Читать книгу - ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева"

“нитей”. Теперь надо выбраться из пещеры и замаскировать вход, чтобы случайно никто не влез. Подумав, Евпл нанёс на карту своё нынешнее местоположение и стал неторопливо подниматься.

Дарья спокойно сидела наверху и ждала своего хозяина. Решив, что более тут делать нечего, они начали спуск, который, как и ожидалось, произошёл намного быстрее, чем недавний подъём. Правда, пришлось немного понервничать, когда всегда флегматичный мул резко рванул в сторону и чуть было не свалился вниз по склону. В ущелье рабыня заметила несколько пасущихся косуль, и когда они спустились, то взяла лук в руки и смогла подстрелить одну из них. Вскоре жареное мясо отправилось в их голодные желудки. Что делать: возвращаться в полис или ещё побродить по этим местам? Дальнейший осмотр не принёс никаких существенных открытий, лишь зря измотав их силы, и тогда Евпл принял решение возвращаться в полис.

Поздней ночью, поглядывая на ширму, за которой стояла кровать со спящей рабыней, парень серьёзно задумался о своём отношении к ней. Она определённо ему нравилась – её почти детская непосредственность невольно умиляла, а размышления о житейских делах были достойны женщин, умудрённых опытом. К тому же Дарья была очень симпатична, если не сказать красива. Сейчас она пока ещё в том возрасте, когда кто-то сможет положительно повлиять на становление её характера. Вот пройдёт ещё года два-три и рабский менталитет, навязанный окружением, так или иначе завладеет ею.

Хочет ли Евпл, чтобы Дарья стала образцовой рабыней? Ну если бы он был сыном какого-нибудь патриция, то не задумываясь согласился бы. Но отношение к рабству у него было, в основном, нейтральное, и большое влияние на это оказал Эразм, который купив Ильву, довольно скоро освободил её, а потом ещё и взял в жёны. Не последовать ли и Евплу по этому пути? Вот только как освобождение воспримет сама Дарья? Что если она, став независимой, просто уйдёт от него?

Парень долго размышлял над этой возможностью и решил, всё-таки, рискнуть. Завтра он освободит свою рабыню и уедет на пару дней на вершину горы к найденному месту силы. Ну а когда вернётся, то всё и станет понятно – останется ли девушка с ним по своей воле или покинет его, решив начать самостоятельную жизнь.

После первого завтрака Евпл повёл рабыню к ближайшему кузнецу и снял ошейник, а потом вручил девушке написанную ранее вольную, которую тут же засвидетельствовали кузнец и его подмастерье.

– Ты можешь остаться со мной или же попробовать устроить свою жизнь самостоятельно. Я дам тебе денег, чтобы ты не нуждалась какое-то время. – сказал бывший хозяин. – Я не тороплю тебя с ответом и сейчас же уеду по своим делам. Вернусь же завтра к вечеру…

Тем же днём Евпл, забравшийся в пещеру, уже впитывал “нити” силы и раскладывал рядом перстни с драгоценными камнями. До самой ночи он предавался медитации и размышлениям о будущем, а так же молился богам, чтобы те разрешили его сомнения так, как будет угодно им. Теперь парень был почти уверен, что сделал правильно, освободив рабыню, тем самым вытащив её из того состояния, в которое её ввергнула война и жадные люди.

Утреннее пробуждение было приятным. Видимо, продолжительный сон у самого источника силы дал ему нечто полезное. “Нитей” ещё не было видно, и Евплу пришлось подняться на вершину горы и полюбоваться видом окружающей местности. Прошло около пяти-шести часов, и снова впитав в себя новые “нити”, парень начал спуск. До города он добрался ближе к обеду, но спешить его побуждал не голод, а неизвестность. Он очень надеялся, что Дарья останется с ним, но и понимал – она может иметь и другое мнение.

Чуть ли не взлетев по гостиничной лестнице, Евпл остановился перед дверью и, переведя дыхание, открыл её. Девушка сидела у окна и что-то шила. Услышав звук открывающейся двери она подняла голову… её лицо озарилось радостью и, подбежав к парню, бросилась на шею, крепко сжав её своими руками. Парень тоже обнял Дарью и так они стояли очень долго, а когда она подняла своё лицо, то на её лице были видны слёзы радости…

Чуть ли не целую седмицу они не покидали комнату, наслаждаясь друг-другом. Евпл всё-таки решился и в общих чертах рассказал своей избраннице о том, кто он, каким покинул родные места и где после этого скитался. Дарья тоже поведала о своей прежней жизни, в том числе и о семье, ну а потом они стали строить совместные планы на будущее.

– Ты строишь очень большой дом, – начала девушка. – Думал ли ты о том, кто будет жить в нём вместе с тобой? Я спрашиваю о рабах, конечно же.

– Вроде бы тут всё понятно, – с некоторым недоумением ответил будущий домовладелец. – Накуплю рабов на рынке, поставлю одного из них управляющим и пусть у того голова болит по поводу всего остального.

– Ну да, это распространённая практика. Вот только если ты позволишь, то я предложу чуть подкорректировать этот план.

– Да, любимая, теперь мы – семья, и твои мысли и желания очень важны для меня.

Начавшееся было обсуждение на пару часов прервалось на поцелуи и длительные ласки, а после молодая жена продолжила:

– Так вот, я предлагаю покупать не просто каких-то рабов, а только парфян, людей из моего народа. Для нас, верующих в единого бога, очень важно соблюдение различных религиозных процедур, непонятных для непосвящённых людей. Мы очень страдаем, когда не можем выполнить эти предписания и очень дорого бы заплатили за их осуществление.

– Я не совсем понимаю твою мысль, дорогая.

– Хорошо, я попробую пояснить другими словами: ты купишь не просто рабов, называемыми многими говорящими орудиями, но, что более важно, и их преданность, поскольку дашь нечто невообразимое в Ромейской империи, – свободу почитать Мудрого и возможность не поклоняться другим богам. Для этого, конечно, придётся отвести отдельное помещение, куда тебе лучше не входить, но я думаю, что это не будет проблемой для тебя. Да?

Евпл задумался, поскольку не совсем понимал те условности, о которых поведала ему жена, но её слова казались логичными. Парень не отличался религиозным фанатизмом, и если вера других людей не ограничивала его веру, то он не обращал на различия внимания. Когда он жил среди северян, то постоянно наблюдал их поклонение своим богам, но не испытывал никакого раздражения, поскольку видел лишь другую религиозную традицию. Даже бескомпромиссная иудейская вера, которую исповедовал и его друг Иван Калабанов, допускалась