Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

же разговор пришел более-менее в привычное русло. Обсудили отчеты по практике и все возможные варианты того, что придется дорабатывать, поделились информацией по проекту и не только, даже договорились на следующий день Сигурн найти и предложить совместную тренировку на холодном оружии…

Не то чтобы все было как обычно, но почти как обычно. И это было по крайней мере неплохо.

Альба добрела до своей комнаты, оставила мирно спящего висла на полюбившемуся ему стуле, на который было специально постелено полотенце,. Подумала, подумала, и перед сном все же решилась потревожить преподавателя. Несмотря ни на что. С ментальным полем, как она понимала, можно потом работать в одиночку — если привыкнуть к базовым основам взаимодействия. И привыкать к ним все же стоило сейчас, пока еще нет большого количества других дел.

«Своим менталистом». Интересно… Ведь Свен это говорил так… Словно ему до этого дело есть. Злился. Почему?

Иногда, впрочем, Альбе казалось, что Свен просто будет спорить со всем миром. С каждым, кто старше его или что-то в этом роде. С Вагнером, простодушно рыжего «мелкотой» называющим вон тоже каждый раз лаялся. И не только. Оживший дух противоречия. И Свен считал, что на дуэли все под контролем было, мда.

Надо будет при случае попробовать узнать, почему ее огонь так среагировал на магию Натана. Может быть спросить архимага завтра? Как вариант…

Но сначала — дело. Ну или узнать хотя бы насчет всего, а то может и не захочет менталист теперь помогать.

Альба осторожно потянулась к разуму Теора, словно пытаясь сросить о том, будет ли это уместно. Сейчас расстояние действительно вообще ничего не значило, стоило только захотеть, и перед глазами возникла и знакомая схема, и сама собой появилась близость чужого разума.

Менталист отреагировал спокойно, бросив в ответ:

Делай что задумала. Я просто присмотрю, у тебя пока мало опыта для самостоятельной практики.

Альба использовала плетение для прикосновения к собственному ментальному полю — и почти сразу оказалась рядом с костром. Она подошла к огню, чувствуя, как ровное тепло отгоняет тревоги. Альба бросила в огонь невесть как взявшуюся в руках папку с какими-то файлами, пакетиками и бумажками, замызганными и неприятными на вид. Пламя на секунду потемнело — а потом огонь начал забрать все ненужное и лишнее. Пластик файлов плавился, бумажки корчились в огне, медленно превращаясь в пепел, и это зрелище приносило усталость и неожиданную легкость.

Она поднялась на ноги, чувствуя, что вокруг столько всего интересного. Наверняка тут не один же вот такой медный солдатик в лесу… Но что-то подсказывало, что распыляться не стоит, и Альба, после короткого колебания, все же вернулась в реальность «распустив» узор.

Усталость. Легкость. Но было и сожаление от неизведанных тайн, которые пока оставались тайнами. А ведь одно плетение, одно усилие, и…

Ты все верно делаешь. Только помни о том, что с полем нужно работать целенаправленно, иначе окажешься непонятно где в собственных воспоминаниях.

Спасибо.

Отдохни, — посоветовал менталист.

Контакт не резко, но все же истаял. Альба перевернулась на другой бок и закрыла глаза, погружаясь в сон.

* * *

Теор покачал головой, делая пометки в собственных копиях досье. Он уже завел и подшил личные дела первокурсников-практиков, оформил большую часть документов по участникам «Специального образовательного проекта №1», и теперь структурировал собственные наблюдения.

Иронично: из всех задействованных в проекте менталистов, что из преподавателей, что даже из кураторов от Образовательного Совета, которых было целых трое, он был единственным не имевшим опыта обучения именно профильных магов разума. К тому времени, когда Теор пришел к идее закончить с беганьем по лесам и полям и перестать ловить преступников, жертвуя остатками собственного здоровья, все соответствующие бумаги Запрета уже были подписаны, а факультеты менталистики — расформированы уже не один год как.

В индивидуальном порядке, в рамках факультатива — учил. Не всему, разумеется, многие вещи были в принципе запрещены для освоения даже специальным порядком, но все-таки учил. Но не более. И все же нынешний проект — огромный шаг вперед в этом направлении. Шаг в неизведанное.

Теор не удивился, узнав, что Данн взялась сама курировать третью, самую возрастную группу, куда вошли пятикурсники, магистранты и даже пара аспирантов. Не удивился он и встретив на последнем совещании Сержио Гута, немного уступавшего Данн в возрасте, который давно и прочно считался правой рукой архимага во многих исследовательских, и не только, вопросах, и выяснив, что Гута назначен куратором второй группы, набранной из учеников третьего и четвертого курсов.

Удивился Теор, когда узнал, что его роль куда больше, чем просто представитель, так сказать, принимающей стороны. Изначально речь шла о том, что он, знакомый с Зеленым Университетом и местными порядками, должен решать административные вопросы и читать уже на втором году практику по этике, специфический курс, в котором этические задачи переживались адепты на своем опыте благодаря многим проекциям. И только.

А в итоге он теперь — куратор и ведущий практики для первого и второго курсов. Да, основы. Да, этим основам он учил сам много. Но тем не менее…

— Ты слишком много думаешь, — заметила от двери незаметно для Теора вошедшая в кабинет архимаг. — И при этом не замечаешь ничего вокруг.

Менталист пробормотал извинения и принялся собирать разбросанные по столу пергаменты, а то и их клочки, с заметками. В присутствии Данн он после возвращения в Избор чувствовал себя неловко. Вроде и больше десяти лет прошло… А вроде и нет. Так же он чувствовал себя и в аспирантуре — вроде и гонялся десятилетие за преступниками, а вроде и все тот же студент.

— Чаю? — предложил он архимагу.

Та кивнула.

— Не откажусь.

Данн села на стул и не без одобрения обвела глазами кабинет.

— Не думала, что скажу это, но у тебя довольно уютно. Для места работы преподавателя в особенности.

— Благодарю, — менталист чуть склонил голову.

В безукоризненно-ровном строгом наряде, без любых мантий или иных привычных для магов предметов одежды, без видимых артефактов, архимаг менталистики была больше всего похожа на пожилую леди из аристократической семьи из тех, кто