обещай ему лишний золотой, так он родного отца продаст. Я рад, что ты оказался не таким.

— И