Читать книгу - "Только наша. Шесть звёзд землянки - Каролин Дейвуд"

Да. Наталье Ивановне мы хотели сюрприз сделать. И что у дочки, что у мамы, явно получилось удивить друг друга!

— Ох! — У Натальи Ивановны даже слёзы счастья бегут по щекам. — Да неужели!! Да как же! А от кого именно..?! Хотя какая ж разница! Много отцов — это лучше, чем ни одного! И я так...Ну вот же вы..!! — От переизбытка чувств, женщина аж теряется немного, и только и может, что обнимать и целовать дочь, а потом и на каждого из нас накидывается с поздравлениями.

— Ну давайте! За малыша и его маму! — У Ермила появляется прекрасный тост, и он, Фия и Ян опрокидывают в себя рюмки.

А дальше с Яном что-то невероятное начинает происходить.

Он закашливается. Хватается за живот. Начинает дышать как-то тяжело. Его жена так вообще бледнеет от страха за мужа. Мы уже было хотим к нему на помощь прийти, но Ермил нас опережает.

— Да кто ж так пьёт, брат!? — И здоровяк пихает нашему тренеру в нос кусок чёрного хлеба. — Воот! Вдыхай! Однооой стороной.., - протягивает он, — переворачивай кусок и выдыхаааай...

— Водыыыы! — Протягивает Ян голосом смертника, продолжая хвататься за живот.

— Да какая вода!? Кто ж такое водой-то запивает!? — И Ермил тянется с ножом к какой-то банке. Берёт из нее нечто непонятное, еще и какого-то поносного цвета, намазывает на кусок хлеба, и прямо впихивает Яну в рот со словами: — Кусай! И мгновенно вкус перебьёшь!

Ян, которому просто ничего больше не остаётся, как довериться лесному маньяку, делает хороший такой "кусь"...

И всё становится только хуже!

— ЧТО ЭТО?!! — Вопит Ян, наверное, в принципе в первый раз в жизни повышая голос, и, высунув язык и выпучив глаза, начинает ладонями махать возле своего рта. — ГОРИИИИТ!!

А Ермил аж со смеху покатывается.

— Пробирает моя горчица до костей, а?! Такого в космосе у вас не найдешь!!

И шокированного Яна, который продолжает "сушить язык", из-за стола поднимает и куда-то уже тащит!

— Куда вы забираете моего мужа?? — Испуганно восклицает жена тренера.

— Так хворь всю выбивать дубовыми вениками! А, и кстати.., - и Ермил к нам поворачивается, продолжая сжимать за плечи Яна, у которого на лице уже замерла какая-то гримаса безысходности, — снимайте все цепочки с себя, парни!

— В смысле? А зачем? — Спрашивает Дакер с непонимающим видом и тоже поднимается из-за стола.

— Так ожоги могут остаться! — Весёлым голосом отвечает Ермил и утаскивает нашего тренера в коридор.

Воцаряется тишина. Я бы сказал "минута молчания" по Яну, которого уже уволокли в филиал ада, перед входом в который нужно снимать цепочку, чтобы ожогов не осталось!

— Нет. Я не пойду. — Упирается Джей. — Я и раньше не хотел, а сейчас и тем более!

Мы с братом переглядываемся, объединенные одной коварной мыслью.

— Да куда ты денешься. — Издевательским тоном сообщает Лой и подхватывает Джея под локоть с одной стороны, а я с другой.

— Эй, парни! — Возмущается Джей, поняв, что мы его взяли в заложники, и уже тащим к выходу. — Я правда не хочу!

— Если и умирать, то всем вместе! — Ехидничаю у него над ухом.

— Да там же где-то плюс триста, если даже цепочки плавятся!!! — И Джей руками хватается за дверь в последней попытке спастись. — Настя! Спаси меня!

— Не волнуйся, Джей! — Пропевает Настена ласковым голосом. — Тебя после баньки быстро выкинут в снег!

— Чтооо??? Из "плюс триста" в "минус триста"?!! — Голосит Джей, уже зубами вгрызаясь в дверь. — Мои яйца этого не переживут! Я уже чувствую, как они сначала плавятся, а потом разбиваются!

— А ты маткой дыши, маткой!! — И Дакер пытается его руки отодрать от двери, добавляя с нажимом сквозь сжатые зубы, потому что Джей уж слишком хорошо "борется за жизнь": — Да отпусти ты уже эту дверь!! Вцепился в неё, как Фия в бутылку!!

— Я куклу вуду на вас всех сделаю!! — Угрожает Джей.

— Этому тебя тоже твои подружки-йогини научили? — Ржёт Дакер, подхватывая Джея уже за ноги.

Всё решает Бош, который выходит из тени. Причём сначала идёт запах его амбре, а потом и он сам. И, когда он уже почти в нос засовывает Джею два пальца, бедолаге ничего не остаётся, как отпустить руки.

Глава 58

*Джей*

Твою ж мать...Земляне настолько суровы, что даже моются не на жизнь, а на смерть!!

Сначала тебя загоняют в маленькую и миленькую деревянную коробку и говорят раздеться. Ну это логично даже. В душе ведь мы не в штанах моемся. Правда опять заставляют на голову натянуть какую-то дурацкую шапку, и ты думаешь о том, что на земле так обожают шапки, что даже мыться в них ходят!

А потом сразу же окрывается дверь, ведущая в ад!

Иначе я это место и назвать не могу!

Потому что там не "плюс триста". Там вся тысяча градусов!

Пот льётся с тебя ручьём. Глаза слезятся. Дышать горячо. Стоять горячо. Сидеть горячо. Даже плакать горячо! Думать просто невозможно! Смотришь, как Дакер плавится прямо на твоих глазах, утекая куда-то под лавку, и вообще страшно становится! Этот маньячило укладывает всех по очереди на лавку и хлещет какой-то хернёй колючей, которая заживо кожу сдирает. И я не знаю, что там за вредный паразит живёт в нашем тренере, но, на месте этого червяка, я бы просто сам вылез из жопы, и по-быстрой уполз куда-нибудь в нору, потому что Ермил так "лечил" веником Яна, что я уж думал, что он его до смерти залечит!

И это еще не предел всех мечтаний!

Потому что когда тебе кажется, что ты уже вот-вот отправишься куда-то к праотцам на тот свет, этот ненормальный "егерище", кровожадно улыбаясь, еще и новую порцию воды на камни вбухивает, а Дакер издаёт очередной умирающий стон где-то под лавкой.

А когда "тюремное заключение" заканчивается, и тебя выпускают наружу, ты выходишь и весь блин дымишься, словно тебя в этой бане подожгли, а потом уже добровольно в снег падаешь, растекаясь там большой лужей, и отмораживая себе все яйца, которые догореть не успели в этом "домике злого егеря", а Ермил, стоя на крыльце, и сверкая перед нами всем, чем мать наградила, восклицает на всю округу:

— Эээх!!! Хорошо!!!! — И снегом "подмыхи" свои обтирает, будто это не холодная субстанция, а какое-то мягкое полотенчико!

Дакер, которого пришлось в снег уже просто выкидывать, потому что сам он двигаться не мог, вдруг восстаёт из мертвых, и с криками: "Холодно, холодно!", несётся обратно в баню.

— На