Читать книгу - "Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский"

немалым изумлением, будто до сих пор не мог поверить, что мы — не единственные драконы в Райвиме. Я же уже смирилась с этим.

— Все верно, мастер Айлок.

— Мне неловко вас о таком просить, но не могли бы вы пока не встречаться с ним? Его нахождение в непосредственной близости от вас будет дестабилизировать источник, как и ваше нахождение в Стенфриде — его величество успел рассказать, какой там сильный враждебный для нашей огненной магии фон.

Улыбка очень быстро погасла на моем лице. Я не знала, что и сказать на это. Не видеться с Вейланом? Это казалось преступлением против человечности!

— Как долго?

— Неделю, может, две… потерпите, ваше высочество. Я понимаю, что прошу о многом, но это ради вашего же блага.

— Понимаю. Хорошо, — собственный голос звучал безжизненно.

— Доброй ночи.

Попрощавшись с целителем, я вышла и побрела в комнату. Настроения не было никакого. За полтора месяца я настолько привыкла к Вейлану, что даже день без него казался бесконечным, а неделя или две… боги, дайте мне не сойти с ума за это время!

Но едва я вошла в спальню, мне на голову чуть не вылилась золотая краска. Увернувшись, я недовольно скрестила руки на груди и посмотрела наверх, на застывшего над дверным косяком фейри.

Это был вечно молодой мальчик, размером не больше моего указательного пальца, с каштановыми волосами и россыпью веснушек на лице. Вообще все фейри жили в Бриоле, кроме конкретно этого. Крепыш был личным другом мамы еще с детских лет и оттого часто подрабатывал нашей с Данияром нянькой.

Вот только мы выросли, а он — нет.

— Привет, Крепыш! — поздоровалась я и окинула задумчивым взглядом лужу с краской на полу. — Ну что за ребячество?

— А в детстве ты любила так играть! Помнишь, твои волосы меняли оттенок, а ты их обратно перекрашивала? Еще хвасталась, как легко тебе дается бытовая магия.

— Но сейчас мне нельзя магичить. Так что даже убрать лужу не смогу.

— Пф, — фыркнул малыш и достал немного пыльцы из кармашка, распространив её вокруг. — Не проблема.

Магическая субстанция, подвластная фейри, быстро убрала краску. Я покачала головой и прошла за ширму, переодевшись в ночную сорочку. Когда вышла, сразу же юркнула в постель. Горничная заглянула слишком поздно, уточнив, не надо ли мне чего. Отказавшись, я просто собиралась поспать. Но сон не шел.

— Ну не обижайся, Рика. Я просто соскучился.

— Жаль, что по брату ты так не «скучаешь» и не устраиваешь ему подстав.

— Да с ним скучно, — поморщился Крепыш. — Но я надеюсь повеселиться с Кристианом, когда тот чуть-чуть подрастет.

— Отличный план.

Мы помолчали. Я вновь пыталась заснуть, но вместо этого лишь ворочалась, обдумывая историю Эринга. Что-то в ней не давало мне покоя.

— Хочешь расскажу сказку? — внезапно предложил Крепыш.

— Давай, — согласилась я и вспомнила. — О Снежной владычице. Помнишь, ты мне рассказывал её когда-то в детстве?

Фейри кивнул. Уселся на небольшую шкатулку, наполненную его любимыми орешками (такие стояли почти во всех жилых комнатах дворца), и начал вещать:

— Жили-были Тай и Лерда. Брат с сестрой, которые очень любили друг друга. Они каждый день играли вместе, хотя Тай был на два года младше сестры, она всегда уступала ему. Родители любили их и не могли нарадоваться. Однажды они играли в ледяной пустыне. Тай хотел согреть сестру и выпустил искру, но ту подхватило древнее зло, что жило в пустыне, и создало настоящего огненного монстра. Его лава могла поглотить очень многих… тогда на помощь пришла Снежная владычица.

Я улыбнулась, погрузившись в детские воспоминания, когда точно так же лежала в постели и Крепыш рассказывал мне сказки. Иногда это была и мама, но королева могла задерживаться, а вот Крепыш — всегда был рядом.

— Владычица сковала те земли льдом, чтобы задержать монстра, но сама не справилась со своей же стихией и начала растворяться во льдах. Тогда Лерда отдала ей частичку своего тепла — своё сердце. Владычица смогла вернуть контроль над своей стихией и одолеть огненного монстра. Вот только сама Лерда превратилась в злобного духа без сердца. Отважный брат Тай отправился на край света, чтобы отыскать для сестры новое сердце.

Что-то в этот раз царапнуло меня в истории. Я вдруг представила на месте Тая — Вейлана, а на месте Лерды — Хильду. Она тоже стала злобным духом, одержимым мщением…

— Годы шли. Ему на пути встречалось много опасностей. Он искал настоящую любовь, но в итоге нашел девушку — добрую и чистую. Она готова была подарить ему своё сердце, но он, влюбившись, не смог принять такой жертвы. И тогда он отправился назад, чтобы забрать сердце сестры у Владычицы и победить монстра своими силами — ведь теперь у него была любовь, самое сильное заклинание на свете!

Я хихикнула от пафоса, с которым произносил последние строчки Крепыш. Фейри моей реакции не заметил и продолжил:

— Когда Тай прибыл на место, то обнаружил монстра, скованного льдом. Этот монстр держал в руках сердце. Чтобы забрать его, Таю пришлось теперь сразиться и со льдом, и с огнем. Он переубедил Владычицу и смог принять на себя ярость монстра, победив его. Так он доказал, что, невзирая ни на какие трудности, нельзя терять сердце. Нельзя уступать злу.

Я смотрела на Крепыша завороженно. Нельзя уступать злу…

Но почему эта история так откликается во мне? Почему она наводит меня на мысли о Стенфриде?..

— Вот и сказочке конец, а кто слушал — быстро спать, — хлопнул в ладоши Крепыш и поднялся, выключив светильники.

Я еще долго не могла заснуть, ворочаясь и чувствуя разгорающийся огонь внутри. Мне все еще было непривычно, что у меня есть пламя. Слишком долго я считала себя ущербной, чтобы вот так привыкнуть к себе новой.

Внезапно почувствовала всплеск магии. Неужели Крепыш еще не ушел? Я приподнялась на локтях и заметила тень у окна.

В моей комнате кто-то был.

Глава 15

Я собиралась создать защитное заклинание, но быстро вспомнила: магичить мне нельзя. Поэтому схватилась за шкатулку на столе, собираясь защищаться ею.

Но вскоре незнакомец шагнул ближе, под свет магических светильников, и моё сердце пропустило удар.

Вейлан с улыбкой смотрел на меня, заинтересованно поглядывая на шкатулку.

— Надеюсь, ты не собираешься убить своего истинного?

Я перевела взор на