Читать книгу - ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева"

— Понятно. Ну, я просто так спросила. Этот человек просто должен кое-что.

— Если вдруг услышу о нём, то постараюсь дать знать тебе, но если это было несколько дней назад, то вряд ли кто об этом вспомнит.

— Ну ладно, пойду я, — Адель развернулась и, как обычно, быстро затерялась среди идущих по своим делам людей.

Евпл дошёл до аптеки и присел на скамье. Очевидно, что за ним наблюдали и, возможно, даже знают причину смерти лодочника. Хотя, если они знают, что именно он убил того мужчину, то зачем посылать к нему Адель? И что дальше эти люди будут делать, если он будет их игнорировать? В любом случае, искать встреч с этой девушкой не стоит. Она работает не на тех людей, с которыми можно шутки шутить.

Глава 20

Странный пожилой мужчина сдержал слово и принёс десять золотых дукатов. Ничего он Евплу больше не сказал, просто развернулся и ушёл. Да и никаких слов парню от него не надо. Хотя нет, он будет ждать, когда в начале мая этот человек придёт снова и выложит уже девяносто золотых монет. Да, это будет хорошим пополнением его, Евпла, капитала!

Дни потянулись своей чередой. Ночи были иногда даже приятнее — спать на толстой и мягкой перине было просто неземным удовольствием. Когда Марта увидела её в комнате парня (а что она там делала?), то весь оставшийся день буравила того чуть ли не ненавидящим взглядом. Может отравить её или ещё что сделать? Мысль, конечно, плохая... но зачем Михелю такая жена? Он ещё вполне молод и женится ещё раз. Ну, хотя бы на Луизе. А что? Как и её старшая сестра, она весёлая и работящая девушка, с открытым приятным взглядом и сострадательным сердцем. С ней и Евпл бы не отказался... хм... и два раза, и три раза бы не отказался... и вообще...

— Евпл, ты где? — неожиданно раздался оклик Михеля.

— Здесь, сейчас подойду!

Аптекарь сидел в лавке и читал книгу. Увидев парня, он отложил её и сказал:

— Я же говорил тебе не раз, что в городе есть ещё аптекари. Так вот, асклепиады пригласили всех нас... ну как бы это назвать?.. на одно мероприятие. Для новых врачей всегда устраиваются обучения на примере человеческих тел.

— Я не совсем понимаю.

— Чтобы врачи-асклепиады могли лечить людей, они должны знать, как в человеческом теле расположены органы, как они выглядят и прочее. Для этого привозятся трупы недавно умерших людей и их разрезают. Трудно лечить, если никогда не видел органы своими глазами. Вот теперь асклепиады пришли к решению, что надо бы аптекарям показать хотя бы основы. Конечно, нас обучать особо не будут, но всё-таки.

— Понятно. Но я же не аптекарь.

— Ты пойдёшь как мой ученик. Это же логично. С другими аптекарями тоже могут прийти их ученики.

— Я согласен, хотя и не совсем понимаю, зачем мне это будет нужно. Но знания лишними не бывают.

И Евпл начал посещать анатомический театр асклепиадов два раза в седмицу. Его почти не воротило от вида внутренних органов — уже насмотрелся. Хотя, есть различия, когда делаешь это вскользь, а когда целенаправленно. Возможно, что Михель прав и когда-нибудь это пригодится.

Что касается его помощи Эрнесте, то, как ни странно, особых последствий парню не было. Никто не выстроился в очередь с протянутыми деньгами в руках. Ну да, люди поговорили и забыли. Вероятно, мало кто даже осознал случившееся. Ведь девушка была рыжей и конопатой, то есть совершенно непохожей на почти всех, кто живёт в Бреме. А если ни у кого нет стольких пятен на лице, то какую им пользу принесёт никому не известный мальчишка? Да, это логично, а жители этих земель уважали логику и деньги. Точнее, деньги и логику. Да и зачем тратить непосильно нажитое, на исправление того, с чем веками жили люди? Это очень богатым аристократам позволительно позаботиться о мало кому видном пятнышке под щекой, а обычные люди могут прожить и так. Вот если бы этот парень руку или ногу отрастил, то другое дело. К нему бы тогда потянулись!

Наступил август, самый жаркий месяц в году. Большинство богатых горожан покидало город на время, когда смрад от мусора на улицах и вонь от речной тины были особенно нетерпимыми. Конечно, улицы убирались периодически, но в большом городе мусорили активнее, чем те рабы, что его убирали. От тины же, которую река выбрасывала на свои берега, избавиться было ещё труднее.

Если весь город и не вымер, то в его центральной части с каждым днём становилось меньше людей. И это начало выявлять другую ежегодную проблему — повышение уровня преступности. Одни вламывались в запертый на целый месяц дом, другие подкарауливали прохожих на опустевшей улице, третьи почти безбоязненно срезали кошельки и спокойно убегали от одинокого путника. Стража, конечно, пыталась с этим бороться, но не нанимать же пару сотен дополнительных человек на пять-шесть седмиц с тем, чтобы потом их рассчитать.

В это-то время в Евплу пришёл один из сыновей пекаря и предложил присоединиться к их поездке в пригород. Сервет не стал возражать и на следующий день парень отправился за город в сопровождении довольно немаленькой компании: троих братьев и двух сестёр. Снятое для этой поездки здание несколько десятилетий назад был чьей-то фамильной усадьбой в местечке Овернигелант, но с того времени хозяева сюда почти не приезжали и сдавали в аренду. Вот теперь всеобщее благоденствие настолько поднялось, что даже обычный пекарь может позволить себе отдыхать в подобных домах. Всем выделили по комнате и подростки быстро разошлись по своим новым жилищам.

Усадьбе принадлежал не очень большой участок, теперь уже основательно запущенный, поскольку некому было ухаживать за ним. В доме постоянно проживало лишь двое слуг, в обязанности которых входило поддержание порядка и отваживание возможных грабителей. Лет пятьсот назад вокруг были заболоченные пустоши, но трудолюбивые поселенцы нарыли дренажные канавы и осушили почти всю местность. Лет двести назад начали возводиться ветряные мельницы и многие действовали до сих пор. Жители Бремы любили отдыхать здесь, поскольку местная архитектура в особо романтичных сердцах навевала мысли о старых добрых временах.

Разумеется, Евплу было безразлично, где провести ближайший месяц. Парень даже пожалел, что эта поездка прервала его посещение анатомического театра, но Сервет обнадёжил, что по возвращении он