Читать книгу - "Поколение победителей - Павел Дмитриев"

– Ничего не понимаю! Ну замедлилось развитие, как говоришь, застой случился. Станки СССР всегда закупал – так капиталисты даже веревку продадут, чтоб их повесили, только бы деньги получить. Дальше что? Война или революция?

– Последним генсеком в восемьдесят пятом стал Михаил Горбачев. Он решил сильно подновить КПСС и страну, запустил в обиход слова «ускорение», «перестройка», «гласность». Начал дружить с президентом США Рейганом, ездил туда много раз, частично разрешил частный бизнес. Вывел из Германии и прочих соцстран войска, в результате там к власти пришли прозападные руководители.

– Так вот что случилось! – Полковник почти закричал: – Предательство!!! Но как?! Горбачев же коммунист! – Тут он резко и остро глянул мне в глаза: – А как партия могла это допустить?

– Реформы с восторгом приняли как в Советском Союзе, так и за рубежом. Михаил Сергеевич был очень популярен. Наверное, у него имелись политические противники в правительстве, или как оно называлось, Политбюро. Но народ его точно поддерживал, по крайней мере, первые несколько лет.

– Даже так?! – Комитетчик поник и как-то сжался, будто из надувного матраса выдернули пробку. – Люди поддержали предателя?

– Сложно сказать. Наверное, Горбачев реально хотел как лучше…

– Ведь это не все, – спохватился Петр Степанович, – гласность, говоришь, дружба с США… Странно, но не страшно. Войска вывел из Европы, это хуже, непоправимо. Но все равно не причина…

– Получилось все как всегда, – закончил я. – Результаты вышли совсем уж необратимыми. Дикая инфляция, развал народного хозяйства, демонстрации националистов на Кавказе и в Прибалтике, потом и вооруженные мятежи. КПСС просто разваливалась, коммунисты массово покидали партию.

– Так просто загубили страну? Не может быть! Невероятно!

– В этот момент Михаил Сергеевич решил опереться не на КПСС, прямо на народ. Разрешил создание партий, созвал Съезд народных депутатов, который избрал его президентом СССР.

– Дальше было хуже? – грустно догадался Петр Степанович. – Они все передрались между собой?

– Именно так! – Я удивился его проницательности и вывалил оставшиеся сведения на одном дыхании, чтобы поскорее отделаться от вопросов: – Появилось много президентов республик, Борис Ельцин в РСФСР, и в начале девяностых они просто разорвали Советский Союз на части. Многие тут же начали воевать друг с другом, точно помню про Армению и Азербайджан, Грузию и Абхазию, Молдавию и Приднестровье. Дальше больше – Прибалтика вступила в НАТО. Было две войны в Чечне, Грозный сровняли с землей, как Сталинград. А пару лет назад Россия воевала с Грузией за Южную Осетию. Всерьез, с танками, самолетами, ракетными обстрелами. Даже с Украиной и то чуть не дошло до войны за Крым.

– Ничего себе! – Музыкин резко встал, нашарил в кармане пачку сигарет, закурил и начал ходить по комнате, обильно дымя и матерясь сквозь зубы. – Так что, мы сейчас зря коммунизм строим?

– Выходит, так. – Я пожал плечами.

Заметив это, полковник буквально набросился на меня, схватил за плечи, навис сверху, почти плюнул в лицо.

– И ты туда же?!

– В школе я в то время учился! – Встал, оттолкнул руки кагэбэшника, все же на мои «сто девяносто» не нависнешь. – Виноват, что ваш СССР никто даже защищать не стал?! Милиция, армия, КГБ – все только смотрели и радостно делили новые должности.

– А рабочие… Коммунисты? Они что? – Полковник как-то постепенно отдавил меня к стенке.

– Да рвали партбилеты и в мусор выбрасывали коммунисты ваши. По дорогам валялись эти книжечки.

– Ты… Гад… – Он прижал меня к стенке и, похоже, прикидывал, как половчее дотянуться до горла.

– Да, да, я! Школьник во всем этом виноват! Прямо за партой, в третьем классе, помогал Горбачеву и Ельцину! А они уже сейчас небось у вас обкомами руководят, карьеру коммунистическую делают! Вот себя и спросите, как такая фигня получилась![13]

Проняло Петра Степановича, отвалил он от меня, упал на стул и начал рвать верхнюю пуговичку на рубахе. Я сходил и принес ему стакан воды с кухни – он выпил его парой глотков и даже спасибо сказал прерывающимся голосом. Достал очередную сигарету и быстро высадил, глядя в никуда.

Все же сильный человек – собрался, вернул взгляду проницательность и внимание. Даже руки перестали трястись.

– Как у вас сейчас люди живут? Рабочие, колхозники, интеллигенция?

– Смотря с чем сравнивать. Благодаря нефти и газу бюджет держится неплохо. Кажется, сейчас Россия седьмая экономика мира, где-то рядом с Бразилией. Первая – США, вторая – Китай, третья, кажется, Япония. Но если считать количество денежных единиц на человека, то получается, мы где-то в первой полусотне стран, ближе к концу. Думаю, все похоже на то, как в советских учебниках про страны «третьего мира» писали: ужасающая коррупция, разваливающееся производство, плохие медицина и образование. Очень сильное разделение на бедных и богатых, российские олигархи, ну сильно богатые люди, покупают яхты, поместья в Лондоне и Ницце[14].

– Вот она, цена предательства! – Музыкин откровенно заулыбался, обрадовался. – Заслужили!

– С другой стороны, безработицы нет, материально жизнь квалифицированного инженера не сравнить с временами империи, – показал я картинку с другой стороны. – Ему по карману неплохая машина, каждый год отдых за границей, если повезет с работой – то квартира на две-три комнаты. Бытовая техника типа телевизоров и компьютеров у нас стоит очень дешево, можно даже не учитывать.

– Империи? – Полковник зло поймал последнее слово. – Что, так и называют?

– Да, хотя не всегда это слово используют в отрицательном смысле. Последнее время многие хотят обратно в СССР, поднимает голову КПРФ, да и вообще, доходит до людей, что пропагандой семидесятых – восьмидесятых лицо империализма показано более чем реально. Россия для них и в мое время опасный конкурент, враг, возможно, только ядерное оружие останавливает агрессию.

– Коммунисты… Могут они вернуть себе власть?.. Контроль над СССР… Россией? – Петр Степанович с трудом подбирал слова.

– В теории легко, если победят на выборах в Государственную Думу. Только практически это едва ли что-то изменит. На самом деле структура власти поменялась незначительно. Только вместо секретарей ЦК – финансовые олигархи и кланы, все та же вертикаль чиновников, реальной оппозиции практически нет. Да и КПРФ поддерживает не народ, а скорее бизнес. В общем, без революции ничего не изменится, а это событие малореальное, пока хватает нефтедолларов на хлеб и зрелища.