Читать книгу - "Думсдэй: Пацаны - Inferiat"

без лишних слов вырубить какого-то одетого в странный белый костюм жирного парня. Клиента этого стремного заведения. Да так, что черная стильная шляпа отлетела дальше по коридору.

Еще одно тело валялось рядом с дверью, прислоненное к стене. На этот раз это точно был охранник, и с ним разобрался уже Бучер, который встречал нас на выходе. Надо сказать, пожарный выход вел во двор, из которого сквозного выхода не было. Просто небольшой садик и арка до самой «Чпок-Стрит».

Нести завернутое в покрывало тело было чревато излишним вниманием и неприятностями, а Француза, который должен был подъехать к пожарному выходу почему-то не наблюдалось.

— И где, блять, Француз?! — озадаченно спросил я, но словно бы в ответ мне донесся какой-то грохот и визг тормозов. Следом за ним в арку ворвался фургон с разбитым фонарем и погнутым бампером, затормозив прямо перед нашей компашкой.

— Давайте быстрее, чего стоите?! — дверь распахнулась, и оттуда повалила музыка, вместе с сигаретным дымом. Судя по запаху, правда, не только с сигаретным.

— Ходу, быстрее, — нервно сжал и разжал кулак Эм-Эм, но также запрыгнул на переднее сидение. Видимо он понимал, что сейчас с ним разговаривать нет особого смысла.

— Вспомни солнце… давай, грузи, — распахнул мне дверь Мясник, а я закинув тяжелый сверток, не особо обращая внимания на удобство Бларни, прошмыгнув следом. Остальные также залетели в фургон, держась за что только можно, чтобы не улететь к чертям собачьим, когда фургон рванул с места, едва мы успели захлопнуть дверь.

Серж, кажется, был не в духе соблюдения правил дорожного движения: фургон занесло, визг шин заполнил тесное пространство.

— Француз, какого черта ты делаешь?! — взревел Бучер, с грохотом отлетая внутрь фургона, прямо на также завалившегося в угол Бларни. Лицо Мясника перекосило от гнева. Он заходил последний и не успел схватиться за потолочную ручку.

— Что? Еду как могу, — беспечно ответил Француз, обернувшись на секунду через плечо и показывая идеальную ухмылку, которая точно не могла бы сойти за извинение.

— Я сейчас превращу твое «веселье» в похоронный процесс…

— Хорош собачиться, — перекрикивая шум двигателя и музыки, льющейся из видавших виды динамиков крикнул Эм-Эм с переднего сидения, а затем на очередном повороте и сам наехал на шумахера, — Француз, едь осторожнее мать твою! За нами никто не гонится!

— Ну как сказать, — задумчиво произнес тот, а я услышал звуки приближающихся сирен. — Кажется, я немного наследил… Но к слову, пожарный выход перегораживать нельзя по закону!

***

Оторваться мы все-таки оторвались. Никто особенно за нами не гнался, хотя владельцы тачек видимо все-таки вызвали полицию. У фургона были левые номера, так что найти все равно вряд ли смогут и через пол часа мы уже были на какой-то пустынной парковке, где произошел быстрый допрос очухавшегося к тому времени Бларни.

Тот к слову разговорился довольно быстро. Возможно, в этом виноват ствол автомата промеж глаз, или быстрый захват. Или корочки ЦРУ, вместе с уже расфасованными «уликами». Но тот даже особо не отнекивался, рассказав о Ракете много чего интересного…, но не особо полезного, на самом деле.

— Да мы сейчас не особо корешимся, — пожал плечами голый супер в ответ на очередной вопрос. — Он как в «Семерку» попал, теперь «элита». Что ему до старых друзей… Сейчас и вовсе с расизмом борется. Могли и просто спросить, без всего «этого»!

— Да-да, блять, говори давай, — хмыкнул Бучер. — Особенно, про ту часть где вы еще вместе тусили.

В общем то, если извлечь кучу воды и ненужных подробностей, получилось не очень много. Что-то ребята уже и так знали, например, про то, что тот вкалывал себе «Ви», какое-то время тусил с Гиперион, про брата и племянников. А вот про усугубившиеся проблемы с сердцем, из-за которых спидстер практически перестал пользоваться своей способностью, похоже, Бучер и Эм-Эм не знали, хотя я был уверен в обратном. Моя промашка. Почему-то мне казалось, что те знали.

После разговора с Бларни, хмурый Эм-Эм отдал ему одежду, еще раз пригрозил сроком за наркоту и выпнул Бларни из тачки. Официально оформлять его так и не стали. Толку с этого не много, а лишний информатор точно мог пригодиться.

— Ну и что будем делать? — спросил Бучер у явно расстроенного Эм-Эм. Тот приуныл после того, как Бларни рассказал о серьезных проблемах у спидстера, из-за которых он не мог использовать свою силу. А, значит, был не особо полезен против Хоумлендера.

— Можно взять под колпак его брата и племянников, — задумчиво проговорил здоровяк. — Если тот к ним привязан, можно надавить через них… Ну и Гиперион обработать.

— А толку? — хмыкнул Мясник. — Накой нам супер, который того и гляди с инфарктом сляжет.

— Как бы то ни было, он все равно в «Семерке», — пожал плечами Эм-Эм. — Хьюи передал, что Гиперион рассматривают как кандидата на замену «Пучине». Проследить за ней всяко лишним не будет…

***

— Ну и что ты думаешь? — спросил я у Бучера, когда мы высадились возле его тачки. Он обещал подвезти меня до дома, так как дом места я добирался на такси.

— Да ничего, блять, хорошего, — ответил тот, с силой захлопывая дверь «новой» машины. Теперь это был старый полуразваливающийся пикап. Старую тачку тот уже сменил, как и место жительства и теперь ездил на говновозке. — И так-то шансов против Хоумлендера было маловато, теперь и вовсе полтора инвалида. Только время зря потратили…

— Кхм… — смутился я, понимая, что мог заранее рассказать об уязвимости Ракеты. Впрочем, тот вроде как расплющил какого-то мудака и ему сердце пересадили. Но совершенно не факт, что и сейчас будет также. — Ты договорился с Ниной?

— Да хули там договариваться, — поморщился тот. — Деньги будут, тогда и зайдем.

— Тогда завтра будь готов, — предупредил я его. Виктория вместо встречи пообещала отправить координаты с тайником, где должны быть деньги. Встречаться лично она теперь не хотела, сославшись на занятость, но, как мне думается, просто опасаясь того, что Хоумлендер может проследить за мной. В целом, опасения здравые, но я не думал, что тот будет прочесывать город в поисках одного «ноунейма». Это с Бучером у них давние счеты. Я в этом отношении был гораздо менее заметен, тем более, что тот меня все же не