Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

Чорруна, который не просто каким-то образом узнал, что один из Шосе вернулся в Империю, но и начал подозревать что побег всех Шосе произошел из-за тебя. Такой опытный и сильный владеющий как Чоррун может разнести треть столицы, и он сейчас ожидает приема, так что безопасней для тебя будет побыть в покоях.

Вышла из кабинета Тэймэй в смешанных чувствах, ее жизнь теперь изменится, это точно, но Дэйчи Шосе умрет, это несомненно. За Эльзу его простить нельзя, и, если мать хочет, чтобы Шосе жил, она убьет его сама.

Глава 3

Надо мной летают поисковые вертолеты с владеющими, подо мной рыскают со сворами собак пустые, лес, который всего пару часов назад казался безмолвным и пустым, теперь кипел от звуков. Я успел пробежать по пересеченной местности всего несколько десятков метров как поисковая операция накрыла меня, и вот, пока скрытый темнотой, я играю в прятки как с вертолетами, светящими своими прожекторами, так и с собаками, которые напали на след. Дважды в поле моего внутреннего зрения попадали отряды ликвидации, и их оснащение просто кричало что против них у меня нет и шанса. Боевые вертолеты постоянно летали готовые в любой момент поддержать огневой мощью группы ликвидации, а я передвигался уже как час по деревьям в надежде найти укрытия в близлежащих поселках или как-то выйти из этого оцепления. Но все-таки мне казалось, что я переоценил свои силы и быстро покинуть враждебную территорию я не смогу. Тихо подкравшись к какой-то дороге, я заметил, как грузовик высадивший пустых солдат, поехал в нужную мне сторону, рывок и подкат и вот я уже вцепился в днище грузовика и цепляясь за раму, поехал в нужную сторону. Несколько десятков километров мы проехали без проблем, и даже, как мне показалось, миновали оцепление, или уже до того, как я залез под грузовик я уже был за оцеплением, но все же никаких постов пока не было. Немного успокоившись я отцепился от грузовика, и так как уже скоро разгорится рассвет, а в помятой броне владеющий очень уж приметен, начал искать где я смогу до следующей ночи отдохнуть.

Небольшой заброшенный сарай подходил мне по всем параметрам, несколько раз проверив что я не оставил следов, я начал расставлять растяжки и закапывать несколько мин что у меня остались, надо в срочном порядке пополнить свое вооружение. Внезапного нападения пока сплю я не боялся, зайдя в сарай и усевшись в медитативную позу я начал сканировать окружение пытаясь запомнить каждую травинку или камешек в округе чтобы при изменении обстановки внутренне зрение, которой не будет в спящем режиме, но все же будет слегка сканировать окружение сразу же мне сообщило, и я мгновенно буду готов отразить нападение тех, кто решит потревожит мой сон.

Рассвет я застал за обработкой своих ран, ну и за шитьём, смешно было вспоминать как иногда говорят, что шитье — это не мужское дело, с такой жизнью что у меня, в пору руководить кружком кройки и шитья. И преподавать как зашить себе лоб иглой на ощупь, ориентируясь внутренним зрением. Регенерация, что дает сила физика, это очень хорошо, но ей надо помогать, тот выстрел башенного пулемета, из-за которого мой шлем слетел, порвав все крепления, рассек мне не только лоб, но и нанес пару ран по шее, и все это надо зашить, чтобы быстрее быть готовы к бою. Удар, что мне нанесли и который отшвырнул меня от принцессы Тэймэй, сильно исковеркал толстую стальную нагрудную пластину бронекостюма, её надо выгибать, но точно не сейчас. Шум мне не нужен. Достав последнею тушенку из подсумков и немного перекусив закрыл глаза и начал свой чуткий сон. Я не стал обдумывать и стенать по поводу того, что я не добился желаемой цели и принцесса осталась жива. Когда я все же решился на такой отчаянный шаг как нападение на Императорскую семью я знал, что будет все непросто, и то что я смог хотя бы увидеть цель и атаковать ее уже было успехом. Но теперь они знают обо мне и теперь будет намного сложнее подобраться к ним, но ничего, я справлюсь, у меня нет иного выбора и время сейчас против меня. Если потребуется я проползу по канализационным трубам, мне не помешает ни вонь, ни та кровь что я пролью, да пусть мне оторвут и ноги, и руки, но все же я устраню угрозу, и никто не будет довлеть ни надо мной ни над родом, ни над моими детьми, которых мне родит Исида, и никто не посмеет навредить моей дочурке и племянникам. Успокоиться, мне надо успокоиться, разум должен быть чист, сейчас главное отдых, все остальное потом. Грудная пластина была снята, помятые ребра нуждались в отдыхе, ножи кукри были удобно размещены, два кнута аккуратно опоясали меня, два обреза были заряжены картечью и были положены так чтобы сразу же использовать. Жалко, что я тогда отбросил свою винтовку, но так надо было, ибо промедление смерти подобно было в то мгновение, жаль, что все-таки принцесса смогла выжить. Боги, как же она кричала, ну ничего, при следующей встречи ты не будешь кричать, ты завизжишь от боли.

Сон мой был настолько чуткий что я открывал глаза и наблюдал внутренним зрением психокинетика то, как мимо пролетает шмель по своим делам, я знал, что в округе в сто метров проживают пять семей мышей, пару раз кролик заходил травку пощипать, я полностью контролировал пространство вокруг и был совершенно уверен в том, что никто не сможет незамеченно подкрасться ко мне.

Открыл я глаза от того что кто-то вежливо постучался в дверь, руки сами схватили дробовики, а внутренне зрение начало работать на всю катушку, показывая, что за дверью ветхого сарая стоял немолодой мужчина в строгом костюме с тростью и стучал в покосившуюся дверь сарая словно это ворота особняка. Бешено бьющееся сердце и вопрос, кричавший в голове: как, как он мог подойти ко мне незамеченным, были перечеркнуты решением. Бой!

Синхронный и одновременный выстрел из четырех стволов моих монструозных дробовиков создали сплошную стену из картечи, что с легкостью, словно, не заметив сопротивления древесины разорвав в клочья дверь. И тут я смог рассмотреть обычном зрением этого мужчину. Невысокий, в дорогом, но неприметном костюме серого цвета с аккуратной седой бородкой, лицо без каких-либо шрамов, но на нем уже проглядывались морщины, говорившие о преклонном возрасте, его лицо совершенно ничего не выражало, но вот глаза.