Читать книгу - "Фантастика 2025-25 - Юлия Владиславовна Евдокимова"

— Чем обязан? — спросил я, поклонившись. — Неужели вы по поводу нашего дела?

Судя по коробке, стоявшей на сервировочном столике, именно по нему. Да и с чего бы ей просто так заявляться? У нас не такие близкие отношения, да и по статусу княгине не полагается. Тем более, раз осталась дожидаться моего прибытия, значит, хотела покончить с неприятным делом как можно быстрее.

— Да. Именно, — Александра Кирилловна нерешительно протянула обёрнутую крафтовой бумагой коробку размером с футляр для ювелирного украшения.

— Это то, что я думаю?

— Оно самое. Надеюсь, вы понимаете, что я должна буду его вернуть в хранилище?

А вот тут княгиню ждал неприятный сюрприз. Потому что мой план ничего такого не предполагал.

— Боюсь, с этим возникнут проблемы, — покачал я головой, разворачивая футляр. — Дело не в жадности, не подумайте. Я вовсе не пытаюсь просто присвоить ваш осколок. Но вернуть его вам не смогу. При всём желании.

Княгиня насторожилась.

— То есть, как?! Барон, я лишь одалживаю вам осколок! Он принадлежит роду Шуваловых и не может быть просто подарен. Тем более, никто даже не знает, что он у меня!

— Понимаю, вам бы хотелось, чтобы его исчезновения никто не заметил, — кивнул я. — Однако он мне нужен. И, повторюсь, вернуть я его не смогу. По той простой причине, что скоро он перестанет существовать в нынешнем виде. Отдавать будет просто нечего. Однако обещаю, что, если в моём хранилище находится осколок рода Скуратовых, я отдам его вам. Когда получу доступ к артефактам.

Женщина нервно прошлась по гостиной.

— Я на это не рассчитывала. Осколок, конечно, не используется, и пропажу едва ли заметят в ближайшее время. Могу пройти годы… Но ваш осколок, если даже он существует, отличается от этого!

— Можно придать ему другой вид. И потом. Кто помнит, как они выглядят?

— Но они подробно описаны! Вес, фотографии! Хорошо, если ваш больше. Его можно будет обточить. А если нет?

— Мне жаль, но мы договаривались, что вы отдадите мне осколок. Про возврат речи не шло.

— Проклятье! Что же мне делать?!

— Надеяться на лучшее, Александра Кирилловна. Лично я уверен, что всё обойдётся. Я найду способ компенсировать вам потерю.

Княгиня опустилась в кресло. Всплеснула руками, сдаваясь.

— Что ж! Остаётся только положиться на вас, барон!

— Благодарю, — я слегка поклонился, хотя эти слова при всём желании нельзя было принять за комплимент. — Поверьте, у меня нет ни малейшего намерения причинять вам неудобства.

Княгиня с досадой махнула рукой. Мол, как получится, что уж теперь.

— Как вы намерены поступить с осколком, барон? Каков план?

— Простите, но этого я сказать не могу. Да вам лучше и не знать.

— Вы помните наш уговор? Отец не должен пострадать.

— Не совсем так. Я обещал его не убивать.

— Хм… Да верно. Мы именно так договаривались. Что ж, наверное, о большем просить я не имею права, — Александра Кирилловна поднялась. — Надеюсь, у вас получится то, что вы задумали, господин барон. Желаю удачи.

— Благодарю. Позвольте вас проводить.

Когда Шувалова уехала, я поднялся в мастерскую, приказав слугам меня не беспокоить ни по какому поводу. Запершись, я подготовил то, что собирал, а затем надел толстые прорезиненные перчатки и открыл коробку.

Осколок походил на кусок антрацита. Его неровные грани слегка переливались разными цветами и искрились. Вытянутый и заострённый с одного конца, он походил на зуб большого хищника. Сантиметра четыре в длину и чуть меньше двух в поперечнике. Если верить книгам, это считалось очень приличным размером. Возможно, у меня даже кое-что останется после переработки.

Вооружившись щипцами, я вытащил осколок из коробки, где он покоился, словно драгоценность, на зелёном бархате, и поместил в установку, которую собрал специально для него. Проверил всё и, резко выдохнув, опустил рычаг. Конструкция зашумела, пришла в движение, застучала и заскрежетала. Главное, чтоб не застряла! Я внимательно наблюдал за каждым этапом, готовый прийти машине на помощь.

Не понадобилось. Спустя пару часов всё было готово в лучшем виде. Осталось только извлечь тончайшую пыль, в которую превратился осколок, поместить в специальные приборы и вручить Баринцевой.

Не теряя времени, я связался с диверсанткой Пешкова. Она оказалась дома. Подошла к телефону сестра, которая передала ей трубку.

— Уже? — коротко спросила девушка, услышав кодовую фразу. — Пора?

— Да. Жду вас в условленном месте через полчаса. Успеете?

— Э-э… думаю, да. Должна.

— Без глупостей. Не заставляйте меня применять меры, о которых я предупреждал.

— Всё отлично помню. Незачем… повторять. Буду через полчаса.

Девушка повесила трубку. Я быстро разложил пыль по приборам, сложил их в сумку и вызывал Марту.

— Едем на площадь Александра Великого. Хочу прогуляться.

— Сейчас, Ваша Милость? — удивилась Падшая.

— Именно. Вы готовы?

— Как всегда.

— Тогда выезжаем. У нас меньше получаса.

Девушка поняла, что мы не развлекаться собираемся, и удивляться сразу перестала. Деловито спросила:

— Опаздывать нельзя?

— Не желательно. Но и не критично. Однако точность — вежливость королей. Не то чтобы я себя считал самодержцем, конечно… Но аристократ не должен пренебрегать договорённостями. Как считаешь?

— Святая правда, господин барон. Уверена, мы успеем.

— Тогда вперёд. Нет, сумку я оставлю при себе. Так будет лучше.

Глава 12

Цепная диверсантка Пешкова (а теперь моя) ждала возле колонны, вокруг которой кучковались роллеры и скейтбордисты. Повсюду валялись брошенные рюкзаки, мешки с обувью и пластиковые бутылки. Куртки, которые сняли разгорячённые молодые люди, тоже. Припарковавшись возле здания старого дворца (это был исторический центр города), мы направились к колонне. Баринцева заметила нас издалека, но виду особо не подала. Она сидела на постаменте, потягивая бутилированную воду. Рядом — небольшой спортивный байк.

Мы расположились справа от неё, около самозабвенно целующейся парочки. Баринцева была в полумаске, закрывавшей нижнюю часть лица. На голове — шлем. Если б я не знал, что она должна быть здесь, не узнал бы её.

— То, что тебе нужно, в сумке, — сказал я, глядя на здание суда напротив. Его крышу украшала статуя богини Фемиды: женщина с завязанными глазами держала в одной руке меч, а в другой — весы. — Забери