Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

увидишь, что он шумит или что-то делает не так — тихо прирежь его. Все остальные идут в середине, проверьте свои вещи, чтобы ничего не шумело в рюкзаке. Лошадей ведите под уздцы. Идти надо тихо, через кусты не ломиться. Всем понятно?

Получив единогласный утвердительный ответ, скомандовал:

— Богдан, веди нас.

Для своего роста и веса старший Лутов двигался с грацией прирожденного индейца. Около двадцати минут мы шли прямо в сторону вражеского лагеря. Гряда слева не давала возможности уйти в сторону. Когда огни костров из мерцающих точек превратились в факелы размером с кулак, гряда закончилась.

Богдан взял влево, оставляя лагерь немцев по правую руку. Жеребец Гурана норовил заржать, видимо, почувствовав кобыл неподалеку.

— Гуран, если твоя лошадь нас выдаст, я своими руками убью тебя, — прошептал наследнику Берлина.

Не знаю, что сделал Гуран, но жеребец успокоился. Пару раз под ногами хрустели сухие ветки. Сыпались мелкие камешки, когда пересекали участки каменных пустошей. Но услышать эти звуки на расстоянии больше полукилометра вряд ли было возможно. Вражеский лагерь уходил вправо, костры виднелись практически за спиной.

Минут через сорок скомандовал привал: впереди темнел густой лес, выделявшийся темной громадой. Идти ночью по лесу, не видя тропы, виделось слишком рискованным. От немцев мы были примерно в трех-четырех километрах. Лучше дождаться рассвета, чтобы не рисковать в ночном лесу, где запросто можно провалиться в яму или напороться на сук. При мысли о суке вспомнил анекдот про Штирлица, слегка рассмешивший меня в темноте. Гуран по-своему расценил улыбку:

— Макс Са, доволен?

— Да, мы обошли немцев, с первыми лучами солнца двинемся в путь. Теперь нам надо найти пушки и перебить охрану. Вот тогда Макс Са будет очень доволен. Сейчас отдыхайте, можете освободить морды лошадям, пусть немного пощиплют травку.

— А они не выдадут нас? — испуганно спросил Гуран, не забывший о моей угрозе.

— Если выдадут — ты знаешь, что тебя ждет, — пошутил я, хотя был уверен, что на таком расстоянии нас не услышат.

Ночь была полна звуков: где-то далеко выли волки, был слышен рев ночных хищников. Да и находились мы в большом овраге, откуда звуки никуда не уйдут. Но Гуран шутку не понял, пока Богдан не повторил ему дважды, что можно дать лошадям пастись без страха быть обнаруженными.

В путь вышли, едва на востоке появились красноватые проблески зари. Морды лошадям снова закрыли, чтобы они преждевременно не выдали нашего присутствия, повстречайся нам патруль или местные жители. Илс, немец, вел себя предельно корректно, постоянно находясь у меня на виду. Странно, но я чувствовал, что ему можно доверять. Это как третий глаз или шестое чувство — объяснить такое доверие трудно. От Илса и от его информации зависело многое: если удастся вывести пушки из строя, у нас появляется небольшой шанс противостоять немецкой армаде.

Теперь впереди шли Богдан и мы с Илсом, в арьергарде по-прежнему двигался Баск и Селид. Вступив в лес, я обрадовался, что мы не полезли ночью в этот бурелом. Густой подлесок и поваленные деревья тормозили продвижение, постоянно приходилось лавировать между деревьев, находя оптимальный путь.

«Как же тут прошла огромная немецкая армия?» — вопрос не давал мне покоя.

— Богдан, давай забирай понемногу вправо, немцы как-то прошли этот лес — значит, правее должна быть дорога. Или там деревья растут реже.

Я оказался прав: пройдя около километра, мы вышли на ровные луга, истоптанные тысячами человеческих ног, лошадиных копыт и колес телег.

— Пушки, наверное, пойдут по следу, теперь придерживаемся направления на север, — скомандовал Богдану. Илс тоже уверенно показал в направлении, откуда вели следы прошедшей армии. По дороге на север дважды наткнулись на место стоянки воинов Дитриха. На второй стоянке армия останавливалась на ночь, это было понятно по следам жизнедеятельности человека и количеству костров. Я насчитал около шестидесяти кострищ: если предположить, что каждым костром пользовались двадцать человек, а кострища были мощные, армия Дитриха была куда больше тысячи бойцов.

На обоз с пушками, наткнулись утром второго дня пути в тылу немцев. Предусмотрительно завязанные морды наших жеребцов дали нам преимущества: почувствовав жеребцов, заржали кобылы немцев. Богдан, идущий впереди, отреагировал моментально, уйдя с тропы в заросли. Спéшившись, мы притаились: ржанье чужих лошадей повторилось, но самих лошадей и немцев не видно.

— Баск, надо проверить, где враги.

Кивнув, парень исчез в кустах: потянулось мучительное ожидание. Баск вернулся минут через пятнадцать с улыбкой на лице.

Немцы оказались совсем рядом: расположившись вокруг своих обозов, они устроили привал, разведя костры. Во вторую разведку мы с Баксом пошли вместе. Дойдя до границы густых кустов, откуда открывался вид на широкую ровную поляну, я увидел, мать ее, — Большую Берту! Не знаю, сколько тонн весило это чудовище, но выглядела она устрашающе. На мой взгляд, высота пушки превышала два метра, длинный и широкий ствол смотрел назад. Пушку тянули множество волов, лежащих в данный момент на поляне. Ещё несколько телег, накрытых полотном как повозки американских переселенцев на Дикий Запад, находились на поляне. Ещё одна большая пушка, чуть меньше размером, виднелась немного поодаль.

Всего на поляне находилось около пятнадцати немцев, и только пятеро из них — в доспехах. Остальные, скорее всего погонщики ездовых животных, — в обычной крестьянской одежде. У меня на минуту даже сперло в груди от радости: уничтожить этот маленький отряд представлялось делом плёвым. Уже собираясь уходить к своим, вспомнил про лошадиное ржанье. На поляне лошадей не было, но животных было слышно немного со стороны. Немного отступив вглубь зарослей и прячась, передвинулся в сторону, чтобы обзор не закрывали повозки и пушки. После изменения позиции с нового ракурса открылся вид на поляну, ранее прикрытую от моего взора пушками и крытыми повозками.

Я слишком рано обрадовался, посчитав пятерых немцев охраной всего обоза. С моего места я видел не меньше десяти лошадей и группу отдыхающих всадников. Полную численность увидеть мешала последняя повозка, прикрывавшая дальний угол.

— Баск, приведи остальных сюда, надо обсудить, что делать.

Рус скрылся за спиной, оставив меня думать над решением задачи. Немцев как минимум вдвое больше нас: погонщики волов не будут стоять в стороне разинув рты, если мы нападем. А если за повозкой окажутся ещё воины, численное превосходство немцев станет угрожающим. Напасть на такие превосходящие силы, где исход боя может быть не в нашу пользу — полное сумасшествие, даже с учетом нашей задачи по выводу из строя огромных пушек.

Когда остальной отряд присоединился и